Gorky Park «Moscow Calling» (переиздание)
Группу «Парк Горького» так и не настиг пресловутый «синдром второго альбома». Хотя к 1992 году коллектив оказался не в лучшем положении: менеджеры сбежали с деньгами, с издателями из Polygram назревал конфликт, ушел фронтмен Николай Носков, не желая углубляться в передряги. Демо для нового альбома для BMG группа писала в экстремальных условиях в доме без электричества. Но, тем не менее, коллективу удалось сделать релиз, который произвел фурор в Европе. А вот в США диск вышел позднее и это, по мнению критиков, сыграло роковую роль в его восприятии.
Но для российских поклонников это было неважно, потому что именно благодаря второму диску они смогли по-настоящему полюбить Gorky Park. Фактически именно этот альбом и подготовил почву для их возвращения в Россию. Паровозом тут стала, конечно, песня «Moscow Calling» - фактурная, риффовая, с эротичными женскими репризами. Тональный набор в начале и разговор по телефону во многом стали залогом магнетизма этой композиции. Известно, что англоязычные песни нашей публикой воспринимаются со скрипом. Но тут языковой барьер скорее сыграл музыкантам в плюс, потому что текст оказался единственным слабым звеном «Moscow Calling», что стало особенно очевидно, когда в наши дни Алексей Белов и Ольга Кормухина стали исполнять второй куплет на русском.
В остальном содержание песен второго альбома оказалось достаточно адекватным для понимания тогдашней аудиторией. В некоторых из них были даже намеки на социальщину, например, в тревожной «Tomorrow» и нервной «City of Pain». В начало акустической баллады «Two Candless» вообще ввернули фразу на русском: «Днем и ночью он стоял и плакал». Явно это было сделано не случайно, потому что песня испытала влияние русских романсов, в духе которых выдержана инструментальная интродукция к ней.
Русская тема в альбоме «Moscow Calling» больше не имеет лубочного оттенка и подается более естественно, нежели в дебютной пластинке. Коротенькая «Volga Boatman» начинается с инструментального проигрыша «Эй, ухнем» и переходит в настоящий панк-забой, как бы намекая на то, что подлинных панков следует искать среди волжских бурлаков. Хардовая кричалка «Welcome to The Gorky Park» как бы предсказывает то большую роль, которую сыграет в нашей культуре в будущем Парк Горького, неоднократно прославленный, например, в нынешних фильмах.
Альбом вообще крайне непредсказуем и разнообразен. «Politics of Love» вышла, например, с нововолновым привкусом, а в «I’am Going Down» осталось сделать буквально пару шагов до рэпкора. Но русскому народу, помимо заглавной песни, больще полюбились медляки, вроде «Stranger» и «Tell Me Why».
Ныне CD красиво переиздан заслуженным российским лейблом Moroz Records в диджипаке с текстами песен и с первым вариантом оформления, которых, было, как известно, как минимум, три. В условиях, когда аутентичного «Парка Горького» уже нет и не придвидится, нелишне хотя бы таким способом вспомнить, с чего все начиналось.
Комментарии читателей