Пикник «Искры и канкан»
Обложка диска. Предоставлено издателем
Герметичность «Пикника» давно стала притчей во языцех. Невозмутимый Эдмунд Шклярский редко расставляет для своих слушателей сигнальные флажки. Последний раз это было, пожалуй, в альбоме «Певец декаданса», где отсылки к эстетике Серебряного века были очевидны. В новой работе «Искры и канкан» «Пикник» прослеживает, что случилось дальше с этим хрупким миром гниения и упадка, когда революционные вихри враждебно пронеслись над ним.
В кратком и туманном пресс-релизе к последнему альбому есть, тем не менее, на что опереться. Заглавные образы диска — это действительно революция, действительно Серебряный век, когда искристые вина вдруг подменяются бутылками с зажигательной смесью, а изящный канкан превращается в сущую муку («хрипит геликоном и рвет барабан», как тонко подмечено в известной песне «Агаты Кристи»).
Годы революционного лихолетья проецируются у Шклярского на современность. Шайтан из песни «Лихие пришли времена» маршировал по улицам России как сто лет назад, так и сейчас. «Злая кровь» играла и у пьяной солдатни из «Двенадцати» Блока, и у нынешних интернет-хейтеров, возомнивших себя невесть кем.
«Искры и канкан» - это непрерывная динамика, оборачивающаяся на деле траекторией белки в колесе. «Вероятно, Шклярский-автор подобен ерофеевскому Гёте. Помните, тот сам не пил, но зато заставлял пить всех своих героев, - пишет об альбоме видный роковед Юрий Доманский. - Так и здесь: сам недвижно стоит весь концерт у микрофона, но зато и лирический герой его, и просто герои всё время куда-то идут, всё время в пути. Только вот путь этот, как видим, он из ниоткуда в никуда. Вероятно, потому и в мире даже тогда, когда всё хорошо, то получается что совсем не хорошо».
Но «Пикник» не был бы собой, если бы не предлагал возможности прорыва в запредельное. Героиня песни «Ты кукла из папье-маше» лишь притворяется таковой, чтобы ее не раскусили, но в час трубного зова единственная способна посочувствовать гибнущему лирическому субьекту. Черная вдова из «Принцессы», убивая женихов, возможно, открывает им нечто большее. 90-летний «парень» ощущает, что у него «всё впереди» именно благодаря тому, что смотрит уже за грань земного бытия. И даже небытие из финальной песни «Ничего» сравнимо скорее с кантовской «вещью в себе».
Внимательное прослушивание альбома «Искры и канкан» способно приобщить вас к Вечности. Состояние экстаза вызывают и заметно утяжеленые гитары, и эстетика диско (в «Лихие пришли времена»), и необычайно разнообразные клавишные, которые то заходятся в рок-н-ролльном угаре, то мягко обволакивают, то звучат, как клавесин в салоне XVIII века. Если же вам лень следить за всеми нюансами, то просто загляните в разворот диджипака, где процитированы самые важные фрагменты текстов «Последний из Могикан» и «Ничего...»
Комментарии читателей