Кудрин предлагает распродать госкомпании. Недорого

Для покрытия бюджетного дефицита Минфин предлагает заработать на продаже компаний с госучастием 900 млрд руб.

Приватизировать будут Роснефть, Транснефть, Сбербанк, ВТБ, Совкомфлот и другие крупнейшие активы. По мнению экспертов, это – сильно заниженная оценка.

 

В ближайшие три года будут приватизированы пакеты 10 госкомпаний и банков, сообщают «Ведомости» со ссылкой на чиновника Минфина и официального представителя министерства. В план приватизации на 2011–2013 гг. включены Транснефть, Роснефть, ФСК, Русгидро, Сбербанк, ВТБ, Россельхозбанк, «РЖД», Совкомфлот и АИЖК.

 

По расчетам финансового ведомства, бюджет страны от продажи активов выручит 883,5 млрд руб.: 298 млрд – в 2011 году, 276,1 млрд – в 2012 году и 309,4 млрд – в 2013 году, сообщает чиновник министерства. Эти деньги предлагается направить на финансирование бюджетного дефицита. Вице-премьер, министр финансов Алексей Кудрин информировал, что дефицит федерального бюджета будет постепенно сокращаться: в 2011 году – 4%, в 2012 году – 3%, в 2013 году – 2% ВВП. Приватизация выгоднее займов – не нужно тратиться на обслуживание, уверен один из чиновников Минфина.

 

Основные параметры бюджета на 2011–2013 гг. и источники дополнительных доходов, в т. ч. список активов, будут обсуждаться во вторник на комиссии по бюджетным проектировкам у премьер-министра Владимира Путина; в четверг предложения рассмотрит президиум правительства.

 

Дмитрий Песков, пресс-секретарь премьер-министра, сообщил, что никаких решений по приватизации пакетов перечисленных Минфином госкомпаний и банков еще не принималось. Но дефицит бюджета может быть покрыт в т. ч. и за счет доходов от приватизации. В любом случае государство сохранит за собой контрольные пакеты во всех стратегических активах.

 

Объявленная цена активов экспертам видится заниженной. Только пакеты инфраструктурных компаний и компаний ТЭКа из этого списка стоят около $45–47 млрд, или почти 1,4 трлн руб. по пятничному курсу. Доля Роснефти по котировкам в РТС – $16,8 млрд, ФСК – $3,8 млрд, Русгидро – $1,3 млрд, пакет Транснефти мог бы стоить $6–7 млрд, считает Денис Борисов из Банка Москвы. Доля в Совкомфлоте стоит $1,3–1,4 млрд, полагает человек, близкий к совету директоров пароходства.

 

Мы попросили прокомментировать планы продажи госпакетов известного экономиста Андрея Кобякова.

 

– Как Вам нравятся цены предприятий?

 

– Во-первых, речь о цене пока не идет, есть первые прикидки. Во-вторых, у правительства есть желание продать, но пока нет никаких определенных представлений, кому продать. Продавать будет не Минфин: для этого потребуется решение правительства, утвержденное еще и парламентом, поскольку речь идет о системообразующих компаниях.

 

– По прикидочным ценам Минфин планирует выручить 800 млн руб., но по рыночным ценам они стоят в два раза дороже. Не будет ли опять льготная продажа близким людям?

 

– Поживем – увидим. На самом деле это – действительно небольшие деньги. Если перевести в доллары, то речь идет о сумме меньше чем $30 млрд. В то же время капитализация только одной компании «Майкрософт» в 2000 г. подходила к $500 млрд. Так что продажа таких крупных госпакетов в крупнейшей, наверное, в мире железнодорожной монополии, в системообразующем российском банке, который обладает на несколько порядков большим количеством отделений, чем любые другие банки, и, в общем-то, является банком с по-настоящему государственной гарантией, с высоким доверием населения – это активы, которые вообще очень трудно оценить и найти им какую-то соответствующую рыночную цену. Поэтому я считаю, что цены названы нереально низкие; они, несомненно, гораздо ниже тех, которые можно было бы выручить.

 

– Они ниже в разы?

 

– Если не на порядок. Минфин мотивирует эту продажу необходимостью покрытия бюджетного дефицита. Но для этого существует масса других способов, и самый главный из них – научиться наконец собирать налоги. Да и налоговая шкала у нас, если брать подоходный налог, вообще не имеет аналогов в мире: учитель и олигарх платят со своих доходов по 13%. Это же – совершенно несусветная глупость. Если правительство хотело выручить деньги, можно было бы пойти и на изменение шкалы подоходного налога.

 

Далее, если смотреть на цены в сопоставлении с советскими, с учетом того, что мы сейчас должны на все цены применять множитель 100, иногда – 150… Если мы их разделим на 100 – получим примерную цену товара в СССР, за исключением цен на транспорт и услуги коммунального сектора. Так вот, если мы посмотрим на цену дешевой водки, то увидим, что она сейчас обходится покупателю в половину рубля. Такой цены в Советском Союзе не было никогда. В преддверии перестройки самая дешевая водка стоила порядка 5 руб. Поэтому ничто не мешает нам радикально поднять акцизы на эту продукцию. Поднятие акцизов на алкоголь, особенно на крепкий, в 5 раз – вот еще один огромный источник пополнения бюджета. Тогда вообще не придется думать о продаже пакетов Сбербанка или «РЖД».

 

Также существует налог на роскошь. Более того, он может устанавливаться ступенчато, по некоей шкале. Это не значит, что нужно искать какую-то пороговую цифру и сразу с нее брать очень высокий налог. Можно обозначить одну цифру, потом – более высокую, потом – еще более высокую и устанавливать для них разные дифференцированные шкалы. Во всем мире такой налог существует: на дорогие автомобили, на роскошную недвижимость, на эксклюзивные драгоценности, на предметы искусства и т. д. Это – тоже не задействованный у нас ресурс.

 

Список можно продолжать, и это только в рамках доходной части бюджета. Но есть еще что почистить и в расходной части. Объем расходов по отношению к ВВП в кризис возрос из-за проведения стимулирующих антикризисных мероприятий и достиг 25%. Но это почти в два раза ниже, чем в Европе. Поэтому я бы не рекомендовал идти путем сокращения расходной части, а для увеличения доходной части, как мы сейчас увидели, есть много способов. Но ни один из них почему-то правительством не рассматривается. Более того – они в штыки отвергаются. Проект закона о налоге на роскошь Госдума отклонила. Попытки повысить налог на предпринимателей встречают возражение, что мы ухудшим инвестиционный климат. Разговоры о том, что нужно менять плоскую шкалу подоходного налога, у нас вообще находятся под запретом. А про акцизы время от времени что-то невнятно мурлычут, считая, что мера эта будет непопулярной, и никто не хочет на себя брать ответственность за нее в преддверии избирательной кампании… хотя до нее еще далеко, на самом деле.

 

В результате вроде бы остается только такой шаг, как продажа госпакетов крупнейших компаний. Другое дело, что заявленные на них цены – в разы ниже реальных. По-видимому, здесь не обойдется без мошенничества, как это всегда и было в таких случаях (вспомним залоговые аукционы). Мне кажется, история повторяется.

 

– Кто-то из Минфина высказался, что продавать имущество выгоднее, чем занимать деньги. Займы, мол, нужно обслуживать, а имущество продал – и все, никаких забот. Странная точка зрения. Я бы уволил такого человека уже за одну эту фразу как профнепригодного.

 

– Это – абсолютно безграмотное утверждение в пользу нищих. Деньги можно брать взаймы на разных условиях. Долги можно пролонгировать, реструктурировать, брать новые. А имущество продали один раз, и больше вы от него ничего не получите.

 

– Если государство сохранит за собой контрольные пакеты в госкомпаниях, то эти акции будут интересны прежде всего спекулянтам…

 

– В общем, да. А если еще сделать на них заниженную цену, то в них фактически будет заложена значительная спекулятивная составляющая для тех, кто будет иметь доступ к этим акциям. Вряд ли это будет продажа с молотка всем желающим.