Абхазия станет витриной российской геополитики

Если будет реализован проект восстановления республики, о котором говорил сегодня и премьер Путин

Премьер-министр России Владимир Путин нанес сегодня рабочий визит в Абхазию, в ходе которого обсудил с абхазским президентом Сергеем Багапшем и старейшинами вопросы развития социально-экономических отношений России и Абхазии, а также вопросы обеспечения безопасности республики.

Несмотря на мировой кризис, в 2010-2011 гг. Россия выделит на развитие Абхазии 10,9 млрд руб. «Речь идет об объектах инфраструктуры, связи, транспорта, здравоохранения и образования», – пояснил российский премьер, встречаясь с лидерами абхазской оппозиции.

Со своей стороны министр регионального развития РФ Виктор Басаргин, слова которого приводит РИА «Новости», пояснил, что «речь идет о чисто российских федеральных деньгах». «Эти средства пока не заложены в федеральном бюджете, но будут приняты решения о включении этих денег в федеральный бюджет», – отметил министр.

Накануне визита в интервью абхазским журналистам Путин сообщил, что Россия «в этом году на поддержку бюджета Абхазии направила где-то 2,5 млрд руб. И это только на поддержку бюджета – там есть и другие статьи расходов».

Кроме того, российский премьер сообщил, что в 2010 году Москва направит 15-16 млрд руб. на обустройство абхазской госграницы и российской военной базы в Абхазии.

«Это – укрепление границы, создание современной не линии Мажино, а именно границы. Для того, чтобы общаться – и с Грузией, и с Россией. Чтобы это была современная инфраструктура, с обустройством самой границы, с обустройством пограничных войск, с обустройством военной базы. Все в целом примерно будет 15-16 млрд руб.», – цитирует Путина [http://www.rian.ru/defense_safety/20090812/180598661.html РИА «Новости»].

Кроме этого, по словам Путина, Россия продолжит оказывать Абхазии поддержку в социальной сфере. «Прямо скажем: будем продолжать платить пенсии. Так, как мы делали это в соответствии с моим решением, начиная с 2003 года. На эти цели в этом году было направлено свыше 1 млрд руб. В следующем году мы полностью сохраним эти выплаты. Никаких изменений здесь не будет», – подчеркнул глава российского правительства.

Россия также планирует вложиться в инфраструктурные проекты в Абхазии. «Дефицит здесь наблюдается серьезный. Пока, скажу честно, мы конкретных источников финансирования не определили, но на развитие шоссейной дороги, на строительство моста, на ремонт железной дороги между Сочи и Сухуми, на полноценное открытие движения по морю между Сочи и Сухуми – на все это потребуется еще около 4 млрд руб., по предварительным оценкам. Повторяю, на эти цели, на развитие инфраструктуры мы пока источники не определили. Но пока эти расходы и не посчитаны как следует. Сейчас эксперты ведут эти подсчеты. Все это мы будем делать», – отметил Путин.

Российский премьер ожидает выгодного сотрудничества России с Абхазией в сфере туризма и предполагает наличие в республике полезных ископаемых. «Какой интерес может представлять Абхазия в экономическом плане для России? Первое лежит на поверхности – туризм», – сказал Путин в интервью абхазским журналистам в преддверии визита в Абхазию.

Напомнив о своем рабочем визите в Турцию на прошлой неделе, российский премьер сообщил, что сейчас 2,5 млн российских туристов в год посещают Турцию. «А Абхазию посещает миллион туристов из России. Сопоставимо со всей Турцией. Миллион! И это в сегодняшних условиях, когда далеко, мягко говоря, не все еще восстановлено ни в Гаграх, ни в других местах. А если все восстановить? Если обеспечить безопасность, которая, безусловно, будет на порядок выше после обустройства нашей военной базы и, самое главное, границы? Граница – это принципиальный вопрос. Вот уже очень позитивное развитие отношений может быть в сфере туризма», – считает он.

Кроме того, по мнению Путина, «есть основания полагать, что и полезные ископаемые есть в Абхазии». «Но это – на уровне специалистов, повторяю. С руководством Абхазии нужно все время консультироваться, смотреть. Если само руководство Абхазии посчитает возможным предпринять какие-то разработки для развития своей собственной экономики – тех же самых полезных ископаемых – это можно сделать совместно», – сказал премьер РФ. «Есть и другие взаимодействия и направления, где сотрудничество между нами может быть и полноценным, и равноправным», – отметил Путин.

Итак, Россия уже оказывает Абхазии существенную материальную помощь, и в ближайшем будущем намерена ее значительно увеличить. Оправданны ли столь крупные вложения? Чем они обоснованы? С этими вопросами портал KM.RU обратился к председателю наблюдательного совета Института демографии, миграции и регионального развития Юрию Крупнову:

– Самое главное – это то, что Абхазия может стать примером совершенно другого подхода к экономическому восстановлению. На самом деле, когда мы обсуждаем проблемы восстановления Абхазии и Южной Осетии, то мы невольно исходим из ситуации в российских регионах. В российских регионах, мол, все нормально, а вот там либо непосредственно велись военные действия (как в Южной Осетии), либо территория находится в состоянии полной запущенности (как в случае с Абхазией). На мой взгляд, это – совершенно неправильный подход. Потому что, по большому счету, между этими двумя новыми государствами и, скажем, Костромской областью никакой принципиальной разницы нет. Мы должны относиться к проблемам Абхазии так же серьезно, как и к любой другой территории, которая нам принципиально важна.

Почему? Потому что в этом случае мы будем обсуждать не просто вопрос о том, сколько дадим денег. Это, конечно, хорошо, что федеральные органы власти за этот год достаточно успешно поработали на Абхазию, подготовили многочисленные соглашения, идут реальные восстановительные работы. Но возникает вопрос: а что мы все-таки хотим получить в итоге? Потому что, не имея ответа на него, становится непонятно, а сколько вообще нужно денег – 10 млрд или 100 млрд? И для чего нужны эти деньги?

Что касается Абхазии, то там очевидна необходимость восстановления железной дороги и шоссейной трассы вдоль всей страны. Эти принципиальные инфраструктурные задачи для всех очевидны, их надо решать. Но все остальное в целом непонятно. И отсюда – вопрос: а в чем же заключается целостный проект? Эта проблема, кстати, легко переносима и на другие важные для России территории, в т. ч. российские регионы.

Пока мы не научились исходно делать целостные проекты – которые, безусловно, опираются на все местные особенности. Поэтому участие России в восстановлении Абхазии представляется для меня принципиально важной ситуацией. В Абхазии, с ее уникальными природно-климатическими условиями (побережье Черного моря, не загаженное, как соседний Сочи, благодатный край, где живут трудолюбивые, уставшие от войны люди), возникает вопрос: а что, собственно, надо строить?

И поэтому нужно обсуждать целостный проект восстановления и развития Абхазии. Этот целостный проект важен и в геополитическом смысле – потому что мы фактически будем делать витрину российской геополитики. На этой витрине должно быть видно, что эта союзная России территория не просто хорошо ремонтируется и подкармливается, но что на ней происходят системные качественные изменения.

Если этого не будет видно, то, во-первых, эта территория будет перехвачена нашими «стратегическими партнерами». А во-вторых, и по другим территориям мы, соответственно, будем проигрывать. Хотя деньги будут затрачены большие.

– Каким вам видятся контуры целостного проекта для Абхазии? И видит ли необходимость в таком проекте руководство России?

– Из разговоров с руководством Абхазии, с политиками, с чиновниками у меня сложилось впечатление, что уже есть важное понимание такого подхода, которое могло бы выступить отправной точкой. Это понимание заключается в том, что природа Абхазии – очень хрупкая. И Абхазии ни в коем случае нельзя идти по пути экстенсивного индустриального роста. И простые жители, и руководители Абхазии очень переживают, что в погоне за какими-то экстенсивными показателями типа количества отдыхающих – а некоторые фантазеры предлагают довести завоз туристов в Абхазию до 3-4 млн человек – будет нанесен непоправимый ущерб природе республики. Да, вполне вероятно, что в этом случае будут поставлены какие-то экономические рекорды, будет даже создан некий тип благополучия. Но в этом случае мы просто разрушим то, что Богом дано, и что потом не восстановишь.

Поэтому применительно к Абхазии, на мой взгляд, должна обсуждаться прежде всего проблематика элитного туризма. Причем элитного не с точки зрения того, что он будет доступен только для толстосумов и закрыт для простых людей, совсем в другом смысле. Прежде всего в Абхазии должен развиваться туризм оздоровительный. Иными словами, человек, который туда едет, должен не просто валяться на гальке под Гаграми, а восстанавливаться, лечиться, используя уникальный местный климат.

Второй вид туризма – образовательный. Абхазия – это уникальное место для проведения разного рода научных, бизнес- и иных конференций, симпозиумов и сессий, которые могли бы идти в непрерывном режиме. Но для этого в Абхазии должны быть построены отели мирового уровня.

И, наконец, третье направление туризма, который целесообразен, на мой взгляд, для Абхазии – это своего рода этноприродный туризм. Очень узкая и очень ранимая полоска черноморского побережья должна, безусловно, использоваться в рекреационных целях. Но она может служить и неким плацдармом, откуда люди могли бы на день, на 2, 3, 5 дней делать вылазки вглубь Абхазии – в те горные районы, где численность населения в разы, в десятки раз меньше.

Но для того, чтобы создать индустрию элитного туризма, нужны кадры – как в управлении, так и в самой индустрии. И вот это – ключевой вопрос. Поэтому производство кадров под новые индустрии – ключевой проект. Абхазия должна стать местом новых индустрий. Тогда мы не испохабим эту благословенную землю, а создадим некую витрину и в геополитическом плане, и получим опыт нового подхода к региональному развитию.

Потому что сегодняшний подход России к региональному развитию, если его сформулировать по-простому, следующий: кому-то деньги даем, кому-то – не даем. Кому дали – тем повезло. А что от этих денег получит регион – никто сказать не может. В этом смысле Абхазия и Южная Осетия – это вызовы России. Это вызовы всей методологии и всем технологиям регионального развития, которые до сих пор бытуют в России.