От слов Бернанке Гайдар переворачивается в гробу

Политика – это искусство компромисса. Но иногда бывает так, что политик, что называется, уходит в несознанку, жестко встает на некоторой позиции и категорически отказывается от нее отходить.

Иногда это – признак силы, иногда – слабости, но, в любом случае, каждая такая ситуация требует тщательного разбора, поскольку обычно за ней скрывается какая-то очень важная информация.

Последние месяцы, как мы знаем, в мире идет острая борьба, направленная на сохранение национальных рынков, а также на защиту национальных интересов от резкого роста цен на отдельные группы товаров. Президент Франции уже настаивает на ограничении мировых цен, в ряде арабских стран повышение цен на продукты стало спусковым крючком мощных политических изменений...

Объективная причина таких проблем, в общем, понятна: падение совокупного спроса в мире, прежде всего в США. Есть и субъективная: желание денежных властей этой страны постоянно печатать деньги. Это противоречит основным принципам монетаризма, но, видимо, какие-то веские причины у руководства США есть. Естественно, такая политика не очень приветствуется во всем мире, что создает у США определенные проблемы, поскольку когда собственное рыльце в пушку, давить на партнеров достаточно сложно. Так, например, китайские чиновники недавно заявляли, что новый раунд программы количественного смягчения США в $600 млрд подстегивает мировые цены на сырье и продовольствие и приводит к резкому притоку капитала в развивающиеся экономики. Ясно, что после таких заявлений существенной ревальвации юаня ожидать не приходится.

И вот председатель Федеральной резервной системы (ФРС) Бен Бернанке дал свой «ответ Чемберлену». Монетарная политика США не является причиной разгона цен на продукты и сырье и роста инфляционного давления на развивающиеся экономики, заявил Бернанке. Любая экономика способна сама контролировать инфляцию, балансировать рост и защищаться от чрезмерного притока внешнего капитала, отметил он: «Для этого можно использовать монетарную политику и варьировать обменный курс».

Вот оно, оказывается, как! Эмиссия не приводит к инфляции! Гайдар переворачивается в гробу, его сторонники в России накрываются белой простыней и медленно ползут по направлению к кладбищу, лидеры монетаристов по всему миру (в т. ч. главные экономисты МВФ и Мирового банка) выпрыгивают из своих кабинетов на асфальт… И только Бернанке объясняет всем окружающим, что для того, чтобы избежать инфляции, нужно просто поднять курс национальной валюты. При этом он, конечно, не говорит вслух о том, что это поддерживает экспорт товаров из США в данные страны и угнетает вывоз их товаров в США... но, согласитесь, с точки зрения высокой теории это – мелочи!

К сожалению для Бернанке, это – не мелочь для всех остальных стран. Рост безработицы, сокращение ВВП, падение уровня жизни населения – не шутки. И не нужно объяснять, что ввоз более дешевых товаров – это благо для населения. Одно дело – покупать булочку за 20 руб., имея работу, и совсем другое – облизываться на булочку стоимостью 15 руб., не имея оной (т. е., в частности, зарплаты).

При этом с точки зрения обычной экономики (не монетаристской) все выглядит вовсе не так красиво, как хотелось бы Бернанке. Дело в том, что ключевой механизм кризиса – падение спроса. Спрос можно или не подстегивать, и тогда получается дефляционный сценарий по образцу 30-х годов прошлого века или осени 2008 года, или компенсировать за счет эмиссии, как это сейчас и происходит. Но вот здесь возникает противоречие между национальным характером управления экономикой и глобальным характером рынков. Саркози совершенно не устраивает ситуация, при которой у его французских компаний начинаются проблемы из-за того, что в Лондоне или Нью-Йорке на биржу попадают эмитированные деньги. Но (пока) сделать он ничего не может. Впрочем, он может предложить осуществить реформу – что он и делает.

Бернанке такая ситуация не устраивает категорически. Потому что он – специалист по Великой депрессии и понимает, что дефляционный сценарий – это быстрое и тотальное разрушение всей финансовой системы плюс почти неизбежная национализация эмиссионной функции, которая сегодня в США приватизирована группой частных лиц, в просторечии именуемой Уолл-стрит. Как-то помешать росту цен на сырье и продовольствие он тоже не в силах: тут работают экономические механизмы, а роста цен на большинство «обычных» товаров в условиях падения спроса быть не может. Значит, единственное, что ему остается, – врать в глаза мировой общественности.

Это – не проявление силы, а проявление слабости. Но сделать тут ничего нельзя: колоссальный разрыв между расходами домохозяйств, которые много больше, чем их доходы, «давит» на всю экономику. Вопрос только, как долго еще удастся «держать» это давление и как перекладывать со страны на страну его последствия, но сами последствия предотвратить уже невозможно. Вот Бернанке и врет в глаза, поскольку больше ему, по большому счету, делать нечего.

Впрочем, в отличие от нас, он несколько лучше знает реальное положение дел. И не исключено, что знает сроки, после которых «держать» неравновесное состояние экономики станет невозможно. Если такие сроки достаточно близки, его поведение понятно: все равно по итогам никто не спросит. Если еще достаточно далеки, то, быть может, он просто позволяет себе игнорировать всех окружающих: мол, скажите спасибо за то, что мы хоть что-то делаем… В любом случае, такое поведение руководителя ФРС говорит о том, что ничего конструктивного он сказать уже не может и просто просит отстать от него с разными антикризисными идеями.