Социальные сети имели место в ранней истории человечества
Древние люди, конечно, не могли обновлять статус в таких сетях как «В кругу друзей», но социальные сети, тем не менее, были важной составляющей их жизни, выяснило новое исследование.
Результаты исследования описывают элементы структур социальных сетей, которые имели место в ранней истории человечества, что предполагает, что наши предки формировали семейные и несемейные связи, основанные на общих признаках, включая тенденцию к сотрудничеству. Авторы исследования обнаружили, что социальные сети, вероятно, способствовали развитию сотрудничества в ранней истории.
«Удивительно то, что социальные сети древнего человека очень напоминают то, что мы видим сегодня, - говорит Николас Кристакис, преподаватель медицинской социологии в Медицинской школе Гарварда. – Раньше были костры и слова, плавающие по воздуху, сегодня у нас есть цифровые пакеты, зависшие в эфире, но, в основном, суть социальной сети не изменилась».
«Мы обнаружили, что то, что современные люди делают в онлайн социальных сетях - это то, что мы делали всегда - не только до появления сети «В кругу друзей», но и даже до появления сельского хозяйства», - сказал соавтор исследования Джеймс Фоулер, преподаватель медицинской генетики и политологии в Калифорнийском университете, Сан-Диего.
Корни альтруизма
В то время как люди отчаянно конкурируют, чтобы гарантировать продолжение рода, обеспечить себя пищей и защитить свою территорию, в нашей природе заложено стремление к сотрудничеству и альтруизму. Исследователи задались вопросом, являются ли человеческие социальные сети продуктом современного образа жизни, и если это так, то какие жизненные условия подтолкнули людей к их созданию?
Чтобы возникло сотрудничество, основой альтруистического акта, такого как разделение еды с неродственником, должна быть сеть для общения. Все теоретические объяснения развития сотрудничества - семейный отбор, взаимный альтруизм, групповой отбор - полагаются на существование некой системы, которая позволяет участникам кооперации группироваться с другими людьми, которые склонны к тому, чтобы делить.
«Если можно заставить сотрудников группироваться в социальном пространстве, сотрудничество может получиться, - сказала Корен Апицелла, исследователь в Медицинской школе Гарварда. - Социальные сети обеспечивают возможность сотрудничества».
Очевидно, что невозможно опросить наших отдаленных предков об их понимании дружбы или принципах разделения и сотрудничества. Команда исследователей из Медицинской школы Гарварда, Калифорнийского университета, Сан-Диего и Кембриджского университета характеризовали структуру социальных сетей среди хадза - этнической группы в области озера Эяси в Танзании - это одна из последних сохранившихся групп охотников и собирателей: осталось менее 1 000 хадза, ведущих традиционный образ жизни.
Танзанские хадза – племя охотников и собирателей
Быть на связи
Образ жизни хадза предшествует изобретению сельского хозяйства. Хадза едят разнообразные дикорастущие продукты, добывая клубни, орехи, фрукты собирательством и охотясь на различных животных, включая фламинго, землероек и жирафов. Мед – это один из любимых продуктов племени, он имеет десятки названий в языке хадза.
Апицелла взяла на себя инициативу по сбору данных для исследования - интервьюирования 205 взрослых хадза, исследования их тенденций к сотрудничеству и выяснения алгоритмов их понимания дружбы.
Апицелла, Фоулер и Кристакис разрабатывали схему исследования и эксперименты с Франком Марлоу, лектором на факультете археологии и антропологии Кембриджского университета и автором единственной этнографического издания о хадза на английском языке.
Чтобы построить социальную сеть, Апицелла и ее коллеги применили двойной подход. Во-первых, они попросили, чтобы взрослые хадза идентифицировали людей, с которыми они предпочтут жить в следующей лагерной стоянке. Во-вторых, они дали каждому взрослому три баночки меда и сказали, что это подарки, которые они могут сделать любому из племени. Это показало 1 263 соседские связи и 426 связей на основе подарка.
Также исследователи «измерили» уровень кооперативности, дав хадза дополнительный мед, который они могли оставить для себя или пожертвовать для группы.
Когда сети были выявлены и проанализированы, исследователи нашли, что сотрудники и несотрудники сформировали различные группы.
Исследователи также изучали связанность людей с похожими признаками - рост, возраст, сила рукопожатия и другие особенности, например предпочтения в еде. Они также проанализировали транзитивность дружбы и другие свойства сети.
Структура и динамика социальных сетей охотников-собирателей хадза неотличима от существующих данных о социальных сетях, полученных из современных сообществ.
«Мы поворачивали данные различными способами, - сказал Фоулер. - Мы рассматривали десятки единиц, которые используют аналитики социальных сетей, чтобы сравнить сети. И, в значительной степени, хадза используют принцип социальной сети так же, как мы».
Предыдущая работа Кристакиса и Фоулера, которые являются соавторами книги «Связанные», показала, что наш опыт познания мира зависит от того, где мы оказываемся в пределах социальных сетей. Исследования показали, что сети влияют на огромное количество выборов в жизни, вплоть до образа жизни и медицинских факторов (курение, ожирение и даже счастье).
Это исследование финансировалось Национальным институтом старения и Университетом Нотр-Дама. Результаты исследования опубликованы в январском номере журнала «Наука».
Комментарии читателей