Александр Рыбак: «Я стал много говорить по-русски»

Его обаяние подкупает любого и сразу. Такая искренность и детская непосредственность, как у Александра Рыбака , давно покинули шоу-бизнес, уступив место циничности и бездушности. И, быть может, не случайно то, что именно он победил на конкурсе «Евровидение» в Москве, вмиг став любимцем не только России, но и старушки Европы. 

- Саша, как жизнь?

- Очень хорошо. Я уже стал давать множество сольных концертов в России.  Чему я очень-очень рад и удивлен такому теплому приему.

- До сих пор волнуетесь?

- Нет, уже не волнуюсь.

- Судя по тому, что вы начали экспансию российского музыкального рынка, вы, наверное, всерьез намерены обосноваться в нем. Будете делать карьеру в России?

- У  меня есть серьезная привилегия как победителя «Евровидения». Меня приглашают делать разные проекты в разных странах. Мне очень нравится русская культура, я очень надеюсь сделать что-то для русских в следующем году. Я же композитор в первую очередь, ну и скрипач, конечно. Хочется написать музыку к русским фильмам и театральным постановкам.  Но это пока только мечты.

- Но вы уже записали саундтрек к фильму Тимура Бекмамбетова «Черная молния», который уже назвали «музыкальной бомбой».

- Да, вот это просто класс, конечно!

- А вы знали о таком режиссере раньше?

- Конечно. В Норвегии мы очень любим его фильмы. Я не знал, что он снимает новую картину, и когда мне предложили записать саундтрек, я просто обалдел от такой чести.

- Как вас приняли в свою семью российские звезды эстрады? К вам относятся серьезно или не очень, завидуют, а может, ненавидят?

- Нет, ко мне прекрасное отношение со стороны российских артистов. Я заметил, что в России меня гораздо больше уважают, чем в Норвегии. Там публика тоже хорошая, но хватает и тех, кто меня не любит, не уважает и даже ненавидит. Причем, они не скрывают своего негативного отношения ко мне. Открыто говорят, что я не заслужил победы на «Евровидение». В России люди гораздо вежливее в этом отношении.

- С кем-то из наших артистов вы успели подружиться?

- Пока что только с Димой Биланом и Филиппом Киркоровым. Кроме этого, мне было очень приятно познакомиться с Александрой Николаевной Пахмутовой. Она меня лично пригласила на свой юбилей. Я и не мечтал о такой чести. Я ведь очень люблю старые советские песни, знаю многие из них наизусть.

- Как же? Вы же очень молоды?

- В том-то и дело, что я помню старые, а новые нет. Ведь я уехал из Белоруссии в Норвегию, когда мне было шесть лет. Мама взяла с собой старые пластинки советских песен, и все эти годы я слушал только их. Я помню, как мама ставила пластинку и подпевала песням Пахмутовой, которые поразили меня своей мелодикой. И российский кинематограф мне известен лишь по его старым фильмам.

- Выходит, ваши мечты начинают осуществляться в России. Вы мечтали победить на «Евровидении» и победили, хотели познакомиться с Пахмутовой, и это случилось.

- Да, мои мечты сбываются в России. Но у меня есть своя история, которую я люблю рассказывать людям. Когда я пел «Старый клен», то чувства переполняли мое сердце, я чувствую песню, слова и мелодию.

- Вам не говорили, что вы не по возрасту взрослый? Чувствуете гораздо больше, чем люди в ваши лета?

- Это трудно сказать. Думаю, что большие чувства и эмоции есть у всех людей. Только они по-разному их выражают. Другое дело, что для моего возраста у меня музыкальный вкус странный. Я очень люблю джаз, старые песни. И современные тоже. Думаю, моей публике нравится, что я делаю микс в разных жанрах.

- А в жизни вы предпочитаете слушать лирические песни?

- Считаю, что музыка есть для разных моментов и ситуаций жизни. Когда я влюблен, мне приятно слушать старые американские песни, когда гуляю по городу, гораздо интереснее слушать что-то веселенькое.

- А в какие минуты настроения вы слушаете самого себя, свои песни?

- Когда хочется поработать (смеется). Я так много своих песен наслушался на концертах и записях, что предпочитаю слушать других.

- Как вы обычно празднуете Новый год в Норвегии?

- В детстве мне казалось, что Дед Мороз существует только в СССР, и очень удивился, когда он нашел меня в Норвегии (смеется).

- Если бы вы посвятили песню матери, какая эта песня была бы?

- Вальс. Я уже думаю об этом.

- Как ваша любимая бабушка реагирует на ваши успехи в России?

- Радуется. Но, как и прежде, не перестает воспитывать меня за неправильно надетую майку или не так зашнурованные ботинки.

- В прошлый раз вы сказали, что не намерены менять местожительство. Не передумали?

- Нет-нет. Я чувствую, что в Норвегии у меня больше вдохновения. Там много гор и озер, роскошные пейзажи, нет смысла уезжать из этой красивой страны. Москва - очень красивый город, я просто боюсь к ней привыкнуть.

- Почему?

- Ну, это то же самое, если есть каждый день черную икру, то она может надоесть.

- Ваш хит на «Евровидение» родился после несчастной любви, случившейся с вами. Не слишком ли большая плата за рождение музыкального шлягера?

- Тут одно переросло в другое. Все мы любим по-разному. Видимо, мне нужно было пострадать, чтобы появилась песня-победитель. Ведь нет готовых схем любви, никогда не знаешь, во что может вылиться то или иное увлечение.

- А сейчас вы влюблены?

- Бывая в России, я вижу много красивых девушек. Но чтобы выразить им свое восхищение, мне не хватает русских слов, я ведь не в совершенстве владею русским языком. Так что, чтобы влюбиться в русскую девушку, мне нужно как минимум два или три года учить русский язык.

- Но чувства можно выразить глазами?

- Но мне хочется еще, и выказать свои чувства. Но всегда есть опасения. Ведь я уже однажды обжигался.

- Почему вы боитесь приблизиться к любви?

- Любовь – хорошее чувство, но после того, как ты однажды неудачно познал ее, становишься осторожным и избирательным. Когда влюбляешься, хочется пообещать девушке весь мир и все чувства, а это очень ответственно. Да и газеты преследуют и не дают развиваться любви, как бы опережают события, пишут о том, что я уже чуть ли не женюсь на той, с кем меня сфотографировали. А потом выясняется, что это просто очередная фанатка.

- Вы уже пострадали от желтой прессы?

- Все нормально, это хорошие деньги (смеется). Но еще важнее, счастье и любовь. А это уже зависит только от меня.

- Саша, скажите, а почему вы отказались от участия в организации «Евровидения» в Осло?

- Мне предлагали вести конкурс, но я отказался. Потом мне предложили, исполняя свою «Сказку», летать под куполом концертной арены, как это сделал Дима Билан на открытии «Евровидения» в Москве. Но мне никогда не было интересно делать то, что кто-то уже сделал до меня. Думаю, что это будет неинтересно и другим. Тогда мне предложили войти в состав жюри. Но я тоже отказался. Я не люблю официальных должностей. Мне гораздо интереснее сидеть среди зрителей и болеть за тех конкурсантов, кто мне понравится, шутить с друзьями, совершенно не опасаясь, что все, что я делаю, фиксирует телекамера.

- Вам удалось познакомиться с российским исполнителем на конкурсе -  Петром Наличем?

- Нет. Я слышал, что он все время уклонялся от знакомств и встреч с прессой. Об этом много говорили в норвежской прессе. Одна наша журналистка полтора часа прождала его в холле гостиницы, в итоге ей сообщили, что Налич не выйдет к ней. Она была шокирована таким неслыханным поведением русского артиста. 

- Прошел год с небольшим после вашей победы на «Евровидении». Что поменялось в вашей жизни за это время?

- Я стал много и часто говорить по-русски. Это очень полезно для меня. Меня стали часто узнавать на улицах, причем, в России больше, чем в Норвегии. Кроме этого, я познакомился с легендами музыки, с теми, кого я в детстве видел по телевизору и не думал никогда встретить в жизни. Знаете, ощущение, что я в сказке, все происходит как по волшебству. Получается, что моя песня «Сказка» сделала мою жизнь в чем-то сказочной. К моему удивлению, у меня появилось много фанатов. Когда я встречаюсь с ними, то долго общаюсь, слушаю каждого, интересуюсь, понравился ли им мой концерт, а не кидаюсь в автомобиль, раздав быстро автографы. Я много раз наблюдал, как русские артисты так поступали. Не понимаю, зачем бояться и убегать от людей, которые тебя любят, уважают твое творчество. Они будут относиться к тебе так же, как ты относишься к ним.

- А есть артисты или группа, с которыми вы еще не знакомы, но очень хочется познакомиться?

- Да, это группа «Тату». Мне обязательно нужно встретиться с ними, если они не против, конечно. Они не только красивые девочки, у них еще и хорошая музыка. Как музыкальный продукт – это круто!

- А почему вы не можете с ним встретиться?

- У меня нет их номера телефона. У вас есть? Можете дать?

- Записывайте. Александр, а вы сами изменились после того, как прославились на весь мир или остались таким же простым парнем?

- А я никогда не был простым. Я очень трудный человек. Самое главное в моей жизни было общение с людьми. Сейчас мне стало намного проще строить отношения с людьми. Все улыбаются, здороваются со мной, куда бы я ни пришел. Я даже не знаю, известность это или нет, но мне очень приятно. Но это не самое главное для меня. Для меня важнее, когда я прихожу домой, разговариваю с мамой и папой, играю в компьютерные игры, гуляю с собакой.

- У популярности, как известно, две стороны. Вас не тяготит повсеместное внимание к себе?

- Тяготит то, что я не успеваю быть везде, где хочется. Допустим, меня приглашают одновременно в Россию, Францию или Германию, а я должен быть только в одном месте. Мне тяжело привыкнуть к новой жизни. Но популярность нисколько не тяготит меня.

- А власти Норвегии после вашего триумфа как-то стали внимательны к вам?

- Король Норвегии прислал мне поздравительную открытку. А так мы живем в пригороде Осло. В квартале, где я живу, есть аттракционы для туристов. Так вот, долгое время квартал плохо освещался, и вечерами там было темновато. После моей победы на «Евровидении», в наш квартал стало приезжать много туристов из многих стран. Местные гиды показывали им дом, в котором я живу. Только я не понимаю, неужели туристам так интересно знать дом, где живет Рыбак? (смеется). Так вот, теперь весь квартал освещается ярко, всюду вкрутили много разноцветных лампочек. Так что, в том, что туристам радует глаз иллюминация, есть и моя заслуга (смеется). Я очень удивлен, что так много у меня стало привилегий. Я могу делать такие вещи, о которых раньше и не мечтал. Я стоял на крыше самого большого здания редакции газеты «Ди Вельт» в Германии, давал интервью и фотографировался. Для меня это было очень интересно. Там, знаете, очень суровые секьюрити, но меня туда впустили. Затем, я был в цирке, причем, бесплатно. Меня все встречали, я был за кулисами, встречал всех артистов. Я даже поцеловал тюленя.

- С приходом славы, вам удалось избавиться от каких-то своих комплексов?

- Самый страшный мой комплекс – это то, что мне было тяжело общаться по-русски с людьми. Я очень переживал по этому поводу. Мне хотелось выразить свои эмоции, но не хватало слов, я жутко нервничал. Но сейчас я переборол этот комплекс. Чтобы вспомнить русский, я начал читать сказки на русском языке. Но ругаться матом я не научился, если злюсь, то выговариваю все по-норвежски. Мои родители никогда не ругаются дома матом, к счастью. А что касается внешности, я себе нравлюсь уже давно. Ведь очень трудно радовать других, когда ты недоволен собой.

- В вашей жизни появилась любовь?

- Появилась. Сейчас я влюблен. Только не стану говорить о ней, потому что боюсь вспугнуть свое счастье.

- Со своей первой любовью, которой вы посвятили свою победную песню «Сказка», общаетесь?

- Нет. Она все больше общается с прессой, которая предлагает ей большие деньги за откровенности о наших с ней отношениях. А ее отец раздал наши фотографии газетам. Я не осуждаю ее, пусть заработает денег за воспоминания.

- Кстати, о деньгах. Но ведь и вы можете разбогатеть на одних рингтонах песни Fairytale?

- Мне этого не нужно. Ведь сегодня мне платят за право показать меня по телевидению. Несколько лет назад я сам был готов заплатить за это.

- Как вы думаете, почему вы нравитесь всем?

- Наверняка есть те, кто и не любит меня. Не могут же все люди меня любить. Всегда есть те, кому кто-то не нравится. Нельзя быть для всех хорошим. Я в Москве услышал выражение, что « я – не червонец, чтобы всем нравиться». Мне понравилось оно (смеется).

- Многие артисты отказываются от титулов, не в силах выдержать темпа и ритма жизни, которые диктуются вслед победе. Вы очень молоды. Готовы ли вы, что за вами ежедневно будет следить почти весь мир. Следить за вашим каждым шагом, вздохом.

- Это же прекрасно. Я думаю, что все люди в мире очень хотят, как это будет по-русски.

- Общения?

- Да-да, общения. Ты понимаешь, что я имею в виду, да? Я сам по себе человек общительный, мне нравится все время знакомиться с новыми людьми.

- Вас называют мальчиком, дарящим надежду. Ваше обаяние передается даже через экран телевизора, вы просто влюбили в себя всех.

- А кому я дарю надежду?

- Все вашим поклонникам, особенно молодым

- Мне очень приятно, спасибо вам большое. Я даже не знал, что меня так называют. Я как раз и хочу, чтобы так было.

- Саша, вы такой обаятельный в жизни всегда или вы становитесь таковым, когда этого требует ситуация?

- Как это? Когда мне хочется что-нибудь держать для себя, я никому не говорю. Если я хочу, чтобы люди узнали, почему за мной вся Европа, так почему нет?

- Вы, наверное, слышали, что некоторые российские продюсеры, в частности, Филипп Киркоров, хотят слепить из вас что-то вроде клона Димы Билана. Вам такая участь близка?

- Да, мне нравится Дима Билан. Готовясь к «Евровидению», я даже стащил какие-то идеи Билана. Я понимал, чтобы выиграть конкурс, нужна эта молодая энергия, способная очаровать публику. Чтобы видели, что артист хочет что-то рассказать, поделиться пережитым. Тут нужны эмоции. К сожалению, в Норвегии нет такой школы, где учили бы говорить, как Билан, или двигаться, как Билан. Но, тем не менее, я сам должен твердо стоять на ногах и иметь свое лицо.

- А вы считаете, что все, что делает Билан, обречено на успех?

- Не обязательно. Но мне нравится его манера петь, я слышал только одну его песню «Белив», считаю, что лучшего артиста для ее исполнения нет. Но у меня слишком много дел, чтобы вникать в жизнь Билана и узнавать что-то новое. Но чувствуется, что Дима умный парень и имеет свою позицию в любом вопросе, не соглашается на все, что ему скажут. Таких людей называют личностями.

- Норвегия считается рыбной страной. Сами любите рыбачить?

- Люблю, но у меня плохо это получается. Не клюет рыбка. А когда она не клюет, мне уже не хочется рыбачить дальше. Мне больше нравится серфинг.

- Ваш дядя, который живет в Москве, – журналист. А на какие темы он пишет?

- Знаешь, он раньше был дирижером военного оркестра. А потом ушел в журналистику. Он еще и поэт, пишет хорошие стихи.

- До «Евровидении» вы уже были в Москве, причем, трижды. Что это были за визиты?

- Это были поездки по обмену студентами. Мы пригласили несколько студентов из России выступить у нас, а затем несколько наших музыкантов, в том числе и я, поехали в Москву. Мы с ребятами скрипачами выступали в небольших московских церквях и школах. Я совершенно не помню Москву, мы ведь были недолго, выступили и сразу уехали. А более-менее Москву я увидел, когда приехал на «Евровидение». Очень большой город. Мне понравилось то, что в нем много парков и широкие улицы. В Норвегии они узкие.

- Вы уже обзавелись всеми атрибутами европейской звезды?

- Нет, я пробую остаться Александром Рыбаком. Я не хочу стать звездой, которая, боясь, что меня узнают, будет ходить в темных очках. У меня даже нет охранника, я не езжу на машине.

- А как ты передвигаешься?

- На автобусах и трамваях.

 Беседовал Рамазан Рамазанов