Ф.Е. Касатонов: «Мой миномет был на первом месте по пристрелу по точкам врага»
Я, Касатонов Филипп Ефимович, родился 15 июня 1924 года в селе Лески Прохоровского (Беленихинского) района Белгородской (Курской) области в бедной крестьянской семье. Война поделила мою жизнь, как и многих советских людей, на три периода: довоенное время, война и послевоенный период.
Юность попала на тяжелое, бедное время 30-х годов, рос в семье с очень низким достатком из 8 человек. Чтобы как-то прокормить семью, мой отец, мать и две тетки вынуждены были пойти работать на железную дорогу. Очень сложно было выжить в период повсеместной, порой принудительной коллективизации, в годы неурожаев, голода и нищеты. От слабого питания болезни сменяли одна другую: куриная слепота, малярия, опухали животы. Но, как и у всех моих сверстников, у меня было стремление к жизни, было желание чего-то добиться, получить нужную профессию.
В 1933 году я пошел в родном селе в школу, пошел поздно, переростком.
В 1940 году закончил 7 классов с отличием. В марте 1941 года я иду работать учеником в банк. А 22 июня 1941 года дальнейшие планы учиться резко изменила война. Война, которая изменила мою судьбу, унесла самых близких мне людей: во время бомбежки погибают мать, тетка и бабушка.
После разгрома немцев под Москвой и в Сталинградской битве Красная армия, наступая на запад, по ходу пополняла свои ряды подростками-добровольцами. В феврале 1943 г. я среди таких же 18-летних подростков попал на фронт и был зачислен в боевой расчет батареи 120 мм минометов 465-го стрелкового полка 167-й стрелковой дивизии наводчиком.
Славный боевой путь в годы Великой Отечественной войны прошла 167-я стрелковая дивизия. В сентябре 1941 года дивизия первого формирования вела бои в районе города Рогачева, понесла большие потери, и при выходе из окружения восстановить ее не удалось. Второе формирование дивизии началось в декабре 1941 года в районе города Сухого Лога Свердловской области, откуда в апреле 1942 года она была направлена в состав действующей 38-й армии Воронежского фронта. В состав 167-й стрелковой дивизии входили: 465-й стрелковый полк, 520-й стрелковый полк, 615-й стрелковый полк, 576-й артполк, 177-й истребительно-противотанковый дивизион и 133-й минометный дивизион. В бои дивизия вступила 21 июля 1942 года у села Большая Верейка севернее Воронежа. В январе 1943 года дивизия участвовала в боях за Касторное.
В сентябре 1943 года за освобождение города Сумы дивизия получила наименование «Сумская», а за освобождение города Ромны – награждена орденом Красного Знамени. В конце сентября 1943 года дивизия форсировала Днепр севернее Киева. За освобождение Киева дивизия получила наименование «Киевская».
В феврале 1944 года дивизия участвовала в боях по окружению и уничтожению Корсунь-Шевченковской группировки фашистов. В начале августа 1944 года дивизия освободила город Дрогобыч и стремилась к Карпатам. 520-й стрелковый полк дивизии получил наименование «Дрогобычский».
Преодолев Карпаты, дивизия участвовала в боях на территории Польши и Чехословакии, освободив города Кошице, Новы Тарг, Бельско Бяла и Моравска Острава. За отличия в этих боях дивизия была награждена вторым орденом Красного Знамени. Войну дивизия закончила на чехословацкой земле, в предместьях Праги.
На фронте отдельных боевых эпизодов возникало много – это было ежедневно в течение всей войны. На особо значительных хочется остановиться.
1. Первое боевое крещение я принял в марте 1943 г. под городом Сумы в обороне в районе сел Кияница, Пушкаревка во время артналета. Немецкие пушки и минометы «Ванюша», не смолкая, бомбили нашу батарею. Мне было 18,5 лет. С марта по сентябрь 1943 г. в составе батареи 120 мм минометов 465-го стрелкового полка 167-й стрелковой дивизии под городом Сумы, в районе сел Кияницы, Пушкаревки находились в обороне. Преследуя отступавшие немецкие войска, вклинившиеся по фронту Воронежский фронт, в т. ч. и 38-я армия, со стороны Белгорода и Центральный фронт со стороны Орла, образовали Курскую дугу. Враг стремился отрезать, окружить и уничтожить группировку советских войск, находящуюся на Курском выступе. Немцам не удалось этого сделать. В Курской битве в районе Прохоровского поля с юга и в районе Понырей с севера советские войска одержали полную победу. После окончания Курской битвы в сентябре месяце наша дивизия перешла в наступление и освободила 2 сентября 1943 г. Сумы, а 19 сентября 1943 г. – Ромны. Дальнейшее наступление дивизия развила к Днепру по направлению к Киеву.
2. Форсирование в октябре 1943 года Днепра. Первая попытка форсирования была как раз напротив города Вышгорода. Очень много солдат полегло тогда – для многих могучая река и ее берега стали последним пристанищем. Попытка переправы не удалась.
После этого нашу дивизию ночью перебросили правее Киева на Лютежское направление. Форсировали Днепр рано утром. Переправлялись кто на чем: на досках, на скатах колес от машин, а наша батарея вместе с матчастью, боеприпасами и лошадьми – на паромах. Противник непрерывно бомбил переправу. Под воду уходили люди, техника, лошади… После удачного форсирования реки первыми группами солдат был построен понтонный мост, по которому на другой берег реки пропустили большую часть техники и живой силы. А утром следующего дня авианалетом немецких бомбардировщиков мост был разбит. Враг шел в психическую атаку, танки прижимали нас к Днепру. Немцы понимали, во что обойдется им захват советскими войсками правого берега реки. Они сильно сопротивлялись. Но благодаря мужеству советских солдат и офицеров немцам не удалось опрокинуть переправившиеся части в реку. У воина в период боя развивается такой азарт, такая могучая сила, и он совершает подвиг. У воина появляются два чувства, неразрывно связанные между собой, – любовь к Родине и ненависть к врагу. Так рождаются герои. С автоматами в руках и пехотинцы, и артиллеристы, пропуская танки, поджигали сзади их гранатами, а отсеченную от техники вражескую пехоту уничтожали. И так сдерживали несколько натисков. При этом даже расширяли плацдарм. После захвата плацдарма было предпринято нанесение главного удара. Обстановка требовала быстрого броска наших войск. Дивизия перешла в наступление на Киев.
6 ноября 1943 г. со стороны м. Пуще Водицы, Святошино Киев был освобожден. В боях один за другим выходили из строя номера расчета. Мне приходилось выполнять обязанности наводчика и заряжающего. На подступах к Киеву нами в сутки отражалось по 13 контратак немцев. За форсирование Днепра и освобождение Киева я был награжден медалью «За отвагу» приказом по 465-му полку № 038/Н от 20.12.1943 г. Это была первая и самая дорогая моя награда за боевые действия.
3. Хочется вспомнить один эпизод по разгрому Корсунь-Шевченковской группировки немцев.
13 января 1944 г. нашему 465-му стрелковому полку было дано задание овладеть в тылу противника главной дорогой, которая проходила через село Тихоновка и Тихоновский лес, преградив таким образом путь большой военной группировке немцев, шедшей на помощь для прорыва кольца в районе Корсунь-Шевченковска. Мы пробирались тайно, болотами, по колено в воде, самыми непроходимыми местами, чтобы враг не разоблачил замыслов нашего командования. Через два дня после захвата нашим полком дороги немцы принимают меры по разгрому нашего полка. Выбивают нас из Тихоновки. Полк остается только в лесу, через который шла тоже эта дорога.
Но мы продолжали сдерживать натиск врага, который стремился к своей окруженной группировке. В результате этого наш полк оказывается, в свою очередь, полностью окруженным в Тихоновском лесу. Нет питания, на исходе снаряды, мины и патроны. Командование посылало самолеты, и все недостающее сбрасывалось нам на парашютах. Ветром парашюты относило в сторону, и часть груза попадала к неприятелю. И так продолжалось 15 дней, но с этой дороги мы не ушли. Конечно, были очень большие потери в живой силе и технике. Во время налета авиации противника численность самолетов доходила до 100 и более, непрерывные бомбежки артиллерии. Тихоновский лес превратился в сущий ад. Мин нет, снарядов нет… Каждый боец оставлял по одному патрону для себя на случай прорыва немцев. Наше положение было на грани катастрофы.
В намеченные часы, как выяснилось после взятия «языка», враг планировал сдавить кольцо со всех сторон, но командир 167-й дивизии, в которой мы находились, генерал Мельников, дал приказ совершить танковый удар на 2 часа раньше, разорвать кольцо и таким образом создать выход из окружения. Поставленную нам задачу мы выполнили. Корсунь-Шевченковская группировка немцев была разгромлена.
В боях в районе населенного пункта Глинна 19.07.1944 г. и за расширение плацдарма на правобережье Днестра 03.08.1944 г. в районе населенного пункта Крупско я получил вторую награду – орден Славы III ст. приказом по 167-й стрелковой дивизии № 064/Н от 21.09.1944 г. Это было беспредельное мужество и героизм воинов 465-го полка.
4. Остались в памяти бои за преодоление Карпатского хребта. Происходило это в очень трудных условиях. Высота – до 2500-3000 м над уровнем моря. Матчасть перевозилась на лошадях, а заставить лошадей, да еще с грузом, взбираться на такую высоту было очень тяжело. Все приходилось встаскивать руками солдат – и матчасть, и боеприпасы. Нужно было еще окопаться самим бойцам и установить минометы. В окопах мы стояли в воде. Ночь, дождь, ноги в воде, а наутро – мороз. Мерзлые шинели на плечах солдат висели клешем. Бои велись за каждую сопку. Были моменты, когда во всей батарее из 60 человек после боев оставалось 8-10.
За участие в наступательных боях южнее города Санок 09.09.1944 г. и в бою за населенный пункт Плонна 14.09.1944 г., я был награжден орденом Славы II ст. приказом по 1-й гвардейской армии № 059/Н от 24.10.1944 г. и поощрен 5 сутками отдыха в прифронтовом доме отдыха в 5 км от фронта.
5. Помню, когда я был ранен, находился в санчасти; ко мне приезжал каждый день командир батареи капитан Мусатов (я был наводчиком 120 мм миномета) и торопил врачей, чтобы быстрее вылечивали, возвращали меня в строй.
Без преувеличения скажу, что мой миномет был на первом месте по пристрелу по точкам врага, их засечке и уничтожению. Очень часто начальник артиллерии полка после боя приезжал с наблюдательного пункта на батарею и перед строем объявлял благодарность за большую помощь пехоте, особенно при взятии «языка» и уничтожению огневых точек.
А как мы пересекали границы Польши, Чехословакии, Венгрии и Германии, освобождали города! Жители встречали наших солдат с цветами – особенно в Чехословакии. Устраивали на площадях танцы, веселились, угощали воинов-освободителей. Наши остановки были не длительными – по нескольку часов.
Я вспоминаю, что при освобождении портового промышленного города Моравской Остравы (Чехословакия) были ожесточенные бои. Противник сильно сопротивлялся. Город стоит на реке Одер, почти на границе двух государств – Германии и Чехословакии. Для того, чтобы овладеть этим городом, пришлось дважды форсировать Одер в разных местах: первый раз – 20.04.1945 г., а второй – 30.04.1945 г., в момент освобождения самого города. Во время боевых действий один из минометов нашей батареи вышел из строя, нагрузка боя на мой минометный расчет увеличилась. Кроме того, в моем расчете два бойца были ранены. Притом нужно было отбивать контратакующих автоматчиков противника, нападающих на огневые позиции батареи.
В ожесточенных боях за овладение Моравской Остравы при неоднократных, яростных контратаках противника я был награжден орденом Отечественной войны II ст. приказом по 107-му стрелковому корпусу № 039/Н от 03.07.1945 г.
Боевые ордена вручались ежедневно, и мы не всегда знали, за какие боевые действия. И вот через 62 года я узнаю информацию от однополчан, которые работали при штабе, что за освобождение Моравской Остравы я был награжден орденом Славы I ст.! Ошибкой награждения меня командованием 107-го стрелкового корпуса орденом Отечественной войны II ст. вместо ордена Славы I ст. было то, что при получении материала о награждении от 167-й стрелковой дивизии меня орденом Славы I ст. документы должны были направить в штаб армии. Но 107-й корпус переводился из одной армии в другую, передавался из состава 4-го Украинского фронта в Прикарпатский и передислоцировался из-под Праги в Тернопольскую область, г. Борщов. В этот же период 167-я стрелковая дивизия подлежала расформированию. И тогда командование 107-го корпуса решило наградить меня в рамках своих полномочий.
Вот так я и не стал полным кавалером ордена Славы. Хотя для солдата награждение этим орденом является наивысшей оценкой его ратного подвига. Верховным главнокомандующим тов. Сталиным мне объявлены благодарности за освобождение 11 главных городов Украины, Польши, Чехословакии.
За храбрость, стойкость и мужество, проявленные в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками, и в ознаменование 40-летия Победы советского народа в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг. указом Президиума Верховного Совета СССР я был награжден орденом Отечественной войны I ст. В 1999 г. награжден орденом Украины «За мужество».
По окончании войны 167-я стрелковая дивизия возвратилась в город Борщов Тернопольской области и находилась при военном городке.
В декабре 1945 г. начался отбор солдат для обучения в военном училище. Из батареи 120 мм минометов, где я служил, направляют двух человек – меня и моего фронтового друга, Ухатого Владимира, в Рязанское автомобильное училище на ускоренное обучение (на 3 года по программе военного времени), а через год переводят на программу мирного времени – 5 лет. В марте 1947 г. военнослужащие 1924 г. р. попадали под демобилизацию, и я, проучившись 1 год и 3 месяца, дал на нее согласие. Сказалась усталость военных лет, захотелось просто мирной жизни и профессии.
После демобилизации вернулся на родину в родное село Лески, включился в гражданскую жизнь. С 1947 и по 1993 гг. работал в системе госбанка 46 лет.
''Прислал В.Касатонов''
Комментарии читателей Оставить комментарий