22 июня, получив извещение о том, что германские войска начали вторжение в СССР, регент Венгерского королевства адмирал Миклош Хорти приказал телеграфировать в Берлин: «22 года я ждал этого дня. Я счастлив!» (в 1919 году Хорти фактически стал главой Венгрии, вступив в Будапешт на белом коне. Отсюда – и 22 года его «ожидания. – Прим. ред.). Венгрия к этому времени уже не раз успела проявить себя как надежный помощник Третьего рейха во всех его агрессивных акциях, начиная с соучастия в разделе Чехословакии в 1938 году.

Миклош Хорти - регент Венгерского королевства в 1920—1944 годах (megabook.ru)

Всю весну 1941 года начальник венгерского генштаба Хенрик Верт требовал и от Хорти, и от главы правительства Бардоши, чтобы они поставили вопрос перед Гитлером о непременном участии венгерских войск в походе на СССР. 

24 апреля 1941 года Хорти при очередной встрече с Гитлером пытался уточнить роль Венгрии в будущей войне против СССР, заверяя его в своей полной преданности. Подчеркнув, что он является «ветераном борьбы с большевизмом», Хорти выразил большое удовлетворение «предстоящим разгромом СССР». Конкретного ответа не последовало. Объяснялось это, как заявил впоследствии фельдмаршал Паулюс на Нюрнбергском процессе, тем, что Гитлер тогда еще не был вполне уверен в надежности своего венгерского союзника. Он также понимал, что хортистам пришлось бы обещать «новые территории», которые Гитлер желал захватить для Германии. А Гитлер считал, что и так пообещал уступить слишком много советских территорий Финляндии и Румынии за их участие в войне, чтобы еще что-то отдавать и Венгрии.

Германское командование рассчитывало использовать Венгрию в начальный период антисоветской войны лишь в качестве поставщика сырья и военных материалов, а ее армию – для прикрытия немецких флангов на венгерско-советской границе в случае контрнаступления Красной армии. Меж тем венгерские генералы во главе с Вертом проявили нетерпение и сами вышли на своих немецких коллег с предложениями о сотрудничестве. Именно в это время, как было потом установлено на Нюрнбергском процессе, Верт и руководитель оперативного отдела Генштаба Ласло фабриковали фальшивые сводки о том, будто бы Красная армия сосредотачивала войска на советско-венгерской границе, и якобы там уже находилось 14 советских соединений, в т. ч. 8 моторизованных.

Несмотря на все свое рвение, венгерским воякам так и не довелось начать вторжение на советскую территорию одновременно с германским вермахтом. Однако 23 июня, на следующий день после нападения Германии на СССР, венгерское правительство объявило о разрыве дипломатических отношений с Советским Союзом. А после достаточно бездарно организованной провокации – «бомбардировки» якобы советскими самолетами города Кошице 26 июня, – Венгрия объявила СССР войну.

Венгерский солдат курит вместе с членом пулеметного расчета части СС у танка, Венгрия, 1944 год (waralbum.ru/25651)

Причины такой спешки были весьма простые: хортисты полагали, что Германию ждут на Востоке такие же «молниеносные» победы, как и на Западе. Военный министр Карой Барта, например, так изложил на заседании совета министров 23 июня свое «компетентное мнение» о вероятном исходе германо-советской войны: «Поскольку немцы одержали победу над поляками за три недели и примерно за тот же срок покончили с французами, разбили югославскую армию за 12 дней и за три недели заняли все Балканы, я считаю, что в течение 6 недель немцы окажутся в Москве и полностью разгромят Россию».

Преисполненные самых смелых надежд венгерские войска двинулись на советско-германский фронт. В последние дни июня и первой половине июля туда была направлена Карпатская группа в составе 8-го Кошицкого корпуса (1-я горная и 8-я пограничная бригады) под командованием генерал-лейтенанта Ференца Сомбатхеи, подвижного корпуса (две моторизованные и одна кавалерийская бригады) под командованием генерала Белы Миклоша. Карпатской группе было придано 14 авиарот, насчитывавших 42 самолета.

28 июня Хорти рапортовал Гитлеру, что он счастлив, поскольку венгерские войска плечо к плечу «со славной и победоносной немецкой армией» принимают участие в «крестовом походе, направленном на уничтожение коммунистической опасности и сохранение культуры». Хортисты также предоставили все транспортные магистрали страны для переброски германских и итальянских войск и военных материалов, а также, по особой «просьбе» Гитлера, не препятствовали и перевозке румынской нефти.

Гитлеру очень понравилось стремление Хорти повоевать против СССР (venedia.ru)

Кроме того, было подписано «аграрное соглашение», по которому венгерское правительство взяло на себя обязательство производить и вывозить в Германию нужные ей продукты сельского хозяйства. В частности, подлежали увеличению площади под масличными и кормовыми культурами за счет сокращения посевов пшеницы. Это означало, что сама Венгрия переводится на голодный хлебный паек.

В сентябре 1941 года на территорию оккупированных советских областей прибыло несколько венгерских легкопехотных дивизий, предназначенных для борьбы с партизанами и охраны немецких коммуникаций. Они дислоцировались на Украине, а также в районах Смоленской области и в Брянских лесах.

К своей «миссии» оккупантов как в России, так и в Югославии венгры подошли весьма ответственно. В югославской Воеводине солдаты Сегедского корпуса генерала Фекетхалми (он вскоре возглавит венгерский генштаб) устроили настоящую бойню, причем сербов и евреев даже не расстреливали, а рубили топорами или топили в Дунае. О зверствах венгров на Черниговщине и Брянщине в своих мемуарах рассказывают партизанские командиры Федоров и Полищук, а о венгерских «подвигах» против мирного населения под Воронежем – генерал Шафаренко. Сами венгры-оккупанты вспоминали, как помогали немцам в «спецакциях» в советских селах, расправлялись с женщинами и детьми и благодарили Бога за то, что смогли поучаствовать в уничтожении «славянской и еврейской заразы».

К началу 1942 года количество венгерских войск на советской территории превысило 200 000 солдат и офицеров, сведенных во 2-ю армию, действующую на южном (Воронежском) направлении. Однако в ходе Сталинградской битвы и ряда последующих операций января-марта 1943 года эта армия была полностью разгромлена, потеряв 80 000 человек убитыми и 65 000 человек пленными, а также 75% вооружения. После этого Гитлер распорядился убрать венгров с фронта, оставив за ними, впрочем, оккупационные функции в ряде областей Украины.

Тем не менее, после разгрома немецких и румынских войск в Ясско-Кишиневской операции в августе-сентябре 1944 года Гитлер потребовал от Хорти провести полную мобилизацию. Хорти, повинуясь, мобилизовал три армии. Но при этом он начал переговоры и с американцами, и с Москвой о сепаратной капитуляции Венгрии, и даже обещал повернуть оружие против немцев. Немцы сместили Хорти, поставив на его место верную марионетку – Ференца Салаши, лидера местных нацистов (сам Хорти был вывезен в Германию, где вместе с семьей содержался под арестом). Многие венгерские генералы, офицеры и солдаты, возмущенные таким поворотом дел, перешли на советскую сторону, но большая часть венгерских войск все же сохранила верность Гитлеру. Вместе с немцами они отчаянно защищали Дебрецен, а потом – Будапешт, в марте 1945-го участвовали в последнем немецком контрнаступлении под Балатоном. Остатки венгерских войск сдались Красной армии в начале апреля на подступах к Вене.

Ференц Салаши на суде в Будапеште- 1946 год (ookaboo.com)

После войны Хорти не был предан суду, хотя на этом настаивало правительство Югославии, а спокойно уехал доживать свои дни в Португалию, где и умер в 1957 году в возрасте 88 лет. Бардоши, Салаши, Фекетсалми были казнены как военные преступники, Верт умер в советской тюрьме. Венгерскому народу их стремление отличиться пред Гитлером стоило жизней 300 000 солдат и 600 000 мирных граждан.