Медведев и Лукашенко: амбиции важнее памяти?

Главы России и Белоруссии провели 22 июня порознь. А должны были - вместе

Как политику отказаться от приглашения? Можно просто его проигнорировать, но это будет нехорошо. А можно ответить встречным предложением, предполагая, что оно не будет принято, зато конфликт окажется несколько сглаженным. Похоже, последний вариант и произошел между президентами России и Белоруссии, когда они пригласили друг друга к себе на 70-летнюю годовщину начала Великой Отечественной войны.

То, что это действительно так, подтверждают обоюдные объяснения, почему каждый из них не приехал к другому в День памяти и скорби (в Белоруссии он носит название «День всенародной памяти жертв Великой Отечественной войны») - 22 июня. В администрации Дмитрия Медведева пояснили, что российский президент уже был в Бресте 22 июня 2008 года. А Лукашенко сказал: «Да, я приглашал своего коллегу из России прибыть сюда, в Брест. Это - крайняя точка нашего совместного Отечества. 70 лет со дня начала войны – повод нормальный, чтобы вместе, как это было тогда, здесь продемонстрировать и россиянам, и белорусам, что мы вместе были, что у нас общая память и что мы будем всегда вместе». «Почему он не приехал? Этот вопрос надо адресовать ему», - отметил белорусский президент в четверг, отвечая на вопрос агентства«Интерфакс-Запад».

В Кремле тут же напомнили, что и Лукашенко был приглашен в этот день в Россию, а почему он не приехал, нужно спрашивать у него. Ответ зеркальный и несколько детский. Если продолжать в том же духе, то дальше следовало бы перейти к выяснению, кто кого пригласил раньше. Кто успел первым – за тем и приоритет. К счастью, в детство не впали, к таким аргументам не перешли, и мы не знаем, на чьей стороне находится большее моральное право демонстрировать обиду по этому поводу.

Если рассуждать логически, то годовщину победы следует отмечать в столице победителя, а годовщину начала войны – там, где она началась и где бои шли с особым ожесточением. Брест для этого – самое подходящее место. Но в политике, кроме логики, действует еще и масса других обстоятельств. Ведь что произошло на самом деле? Не приняв предложение Медведева, Лукашенко тем самым отказался от переговоров с ним, которые неизбежно последовали бы после официальной части встречи. А Медведев, в свою очередь, не предложив никаких компромиссных вариантов, продемонстрировал безразличие к тому, что происходит в Белоруссии, и нежелание получить информацию из первых рук.  

Ясно, что встреча сейчас нужнее Лукашенко, поэтому в позу становиться ему было не обязательно. Премьер-министр Греции, помнится, в разгар локального финансового кризиса, год с небольшим назад, ездил по всем странам, пытаясь заручиться их поддержкой, и ничего, от него не убыло, а кредитов только прибыло. С другой же стороны, Белоруссия нам далеко не безразлична, и не стоило бы нашим политикам так уж пускать все на самотек. Знаменательные и памятные даты существуют не только для того, чтобы вспоминать уроки истории, но и чтобы обсуждать затем дела насущные. Встретиться было совершенно необходимо, если не в одном месте, так в другом или третьем.

Однако президенты продолжают с разной степенью достоверности изображать обиженных, забывая известную поговорку, что именно на таковых личностях и возят воду. В том смысле, что наши разногласия могут оказаться на руку какой-нибудь третьей стороне.

Но обиды не иссякают. «Нас сегодня пытаются наклонить. К сожалению, и в России немало таких, и особенно на Западе», - заявил Лукашенко в среду. Тем не менее он уверен, что абсолютное большинство россиян, в случае необходимости, встанут в один строй с белорусами. «Здесь был оплот нашего Отечества, он и будет», – сказал он перед началом концерта-реквиема мастеров искусств России и Белоруссии, прошедшего на территории Брестской крепости.

Год назад, кстати, Лукашенко посещал Москву, чтобы отдать дань памяти погибшим в войне. В тот раз в памятных церемониях участвовали вместе сразу три президента братских стран. 8 мая прошлого года Медведев, Лукашенко, а также украинский лидер Виктор Янукович торжественно открыли в Александровском саду памятный знак «Города воинской славы». Это мероприятие дало старт торжествам, посвященным 65-летию Победы.

«Все эти «Нет, уж лучше вы к нам!» – следствие не только обостренных отношений между Минском и Москвой, но и межличностного конфликта Александра Григорьевича и Дмитрия Анатольевича, – сказал чиновник в аппарате совета министров Белоруссии газете «Взгляд». – Безусловно, наслоилась и атмосфера экономического кризиса, в условиях которого белорусские власти рассчитывали на то, что Россия подставит более широкое плечо. А она использует ситуацию, следуя своим приватизационным аппетитам».

Личная полемика между Москвой и Минском началась еще прошлой осенью, а месяц назад она вновь усилилась из-за финансового кризиса в Белоруссии. В конце мая состоялась телефонная беседа двух президентов, по итогам которой Лукашенко сообщил, что Москва выделит кредит в 6 млрд долларов. Его тут же поправил министр финансов России Алексей Кудрин, уточнивший, что речь идет о выделении лишь 3 млрд, причем частями и в течение трех лет. И не из российского бюджета, а из Антикризисного фонда ЕврАзЭС. Кудрин подчеркнул, что это лишь с условием широкомасштабной распродажи белорусской государственной собственности.

На днях Минск наконец получил первый транш по этой схеме – 800 миллионов долларов. Но все равно в четверг он был вынужден продать «Газпрому» весь Белтрансгаз, вопреки прежним заявлениям Лукашенко, что этого не произойдет.

Белорусский чиновник также напомнил, что в «такие знаменательные даты в истории республики, как 22 июня, 9 Мая или 26 апреля, Александр Лукашенко всегда находится в Белоруссии. С другой стороны, он не раз уже совершал то, что называется демаршами, когда отказывался от каких-то поездок в Москву или мероприятий в рамках СНГ. Это вынужденный политический инструментарий. Газового вентиля-то у нас нет!»

Следовательно, приглашая Лукашенко 22 июня в Россию, в Кремле знали, что он не приедет. И это всех устраивало.