Как заболтать коррупцию
Нынешний состав кабинета министров не может похвастаться большими успехами в экономике и социальной политике. Неумение доводить до конца взятые на себя обязательства, непоследовательность действий, откровенное нежелание трудиться приводят к тому, что раз за разом объявленные планы остаются невыполненными. Даже публичные разносы, которые Владимир Путин регулярно устраивает министрам и главе кабинета, не могут изменить ситуацию.
В борьбе с коррупцией тоже нет ярких побед, хотя премьер Дмитрий Медведев уже не раз объявлял крестовый поход против этого зла. Став в 2008 году президентом России, он создал и лично возглавил Совет по борьбе с коррупцией. Было сказано много громких слов об угрозе основам общества, разложении деловой среды и падении авторитета страны в глазах мирового сообщества. Тогдашнему главе президентской администрации Сергею Нарышкину было поручено в течение месяца разработать антикоррупционный план действий.
Биться решили по трем направлениям: совершенствовать законодательную базу, создавать стимулы для антикоррупционного поведения и укреплять независимость суда. Бои на всех фронтах проиграли вчистую. Жертвами стали мелкие коммерсанты и чиновники, которых сдали либо ушлые партнеры по бизнесу, или недовольное чем-то начальство.
Через два года Медведев был вынужден признать свое поражение, но решил не сдаваться и чаще применять уголовную ответственность за рейдерство, а также увязать штрафы за коррупцию с размерами взяток. Предложения доверить борьбу с мздоимством общественным организациям, вернуть честную конкуренцию в политическую и экономическую жизнь страны президент оставил без внимания.
В марте 2012 года Медведев на правительственном заседании заявил, что годы борьбы со злом не прошли даром: впервые появилась законодательная база по противодействию коррупции, но общий результат по-прежнему не блестящий. Россия осталась соседкой Гвинеи и Зимбабве в международных коррупционных рейтингах.
На мартовском заседании в очередной раз было заявлено о новом решительном наступлении на коррупцию, теперь уже по пяти направлениям. Медведев даже заговорил о необходимости общественного контроля. Впрочем, как всегда, дальше разговоров дело не пошло.
О том, что даже насчет созданной законодательной базы Медведев сильно заблуждается, стало ясно в ходе расследования теракта в аэропорту Домодедово, который произошел в начале 2011 года. Несколько месяцев подряд первое лицо в государстве пыталось выяснить, кто является истинным владельцем аэропорта, но результата это не принесло. А если непонятно, кто владеет тем или иным активом, о какой борьбе с коррупцией можно говорить?
Вероятно, Медведев считает своей заслугой, что сегодня депутаты и сенаторы, сотрудники аппаратов правительства и президента, министерств и ведомств обязаны ежегодно предоставлять декларации о доходах. Но ведь не создан механизм проверки сведений, указанных в декларациях, ни у кого не вызывает вопросов появление многомиллионных доходов государственных служащих. А значит, и вся эта затея с ежегодными отчетами теряет смысл.
Алексей Навальный со своим проектом «РосПил» доказал, что чиновники и депутаты научились с легкостью обходить законы, но «пехтинг» вполне может стать массовым явлением – была бы на то реальная, а не показушная политическая воля. Но Навальный осужден по уголовному делу, которое вызывает массу вопросов у юристов не только в России, но и во всем мире.
Между тем глава правительства Дмитрий Медведев подписывает новое постановление. Теперь сообщать о своих доходах и расходах обязаны руководители и бухгалтеры 29 государственных компаний и корпораций, а также члены их семей. В данный список попали «Олимпстрой», Фонд содействия реформированию ЖКХ, ОАО «Российские железные дороги», Агентство стратегических инициатив, «Росатом», Высшая школа экономики, ИТАР-ТАСС и другие, сообщил вице-премьер Сергей Приходько.
Заодно Приходько рассказал, как осуществляется контроль за доходами чиновников из госструктур. По его словам, в открытом доступе уже находится почти треть объема намеченной к публикации информации.
«На середину июля 45 органов исполнительной власти создали раздел «Открытые данные» на своих официальных сайтах. Государственные органы власти и органы самоуправления в сети Интернет разместили более 800 наборов открытых данных», – подчеркнул вице-премьер.
Председатель Высшего арбитражного суда Антон Иванов, изучавший мировой опыт борьбы с коррупцией, в интервью Forbes рассказал, что считает отечественную систему контроля за доходами и расходами абсолютно бесполезной.
«При введении декларирования не было учтено современное состояние семейных отношений и общества в России. Круг лиц, чьи доходы и собственность подлежат декларированию, то есть супруги и несовершеннолетние дети, определен исходя из практики европейских стран или США, где никто никогда не запишет свою собственность на более дальних родственников и тем более друзей, – отметил Иванов. – В России же этот подход, напротив, более распространен, поэтому и декларирование доходов чиновников оказалось не очень эффективным».
По мнению главы ВАС, заставляя чиновников писать ежегодные отчеты о своем благосостоянии, правительство берет на себя непосильную задачу. «Проверять все расходы чиновников невозможно. Это огромный массив информации, на обработку которого не хватит ни кадровых, ни материальных ресурсов», – считает Иванов.
Звучит как приговор. Значит, и нынешний этап борьбы с нетрудовыми доходами, взятками и откатами, рейдерством и использованием инсайдерской информации обречен на провал.
Когда читаешь о «подвигах» Дон Кихота в борьбе с ветряными мельницами, от сочувствия к благородному рыцарю сжимается сердце. Но когда наблюдаешь за современной инициируемой правительством «борьбой с коррупцией», создается впечатление, что присутствуешь на плохом самодеятельном спектакле, где режиссер и актеры нехотя и лениво отрабатывают свой номер, а зрителей в зале попросту не замечают.
Комментарии читателей Оставить комментарий
Может начать с искоренения коррупции в правоохранительных органах? Десятки лет жители городов Подмосковья, не говоря уж о должностных лицах, знают об одиозных точках продажи наркоты, а воз и ныне там.