«Чернозём» сыграл без покалеченного басиста

Пока концерты интеллектуального панка посещают младенцы, ещё не всё потеряно. На выступлении тюменского «ЧернозЁма» в клубе «Живой Уголок» 7 июня наблюдалось сразу два мелких мальчугана – лет пяти-шести. Один – постарше и с игрушечным мечом в спине, другой – заметно скромнее и проще, но себе на уме. «Тоже мне артист нашёлся», - заносчиво возмущался первый, вытаскивая из спины меч. Его приятель пристыжено молчал, но, когда заиграла музыка, он весь аж просиял, а высокомерный меченосец в ужасе зажал ладошками уши. Что ж, это нормально, каждому своё!

«ЧернозЁм» выступал в Москве в сильно подкорректированном составе. Незадолго до концерта одарённый басист группы Алекс Штакет, при попытке беззаботно отчалить от берега на катамаране, заполучил перелом ноги в двух местах. В довершение ко всему, в Москву не смогла попасть любимая народом гитаристка Лёля Южанинова. Наконец, положение осложнялось ещё и тем, что новёхонькую красную гитару лидер «ЧернозЁма»  Евгений «Джексон» Кокорин обрёл буквально за полчаса до начала концерта. Впрочем, желание достойно апробировать новый инструмент только раззадоривало музыканта, открывая в нём доселе невиданный потенциал.

Поддержать «ЧернозЁм» прибыла взвинченная пост-панк формация «Мирный Атом» с замечательным Димой Шубиным на соло-гитаре («Банда Четырёх», «Ожог»). Банда оттарабанила на славу. Внутренне напряжённый вокалист Щера - с ранимым взглядом и блестящим скрипичным ключом в правом ухе – под мрачный гитарный забой подавленно пел урбанистические тексты и читал стихи, причём одно перетекало в другое незаметно и очень органично. «Небольшая предыстория», - скомкано бросал фронтмен – и тут же читал стихи о том, как наркоманы перерезали ему шею. Шрамы ниже его подбородка никому не давали укрыться в спасительных мыслях о том, что, возможно, это всего лишь перфоманс. А певец только подтверждал самые смелые опасения относительно себя бесшабашной песней «Это мой сумасшедший мир» и стихотворениями, глубоко вскрывающими подлинную суть женской натуры:

         Издалека все женщины прекрасны,

         Так оставайтесь, суки, вдалеке!       

«ЧернозЁм» подхватил в начале своего сета обречённую критику хтонической природы женщин. Пока Тимур Латфуллин (экс-гитарист «ЧернозЁма», подменивший ныне Штакета) настраивал бас, Джексон спел под клавиши Максима Шаркова «Романс». После строчки «мне не нравится внезапное тепло» Кокорин обиженно поморщился, а после финального «я снова не прошёл твой фейс-контроль» с готовностью махнул рукой и лёгкой походкой удалился вглубь сцены, мол: всё к лучшему, не нужна ты мне.

«Мир Тесен, Мир Мал» потихоньку поднимал со дна душ собравшихся бурю. Джексон это, видимо, почувствовал – и высек решающую искру: «Я не пойму, будем сегодня танцевать – или нет?!». Парни с готовностью пустились в пляс под идеально располагающую к этому «Ма-Ма». «Вот, уже теплее», - мгновенно растаял музыкант.

Как всегда, Кокорин незаметно менял обертона и по иному расставлял акценты, из-за чего давно знакомые песни звучали необычно. «Без поручней, УВЫ, мне не подняться», - куртуазней обычного пел он в «Ма-Ма». В «Налегке» в словосочетании «моя нестройная гитара» он опустил последнее слово, проиллюстрировав идею песни гитарным соло. В «Серенаде» он с картинной манерностью взял последний аккорд, пока ударник осуществлял неизбежный переход к «Горько». Последняя, кстати, содержала невероятно насыщенный гитарный проигрыш, заставивший напрочь забыть о том, что группа играет в усечённом составе. Отсутствие второй гитаристки парадоксальным образом заставило Джексона сконцентрироваться – и выдать настоящий стенобитный панк. Стенобитный – в том смысле, что здесь присутствовала и стена грязного звука с классически точными «запилами», и убийственно обнажённый нерв, и повышающий артериальное давление жёсткий бит.

На медленной композиции «Если бы мы знали» подвизались две ухоженные девочки (одна из которых чудесным образом походила на Земфиру). Они упоённо закружили друг друга в вальсе, а под «Тюмень» принялись маршировать, призвав на помощь ещё парочку своих сестёр по духу.

Когда исполнялась «На западном фронте без перемен», всех затмил гаркушеподобный танцор. Грузно и грозно прыгая, он добивался того, чтобы его штаны спускались до предельной отметки, после чего резко их подтягивал – и тут же начинал весь цикл заново.

Торжественно похоронная пантомима Джексона в «Ненавсегда» сменилась многократным истерическим повторением ключевого слова, что было похоже на разъярнные крики стаи голодных чаек. «Спасибо большое!», - благодарили группу зрители, когда Джексон демонстративно вывернул ручку на гитаре. «Вам спасибо», - растроганно парировал он. Сет «ЧернозЁма» показался невероятно свежим. В таком же составе тюменцы выступят в Донецке 10 июня. Очевидно, что тюменцы достигли такого уровня, когда и дальнейшие непредсказуемые варьирования состава будут заставлять их играть очень неожиданные сеты.