Немцы подытожили экономику России

И объявили главным разочарованием уходящего года ее саму

Под занавес уходящего года в обзорах его итогов нет недостатка. Особый интерес вызывают те из них, что сделаны за рубежом и умудряются сохранять беспристрастность: сторонняя оценка часто оказывается особенно свежей. Вот и немецкое агентство DW представило свой аналитический обзор экономических событий года в России. Давайте взглянем: очень любопытно, как немцы, одни из главных торговых партнеров нашей страны, смотрят на ее деловую жизнь. А от себя добавим и то, что из-за рубежа не видно или не оценено по достоинству.

Назначением года немецким коллегам представляется приход в Банк России нового председателя – Эльвиры Набиуллиной. И небезосновательно. Воцарившись в июне, она стала ужесточать контроль своего ведомства над всеми областями российских финансов – как можно предположить, по наказу или с согласия Владимира Путина, чьим советником Набиуллина прежде была и который и двинул ее в ЦБ. А осенью она с удвоенной силой взялась отзывать лицензии у банков, которых за короткое время ее руководства закрыто уже без малого 30. Предшественник Набиуллиной Сергей Игнатьев, напомню, с начала года велел отозвать лицензии всего у трех кредитных организаций.

Бегство вкладчиков и прочих клиентов из небольших банков в государственные гиганты на фоне передела банковского сектора стало пока главным итогом этой реформы. Мы не знаем, имелось ли это в виду руководством ЦБ: оно ведь говорило лишь о необходимости чистить финансовый сектор. В результате российский банковский сектор неумолимо двинулся в сторону монополизации, и у юридического лица открытие счета в государственном банке занимает теперь пару недель, а не час, как раньше. Это говорит об оттоке клиентов из небольших банков, какого не было давно. А в деловых кругах гуляет злая шутка: все-таки зря бабушка учила Эльвиру, что к зиме надо закрывать банки…

Проектом года немцы сочли подготовку к зимним Олимпийским играм в Сочи, которая в эти недели лихорадочно завершается. Не поспоришь. Масштаб строек самой дорогой в истории «белой олимпиады» сопоставим только с размахом ее же коррупции, воровства и халатности. Вспомним хотя бы, как превышение сметы строительства трамплинов выросло с 1,2 до 8 миллиардов рублей, после чего ответственный за это Ахмед Билалов, удостоившись публичной выволочки от Владимира Путина, предпочел вместе с братом «временно» уехать за границу.

Затраты на Игры сейчас оценивают в 50-80 миллиардов долларов, но проект года может обойтись еще дороже – несмотря на то, что, по официальным данным, около половины расходов взяли на себя частные инвесторы. Слухи (а возможно, и не просто слухи) о закупке снега в Израиле, а всего необходимого для Игр продовольствия – в Швейцарии при такой постановке дела просто не могли не появиться. Олимпиада лишь подчеркнула свою значимость, спровоцировав даже некоторые имиджевые политические шаги вроде удивительного освобождения Михаила Ходорковского и амнистии.

От себя хотелось бы добавить рубрику «Прожект года»: это, вне всякого сомнения, кампания по борьбе с офшорами, которую Кремль в очередной раз провозгласил в прошлом декабре и еще раз перезапустил пару недель назад в послании Владимира Путина. Подобный повтор означает лишь одно: в 2013 году деофшоризация обернулась пшиком. По ряду оценок, в офшорах зарегистрировано 95% крупной собственности, а вне российской юрисдикции заключается 90% корпоративных сделок. Воз с деньгами и ныне там.

Калийные войны, еще не до конца отгремевшие в России и Белоруссии, просочились у германских наблюдателей сразу в две рубрики – «Конфликт года» и «Сделка года». Арест в Белоруссии главы «Уралкалия» Владислава Баумгертнера был подан Минском как возмездие за отказ экспортировать продукцию через компанию БКК, единого трейдера с «Беларуськалием». Белоруссия усмотрела в этом ущерб для своей экономики, который оценила в круглую сумму – 100 миллионов долларов. Заодно в Интерпол ушла ориентировка на совладельца «Уралкалия» Сулеймана Керимова. А сделкой года стало как раз выполнение Москвой белорусских требований смены собственников «Уралкалия»: на помощь пришли Михаил Прохоров и компания «Уралхим».

Надавив на Россию с помощью такой свежей внешнеэкономической меры, как заложничество, которое не применялось, помнится, с Гражданской войны, Белоруссия удостоилась исключительно мягкой ответной реакции. Тем более что Александр Лукашенко, как говорится, «первый начал», наладив торговлю помимо российско-белорусского картеля. Удивительный, необъяснимый по своей эффективности удар по России, которая даже поддержала обвинения против Баумгертнера, хотя сейчас потихоньку спускает дело на тормозах.

Номинация «Разочарование года». Здесь голова идет кругом: и стартовавший передел имущества РАН, и пенсионная реформа, и сомнительная плавная девальвация рубля – столько всего! Но немецкие коллеги взглянули шире и присудили первенство начавшейся стагнации российской экономики. Оценка роста в 2013 году понижалась правительством четырежды, и сейчас варьируется в коридоре от 1,2 до 1,8% – смотря чьи прогнозы читать. При спаде промышленного производства инфляция рискует приблизиться к 7% – здравствуй, стагфляция? Зато эффективно работает финансовая система, которую уже окрестили «капиталопровод «Западный поток»: на начало декабря из России утекло капиталов на 53 миллиарда долларов, а по прогнозу замглавы Минэкономразвития Андрея Клепача, до конца года отток составит 60 миллиардов. Причем даже президенту Путину недавно пришлось признать, что все эти неприятности обусловлены внутренними факторами, а не мифическими «глобальными», о которых в этом году не раз говорил премьер Медведев (США, напомним, вернулись к уверенному росту, а еврозона, вопреки всем предсказаниям, выкарабкалась из рецессии).

Уходящий год выдался для экономики России неожиданно трудным: по мере того как Запад постепенно выбирается из рецессии и стагнации, мы уже взглянули в лицо второму из этих явлений и, не ровен час, скоро познакомимся с первым. Многие события – включая, например, смену курса российского ЦБ, – обещают сказываться и в наступающем году. Даже в официальных оценках оптимизма не видно. И если в 2014 году Россию ждет кризис, то он будет, можно сказать, нашим собственным, рукотворным. И, значит, в Новом году нам остается надеяться не на везение и не на милость Деда Мороза, а на благоразумие тех, кто управляет российской экономикой. Хотя есть подозрение, что, учитывая их скромные успехи, состав этих лиц в наступающем году претерпит изменения.