«Горшенев» добился культурного шока своим симфоническим концертом
Алексей Горшенев - прирожденный мелодист. Он всегда признавался, что с написанием музыки не испытывал ни малейших проблем. Рано или поздно на этом начале стоило сделать особый акцент, подчеркнув его мощью симфонических инструментов.
Москве в этом плане повезло стать первооткрывательницей. «Крокус» был полон почти до отказа, а зрители в предвкушении выкрикивали «Леха, выходи», далёкое от подобающих случаю церемонных обращений. Хотя Алексей Горшенев вышел в строгом костюме и вел себя довольно сдержанно, не отвлекаясь на привычные для себя долгие разговоры о психологии и философии.
Оркестр находился в центре событий - как визуально, так и в плане саунда песен. А по периметру разместились не только штатные музыканты проекта, но и сооснователь группы «Кукрыниксы» Дмитрий Гусев, чьи темы звучали на концерте тоже, басист ДДТ Роман Невелев, артист мюзиклов Ярослав Баярунас и две бэк-вокалистки.
В программе превалировали песни из зрелого и позднего творчества «Кукрыниксов», когда группа активно использовала плейбеки на концертах. Теперь эти партии прозвучали вживую в оркестровом переложении. Песни «Темный город», «Знай», «Колдовство» приобретали благодаря этому особое измерение и объем, становясь подобными взбитым сливкам. В «Никто» совершенно неподражаемо гармонировали друг с другом партии гитар и скрипок с виолончелями. В «По раскрашенной душе акцент сделали на приджазованной коде. Если в «Полжизни» раньше звучали партии саксофона, то теперь их заменила целая духовая секция.
Иногда обновленные аранжировки подчеркивали особенности текстов песен. Так было в «Вере», где фраза «молоточками как по стеклу – мои нервы стучат, я рушусь» получила новое измерении благодаря партии ксилофона, где, как известно, молоточками и играют. В еще не исполнявшемся «Горшеневым» номере «Смоктуновкий» бэк-вокальная группа поочередно воспроизводила внутренние голоса загнавшего себя актера из воспоминаний Иннокентия Смоктуновского, процитированных в финале песни.
Кинематографичность многих симфонических аранжировок песен «Горшенева» вообще обращала на себя внимание. По сути, каждая группа, делающая в нашей стране проект с оркестром, решает какую-то свою сверхзадачу. «Ария» во многом ориентируется на классическую музыку, «БИ-2» - на эстрадные оркестры 70-80х годов, а Глеб Самойлов — на музыку великих экспериментаторов калибра Альфреда Шнитке.
Для Алексея Горшенева явно была важна апелляция к саундтреком советских фильмов. Во всяком случае, перед «Падением» он прямо заявил: «С нее началось блуждание по симфоническим вещам, чтобы, как в кино «Обыкновенное чудо» все было красиво, а не просто песня». «Это не беда» своими патетическими вокальными бэк-партиями напоминала «Звенит январская вьюга» из комедии Леонида Гайдая «Иван Васильевич меняет профессию.
«Звезду» сам Бог велел сделать в оркестровом прочтении, ибо солдаты, памяти которых она посвящена, безусловно, заслуживают такого реквиема. То же самое и касается песни «Любовь» из сингла «Кукрыниксов» «Вера», «Надежда», «Любовь», которая незаслуженно была задвинута на задворки репертуара Алексея Горшенева, но теперь обрела именно тот размах, которого всегда заслуживала.
Основной сет-лист концерта состоял преимущественно из песен «Кукрыниксов» и лишь «Дорогая» на стихи Сергея Есенина была из сольного альбома Алексея Горшенева «Душа поэта». А вот на бис были представлены две песни проекта «Горшенев» - «Крик» и «Рожденный быть звездой». На прощание, как положено, была сыграна «Последняя песня» «Кукрыниксов». Раскланиваясь со зрителями, Алексей Горшенев похвалил дирижера Леонида Казакова, внесшего большой вклад в подготовку программы, назвал выступление значимым и признался, что «такого концерта у него не было». «Надеюсь, что вы сегодня испытали культурный шок, чего мы и добивались», - резюмировал Алексей Горшенев. Ни убавить, ни прибавить.
Комментарии читателей