Бороться с наркотиками в России становится опасно

Основателя реабилитационного центра в Нижнем Тагиле могут посадить на 12 лет

Как часто любят говорить в России – «инициатива наказуема». Особенно в том случае, если она входит в противоречие с интересами сильных мира сего или влиятельных (причем зачастую – откровенно криминальных по характеру своей деятельности) социальных групп.

История с нижнетагильским борцом с наркоманией, которого гособвинение требует упрятать на 12 лет в места не столь отдаленные, может стать очередным тому подтверждением. Организатору местного филиала Фонда «Город без наркотиков» Егору Бычкову грозит колония строгого режима за попытку спасти жизнь наркозависимых людей с использованием запрещенных законом средств и методов, которые, по мнению прокуратуры, дают основание инкриминировать ему такие преступления, как «похищение человека», «незаконное лишение свободы», «истязание» и «побои».

Основанием для столь тяжких обвинений стала прокурорская проверка работы реабилитационного центра, учрежденного Бычковым для оказания помощи лицам, желающим избавиться от наркотической зависимости. Неожиданно нагрянувшие в центр инспекторы обнаружили, что в ходе лечения наркоманов использовались такие, скажем, нетрадиционные (и формально – действительно противозаконные) средства, как ограничение свободы пациентов (работники прокуратуры обнаружили в помещениях людей, прикованных наручниками).

Будучи препровожденными в отделения соответствующих органов, «освобожденные» граждане [http://uderevskaya.livejournal.com/57858.html дали показания] против человека, которого они еще совсем недавно сами просили помочь избавиться от пагубной страсти. Причем, как уверяет сторона защиты, заявления о якобы недобровольном нахождении в реабилитационном центре были опровергнуты на суде самими же наркоманами. Последние «подробно описали и методы, которые использовались для получения таких заявлений, и методы давления, оказываемые на родителей наркоманов правоохранителями, и то обстоятельство, что в момент написания заявлений и дачи показаний на следствии они находились в состоянии наркотического опьянения».

В связи со вскрывшимися в ходе судебного процесса обстоятельствами многие комментаторы, изучавшие эту ситуацию, высказали предположение, что жесткая кампания в отношении реабилитационного центра Бычкова, главным принципом работы которого является невозможность доступа к наркотику в период реабилитации, может иметь не только официально заявленную подоплеку. Дело в том, что фонд Егора Бычкова объективно перешел дорогу значительному количеству сектантских центров, которые под видом оказания аналогичных услуг (освобождения от наркотической зависимости), по сути, занимаются выкачиванием денег из наркоманов и их родителей.

Наконец, еще большее недовольство определенных влиятельных кругов могла вызвать другая сторона деятельности основанного Егором Бычковым фонда. А именно – реальная оперативная работа по изобличению наркоторговцев и связанных с ними коррумпированных чиновников и сотрудников правоохранительных органов. Для этих целей активистами центра была создана самая настоящая агентурная сеть – т. н. «оперативники», которые находили наркоманов и могли осуществить контрольную закупку дозы у конкретного дилера. Фондовцы ехали в Управление ФСНК, брали своих понятых и авто, могли даже предоставить свои закупочные деньги, оформляли документы и проводили проверочную закупку. В дальнейшем общественники [http://krupnov.livejournal.com/107228.html отслеживали] заведенное уголовное дело от начала следствия до судебного разбирательства.

Можно предположить, что подобная общественная инициатива снизу, благодаря которой появилась возможность засветить целую криминальную сеть, состоящую из наркобарыг и их крыши среди коррумпированных представителей чиновничьего аппарата, была для многих как кость в горле. После чего Бычкову в принципе можно было ожидать самого неблагоприятного развития событий.

'''Скандальную историю комментирует председатель Наблюдательного совета Института демографии, миграции и регионального развития Юрий Крупнов:'''

– В этой ситуации поражает та энергия, с которой было организовано данное дело. Обвинение выставляет совершенно невероятный срок в 12 лет. Хотя все происходило по закрепленной в письменном виде просьбе родителей.

Я хочу сказать, что в нашей стране абсолютно развалена реабилитационная работа с теми, кто страдает этим недугом. Точнее говоря, она еще и не создана. Речь идет именно о социальной, а не медицинской реабилитации наркоманов – чтобы помочь человеку освободиться от этой рабской зависимости и начать вести нормальную жизнь. Дело социальной реабилитации в нашей стране ведется в основном подвижниками. Пожалуй, для многих родителей это – почти единственный способ попытаться как-то спасти своих детей.

Получается, что вместо того, чтобы помогать решать эту задачу (зачастую где-то поправляя деятельность подобных центров и методически повышая качество их работы, выделяя государственное финансирование), государство выступает только в одной своей ипостаси – репрессивной. Т. е., по сути, оно ничего не делает для поддержки социальной реабилитации, но в то же время выступает в репрессивном качестве по отношению к тем, кто берется за дело социальной реабилитации, делая это по отчаянным просьбам родителей. И это – фундаментальная проблема, которая касается не только Нижнего Тагила.

Вызывает недоумение, почему федеральные власти никак не реагируют на эту ситуацию. Так что все может решиться с точки зрения узко понимаемых уголовно-процессуальных норм. Я ни в коем случае не выступаю с целью оправдания или, наоборот, обвинения кого-либо, поскольку я – не судья, не адвокат и не сторона обвинения. Юридической стороной дела я также не занимался, так что не могу являться адвокатом или обвинителем. Хотя я и вижу в этом уголовном деле более чем достаточно сомнительных моментов. В частности, есть видео- и письменное обращения о. Геннадия – духовника ныне закрытого реабилитационного центра, который сказал, что следователь угрожал подбросить ему наркотики, если он не даст обвинительные показания против Егора Бычкова и реабилитационного центра. Батюшка не дал таких показаний и, слава Богу, ничего не произошло. Но такого рода свидетельство есть, и это важно отметить.