Егор Кончаловский: «Москва слишком заражена космополитизмом»

Егор Кончаловский представил на X Казанском международном фестивале мусульманского кино свой фильм об Астане.

Егор Кончаловский © РИА Новости, Григорий Сысоев

Для мусульманского кино в современной России Кончаловский видит большие перспективы. «Мусульманство — не только религия, это морально-этический код, - рассказал Кончаловский «Известиям». - Тем более наше российское мусульманство, прошедшее войну и советскую власть. Я считаю идею фестиваля абсолютно правильной, потому что Россия — страна азиатская, а не европейская. И главное, что это не оскорбление: России нужно оставаться азиатским государством».

Сам Егор Кончаловский долгое время считал себя скорее протестантом, нежели православным. Изначально его привлекало лояльное отношение лютеран к идее богатства. «Протестантизм — это мутация христианской религии для буржуев, капиталистов, - размышляет он. - Собственно, когда появился капитализм, тогда и придумали протестантскую веру. Основной постулат такой: если ты богат и успешен, это знак от Бога, что он тебя любит. В православии всё наоборот: богатство — грех, бедность — не порок. И сейчас мы постепенно осознаем, что протестантский принцип оказался ложным. Я искренне верил в него: когда я уезжал из СССР, мне действительно казалось, что это отсталая страна, а в других странах есть настоящая демократия. Тогда она и вправду была — в Англии, например».

Егор Кончаловский © РИА Новости, Екатерина Чеснокова

Видя, что на Западе никакой демократии уже не осталось в помине, Кончаловский пересмотрел свои взгляды. «В общем, мои принципы несколько изменились. Я по-прежнему за успех и по-прежнему считаю, что за богатство не надо ругать, но та модель мира, которая была нам навязана в последние десятилетия и которой мы были очарованы, для меня стала понятной и неинтересной. Мы разрушили великую страну в погоне за джинсами и колой, а ведь можно было делать этой стране маленькие инъекции капитализма».

По мнению Кончаловского, в мире сейчас происходит глобальная перестановка сил. «Что греха таить, 15 лет назад англосаксонская часть населения планеты знала как управлять бизнесом лучше, чем татарская или российская в целом, или какая-нибудь еще. Но сейчас всё изменилось. На мой взгляд, западная цивилизация пришла к своему логическому концу, к сожалению, необратимому. Вылечить это нельзя — надо умереть и родиться заново. Евразийская цивилизация, напротив, находится на подъеме. Думаю, следующий цивилизационный виток будет происходить не в Голландии, не в Штутгарте, не в Варшаве и уж точно минует Вильнюс и Таллин».

Егор Кончаловский © РИА Новости, Екатерина Чеснокова

Перспективу нового цивилизационного витка Кончаловский связывает с Россией, но не с Москвой. «Возможно, и Москву обойдет, потому что Москва слишком заражена космополитизмом. Следующий цивилизационный виток случится в Евразии — в том огромном пространстве, которое раньше называли «диким полем», «великой степью». Последние пять лет я прожил в Казахстане и Азербайджане, и там у меня укрепилось ощущение, что инициатива Европы не просто перехвачена, а утеряна. Я делаю выводы: вот, например, я учился в Англии и прожил там много лет, но сейчас не хочу, чтобы моя дочь шла по моим стопам. Хочу, чтобы она училась в России».

Кончаловский уверен, что через 30-40 лет культурно-религиозная палитра России изменится в пользу мусульман. «Мусульман всё больше — и наших, и приезжих, - замечает он. - От этого нельзя никуда спрятаться. Мусульманскую культуру можно не принимать — и тогда будет конфликт. Либо можно ее расплавить в общем котле. Вот американцы долго говорили, что у них плавильный котел всех культур, и потому они такие сильные. Сейчас они не такие сильные, их время ушло. Наступает наше время, и нам без плавильного котла тоже не обойтись. Я не призываю раствориться друг в друге, нужно лишь со спокойствием воспринимать присутствие друг друга. Через культуру сделать это проще всего».

За Россией Кончаловский оставляет великое будущее: «Конфликты любой разновидности — внешние или внутренние — нам сейчас очень вредны. Нам нужно 30 лет мира. Если 30 лет в России будут мир и спокойствие, мы станем самой сильной страной на свете».