Россия и ЕС сыграли в перетягивание Украины

Пока что выходит боевая ничья, но Киев предпочитает ориентироваться на Европейский союз

Вот и обменялись мы, что называется, любезностями. Смотрел-смотрел Евросоюз на таможенную войну России и Украины, да и вступился за украинцев. Заявление, с которым выступил во вторник представитель ЕС Джон Клэнси, было выдержано в неожиданно резком тоне: Брюссель потребовал от Москвы не запрещать ввоз украинских товаров, назвав наш торговый спор «возмездием за европейский выбор украинцев», пишет Financial Times. Проблему эту следует решать быстро и в соответствии с обязательствами стран в ВТО, считают в Евросоюзе.

Нынешний спор, как мы помним, начался с возмущения главы «Роспотребнадзора» Геннадия Онищенко бензопиреном, якобы найденным в популярном украинском шоколаде, но ведь не в конфетах дело. Конечно, кондитерский гигант «Рошен», с которого все началось, оценил свои убытки в приличную сумму – миллиард гривен или 123 миллиона долларов до конца года. (Кстати, у этой компании есть фабрика в Липецке, но она, как супруга Цезаря, вне подозрений, ибо стоит по нужную сторону границы.) Но конфетные препирательства быстро и предсказуемо сползли на старинную тему геополитического выбора Киева. И по этой теме Евросоюз высказывается все более и более определенно: ему очень хочется заполучить доступ к емкому рынку Украины и ее обильным ресурсам.

Выступление Брюсселя прозвучало особенно резко на фоне сдержанной реакции Вашингтона, который в экономическом плане, впрочем, в Украине заинтересован слабо. США ведь в какой-то степени подыграли России, тоже предложив «решать вопрос в рамках ВТО», но тем и ограничились. А пока суд да дело (вопросы там «решаются» месяцами и годами), получилась бы затяжная таможенная блокада, и обошлась бы она украинской экономике гораздо дороже: в стране и так уже вторая рецессия за пять лет. Вот европейцы и прикрикнули.

Разумеется, у ЕС нет и никогда не было связной внешней политики: вместо нее у Брюсселя имеются «позиции», высказываемые с разной степенью надувания щек и нахмуривания бровей. Но случайно ли, что одновременно с этим заявлением Москва неожиданно подняла шлагбаум и пообещала пускать украинские товары в Россию, как и прежде? Кремлю, видно, не хочется ссориться с ЕС, нашим главным торговым партнером. Чего доброго, заморозит многострадальные переговоры по безвизовому режиму, или еще чего-нибудь удумает. А нам, кстати, еще Олимпиаду в Сочи проводить.

Быть может, Европа и не стала бы вмешиваться в «спор славян между собою» так резво и резко, если бы не ставшая знаменитой фраза советника Путина по Таможенному союзу Сергея Глазьева, что Москва просто удерживает Киев от самоубийственного шага – Соглашения об ассоциации с Евросоюзом. То есть Янукович нам еще и в ноги должен был поклониться, а европейцы – и вовсе тихо утереться и помалкивать. Если кто и сделал тут самоубийственный шаг, так это, похоже, наш коллективный Бисмарк, дуэт Путин – Глазьев с его пародией на Realpolitik, с той лишь разницей, что Железный Канцлер умел действовать не в пример тоньше. В результате «таможенная блокада» не продержалась и недели. Стоило ли ее тогда вообще вводить? Такими шатаниями туда-сюда торговые войны не выигрываются.

Москва, правда, последнего слова еще не сказала. Таможенные рогатки однажды могут вернуться на место, пообещал Сергей Глазьев: если Украина однажды выберет ассоциацию с ЕС, Россия прекратит с ней отношения свободной торговли. Так что главные войны, видимо, впереди.

Но пока что толку от всего этого даже меньше, чем от препирательств «Газпрома» с «Нафтогазом». Кстати, на этот раз Украина первым делом кинулась форсировать энергетическую независимость от России – неудачно попыталась ускорить заключение соглашения о разделе продукции на сланцевых месторождениях с Chevron, снижать потребление газа и демонстративно увеличивать его закупки за пределами России. Как и Путин, Янукович «пошел на принцип»: пусть с экономикой будет что угодно, лишь бы не поддаваться унизительному прессингу Кремля и сделать еще несколько шагов к Европе – и неважно, к чему это приведет. Ассоциация с ЕС выглядит для Киева более интересным способом утратить свою экономическую самостоятельность.

Хотя кто знает – может, украинцы ее и сохранят? Ведь Геннадий Онищенко недавно обнаружил поразительную способность реформировать постсоветские экономики. Запретил вот грузинское вино – и подвигнул виноделов Грузии реформировать отрасль и освоить новые рынки. Так что почему бы и Киеву не надеяться на лучшее?

Вот это полное расхождение между целями и результатами российско-украинской торговой войны и удручает. Пытаясь затащить соседа в Таможенный союз, Россия своими руками толкает его в другой союз – Европейский. Выглядит это так нелепо, что волей-неволей начнешь соглашаться с коллегами, что конфетно-таможенная свара – это просто банальная попытка наших «питерских» отжать активы у «донецких». Попытка довольно спонтанная и непродуманная, но зато именно поэтому ее можно повторять снова и снова, если уж с первого раза не вышло. Такая версия событий звучит тем правдоподобнее, что сложные стратегические многоходовки во имя государственных интересов России, а не клановых выгод, в последние годы у нас что-то не наблюдаются.