Ближний берег
- Три девчонки у меня, не считая жены, - расплываясь в довольной улыбке, говорит Геннадий Горбунов. И тут же коротко сигналит. - Это я средней, Женьке, вон она с подружками гулять пошла. Старшая - Ульяна, уже студентка, будущий юрист. А третья - маленькая еще совсем, первоклашка. Думали, мальчика родим, а получилась Любашка. Нас у отца с матерью - семеро братьев. И почти все в родном Никольском районе остались. Старший - механик, два предпринимателя, водитель и я вот - председатель колхоза. Сейчас тормозну на минутку, механизатора своего подвезу, нам как раз по пути. Опять, паразит, идет, шатается, "шире грязь - дорога едет". Не сшиб бы кто в темноте...
В автомобиль грузится этот самый механизатор, от загара и грязи похожий на негра. И польщенный вниманием председателя, и стесненный тем обстоятельством, что опять подшафе. "Геннадий Александрович, только не ругай - исправлюсь", - бубнит себе под нос. Знает, что шутки с Горбуновым плохи...
Так мы летом объезжали горбуновские колхозные поля. Был июль, и в Никольске стояла жара.
А тут как-то, уже по зиме, встретились мы с Горбуновым в Вологде, у областной администрации. Хлопнул он дверцей "Волги", здоровается, по имени-отчеству называет. Я же его никак узнать не могу. При костюме, при галстуке, весь парадный такой - поля-то в джинсах объезжал и в кепарике. А как узнала, про колхоз стала выспрашивать, как-никак полгода прошло.
- Не колхоз, а ЗАО "Агрофирма имени Павлова". Прошел у нас, так сказать, процесс реорганизации хозяйства в более удобную на настоящий момент форму, позволяющую выходить на современный организационный и управленческий уровень, - заговорил Геннадий Александрович на казенном холодном языке. И тут же перешел на горячий, простой и доступный каждому. - Вы же знаете, что я в двухтысячном присоединил к своему хозяйству развалившийся колхоз "Каменный", а чуть позднее - и соседнюю "Зарю Востока", только она уже давно никакая не заря, а скорее, слабое звено. Власти попросили, кругом же народ живет, есть просит, и полного упадка никак допустить нельзя. Позднее, опять же по просьбе администрации, бывшую "Сельхозхимию" под свое крылышко взяли. Сначала отнекивался: "Вы что же, хотите на меня полрайона свалить, а потом в ладоши хлопать, ждать, когда у меня все дело развалится?" Но потом подумал хорошенько, и купили мы это предприятие с торгов. Потихоньку рассчитаемся, как-никак в гору идем, слава Богу. Теперь вот и мастерская по ремонту техники есть, и отряд плодородия создадим, чтобы заготавливать и вывозить на поля органические удобрения. И будет нашими услугами весь район пользоваться, от этого всем польза. А потом поокрепнем, глядишь - еще парочку развалившихся колхозов возьмем к себе. Земля-то родная, больно, когда все производство "загибается". А развиваться сельскому хозяйству можно и в наших условиях, я это теперь уж точно знаю. Сложно, но можно.
И эти слова председателевы доказаны делом. Взять здешние молочные дела. Сейчас тут реконструируется центральная ферма, и уже в этом году планируется запустить в работу новое молочное оборудование фирмы "Де-Лаваль". И тогда первыми скажут спасибо доярки - их труд будет полностью механизирован. Тогда на ферме заведут высокопродуктивное стадо. В плане хозяйства на пятилетку - иметь тысячу таких коров. И каждая - с надоем до 5000 килограммов молока в год. Это не радужные мечты, потому как уже по итогам прошедшего года надои в среднем по хозяйству выросли до 4000 килограммов. а одна из ферм даже перешагнула пятитысячный рубеж - в Никольском районе такого еще не бывало.
С думой о будущем купили здесь комбикормовый цех. Обеспечат качественным питанием свое стадо, обеспечат и соседние хозяйства, и частников. В "Агрофирме имени Павлова" посчитали, что это будет выгоднее, нежели тратить до 500 тысяч рублей в год на привозной коровий обед.
А потом - лес. Его со счетов здесь никогда не скидывали. Главное - все делать разумно, считает Геннадий Горбунов. И строит цех не только по распиловке леса, но и по углубленной его переработке. Это и дополнительные доходы, и собственные стройматериалы.
- К тому же обидно, когда вместе с древесным сырьем, уплывающим из района, уплывают и денежки. А тут они будут работать на местную экономику, - рассуждает Геннадий Александрович. - Вот поэтому-то мы намерены закупать древесину у населения и других сельскохозяйственных предприятий. У тех, кто не сможет ее самостоятельно переработать. И зачем тогда надо будет продавать ее чужакам?
А пока здесь действует линия по распиловке дров, которые и в хозяйстве используются, и на сторону реализуются. В недалекой перспективе дровами от Горбунова по льготной цене будут обеспечиваться все пенсионеры хозяйства.
- У нас в ЗАО торгово-коммерческая деятельность ого-го как развивается. Было семь магазинов, стало девять. И продовольственными, и промышленными, и хозяйственными товарами торгуем.
- Геннадий Александрович, это все хорошо. Но такая ответственность! Все ли получится?
- А, где наша не пропадала. Ведущему, как говорится, дается. Я трактористом, водителем начинал, потом три года в Мурманске в море ходил. К дальним берегам. Казалось бы, зачем возвращался? Только понял, что важнее всего для меня самые ближние, никольские, берега. И сделаю все возможное, чтобы они были такими же благополучными, как те, далекие, мною виденные. Да и с хозяйством имени Павлова у меня, считай, полжизни связано. Партия в свое время сказала: "Геннадий, надо!", и я пошел сюда в председатели. На восемь лет. В перерыве главой нашей районной администрации был. А как освободился от этой должности, на следующее же утро уже снова на председательском стуле там же сидел. В область звали, а я решил: нет, буду на родных берегах. Мне тут и стены помогают, не только огромный опыт работы и мое высшее экономическое образование.
Комментарии читателей Оставить комментарий