Более 80% предпринимателей боятся вести дела в России

Силовики становятся изобретательнее в вопросах «отжима» бизнеса у граждан, в зоне риска отныне - каждый предприниматель

На состоявшейся 27 мая рабочей встрече с президентом Владимиром Путиным российский бизнес-омбудсмен Борис Титов в рамках доклада о положении дел с правами человека в области предпринимательской деятельности отметил: более 80% предпринимателей не считают ведение бизнеса в России безопасным. При этом он с сожалением признал, что в последнее время количество сторонников такого мнения только увеличивается.

© РИА Новости

В основу очень неприятного для Кремля заявления уполномоченного при президенте по защите прав предпринимателей лег закрытый опрос, проведенный Федеральной службой охраны (ФСО) в 38 регионах страны, в котором приняли участие 211 юристов и правозащитников, а также — 211 предпринимателей. Некоторые результаты опроса обнародованы порталом РБК.

Выводы, содержащиеся в этом документе, показывают, что картина в предпринимательстве день ото дня складывается все печальнее. Так, согласно опросу, считают бизнес незащищенным от необоснованного уголовного преследования, а значит, — небезопасным, 84,4% предпринимателей.

Да, значение внушительное. Но гораздо тревожнее другое — доля разделяющих аналогичную точку зрения экспертов, в число которых вошли, в том числе, и прокурорские работники (!), составила 69,2% (в 2017 году таковых было меньше, 57,1%). Примечательно, что сейчас 66,7% этих же специалистов (против 45% двумя годами ранее) вообще не доверяет правоохранительным органам!

При этом почти 40% юристов и правозащитников признают — уголовные дела используются в конкурентной борьбе предпринимателей как способ давления друг на друга. А 36,7% предпринимателей открыто связывает их возбуждение с личным интересом силовиков.

И это постоянное увеличение давления на бизнес, считает эксперт-экономист Леонид Хазанов, ведет страну к тому, чтобы в ней был именно кризис, а не экономический рост.

— Бизнес не знает, что произойдет с ним завтра, — свидетельствует эксперт. — Гадает: снимут владельца — не снимут, отнимут компанию — не отнимут. Количество проверок контролирующих органов — немыслимое. Как и уголовных дел в отношении предпринимателей. Причем, под надуманными предлогами.

У людей наблюдается такой пессимизм, которого не было даже в «лихие девяностые». Они элементарно не знают, как им жить? И занимаются бизнесом просто по инерции.

— А если и открывают дело, — развивает тему аналитик ГК ФИНАМ Алексей Коренев, — то сидят, как говорится, на чемоданах. Чтобы при возникновении каких-либо форс-мажоров либо оперативно уехать за рубеж, либо открывать новую фирму под другим названием. Только вот для того, чтобы что-то открыть, во-первых, надо пройти семь кругов настоящего ада. А, во-вторых, потом тебя замучают проверками.

К тому же, если дело вдруг окажется прибыльным, обязательно найдется тот, кто захочет его отжать.

Столь удручающая картина, констатировал Алексей Коренев, сложилась в России не вчера, а в течение последних 15−20 лет. Поэтому на перспективу развития из российских предпринимателей никто уже и не смотрит. А зарубежные фонды и инвесторы улучшать нашу бизнес-среду не торопятся, потому что для них очень показательной стала история с основателем Baring Vostok Майклом Калви.

— Когда спор хозяйствующих субъектов вдруг перешел в уголовную плоскость и к вопросу подключились силовые структуры, — напомнил Алексей Коренев, — для всех это стало четким сигналом того, что в деле сотрудничества с Россией стоит притормозить. Все это крайне неприятно.

Однако гораздо более неприятно, что, помимо такой «крупной рыбы», в сети заинтересованных силовиков рискует сегодня попасть абсолютно каждый предприниматель, вне зависимости от степени ценности его бизнеса.

Так, несколько дней назад Национальный союз защиты прав потребителей распространил пресс-релиз (имеется в распоряжении «СП»), в котором предупредил российских бизнесменов о набирающем обороты виде мошенничества со стороны силовых структур.

Путем предоставления в налоговую инспекцию поддельных документов, говорится в документе, меняется собственник предприятия и директор, о чем заносится запись в Единый государственный реестр юридических лиц. Затем проводятся регистрационные действия, направленные на отчуждение имущества у законного собственника.

— По такой схеме, например, — рассказал корреспонденту «СП» председатель организации Павел Шапкин (предоставив копии соответствующих документов), — в этом году пострадала обратившаяся в наш союз за защитой своих прав гражданка Федосеева Н.В. В апреле 2019 года она обнаружила, что принадлежащая ей на 100% фирма, предоставлявшая складские помещения в аренду, без ее ведома и согласия перерегистрирована на постороннее и неизвестное ей лицо.

Она сразу же обратилась с соответствующими заявлениями в полицию и территориальный налоговый орган, ИФНС МРИ № 18 по Московской области. Полиция в течение нескольких дней выявила, что действия по перерегистрации проводились с нарушениями и по поддельному документу от нотариусов. Однако налоговики, несмотря на полученные обращения, в течение месяца так и не наложили ограничения на совершение дальнейших регистрационных действий, что позволяло злоумышленникам действовать безнаказанно.

Получается интересная картина — сотрудники налоговых органов не только не выполняют требования целого ряда законов, но и таким образом способствуют, по сути, мошенникам продавать «отжатое» имущество. Конечно, рано или поздно недействительность сделки, думаю, будет признана. Но имущество-то уже будет продано, а новый и старый его владельцы не смогут, как говорится, найти никаких концов. Полагаю, без участия самих сотрудников налоговой инспекции такие механизмы едва ли осуществимы.

— Почему это стало возможным?

— Стране не хватает денег. Не хватает возможности «кошмарить» предприятия. Вот и пошел такой заработок для недобросовестных представителей налоговой службы. У нас же в России принято считать, что если ты нацепил хоть какие-то погоны, то для тебя закон не писан. Вот и идет полное игнорирование прав предпринимателей. Тем более что у наших силовиков сильно развито «чувство локтя», так что если в вышеописанном случае дело и дойдет до суда, то налоговики, как, впрочем, и любые другие силовые структуры, будут в суде бороться за своего представителя всеми правдами и неправдами, невзирая на то, прав он или не прав.

— Получается, что, несмотря на все реформы силовых ведомств, той же полиции, в их рядах увеличивается количество «оборотней»?

— Дело в том, что это не силовики такие уж прямо сплошь и рядом плохие люди. Они просто очень тонко чувствуют нынешнюю ситуацию.

— В чем ее проблема?

— В экономической политике нашего финансового блока правительства. Вообще, вся наша экономика сверху донизу выстроена на ростовщичестве, главная цель которого — по максимуму «отжать» чужое имущество. Вся эта белиберда из разряда «денег нет, но вы держитесь», как и отказ от запрещения микрофинансовых организаций, дающий деньги под 2% в день якобы из-за опасения ухода этого бизнеса в теневой сектор, как раз на это и работает. Чтобы человек, набрав долгов, потом расплачивался с судебными приставами своей собственностью.

— На встрече с Путиным Борис Титов выступил за реформу судебной системы, за изменение уголовно-процессуального кодекса, в частности, за активное использование в отношении подозреваемого бизнесмена внесения залога, а не заключения под стражу. И Владимир Путин его вроде бы поддержал. Это ли не свидетельство того, что ситуация в бизнесе скоро будет исправлена?

— Фразы из разряда «давайте наведем порядок» мы слышим с пугающей периодичностью. Усиливают работу правоохранителей, наводят порядок — а ничего так и не работает. У нас не работает даже то, что написано в первых двух главах Конституции. А вся проблема в том, что в России нет эффективного общественного контроля в отношении силовиков. Прокуратуры, суды и прочие все равно живут сами в себе, над народом.

— В какой форме должен быть этот общественный контроль?

— Прежде всего, должна быть выборность судей. Как в СССР — выбирать их прямым голосованием на 5 лет, а дальше — до свидания. Нужно четко прописать это в Конституции. А передавать той же прокуратуре какие-то дополнительные полномочия при том, что суды у нас не работают — нонсенс. Без эффективной судебной системы защитить наших бизнесменов от произвола, увы, никак не получится.

Впрочем, подытожил Алексей Коренев, косметическими реформами здесь не обойтись. Потому что если что-то исправлять слегка — это все равно что пытаться удержать падающие стены наклеиванием обоев. А надо менять не только судебную, но и правовую и выборную системы.

Словом, нужны глобальные реформы. Но на них, к сожалению, в обозримом будущем вряд ли кто-то решится, не для того так долго и упорно выстраивалась «вертикаль власти», чтобы теперь ее можно было быстро и безболезненно перестроить, преследуя даже самые благие цели.