Латыши вместо европейцев превратились в индейцев

Выходили из СССР - веселились, подсчитали – прослезились. Это – про Латвию

Выходили - веселились, подсчитали – прослезились. Это – про нынешнюю Латвию. Как пишет «Русский обозреватель», двадцать лет назад, вступая в независимость, это была нормальная промышленная республика с населением под 3 млн человек. По уровню индустриализации - несколько слабее Белоруссии, но куда мощнее сопредельных Литвы и Эстонии, а тем более большинства среднеазиатских «станов». В Латвии производились «на весь Союз»: микроавтобусы РАФ, телефоны, радиоприемники ВЭФ и «Радиотехника», железнодорожные вагоны RVR (половина из них по-прежнему составляет корпус подмосковных электричек), целлюлоза и так далее.

Однако свобода оказалась дороже все этих «ненужностей». Был закрыт целлюлозно-бумажный комбинат, «попилены» заводы «Радиотехника», ВЭФ, RVR, РАФ, латвийское пароходство и т. д. «Оккупационные» специалисты разъехались, уменьшив население на 400 тысяч человек, многие из которых вдруг стали гражданами второго сорта. Президентом страны избрали директора прачечной, который приходился племянником последнему довоенному президенту. А затем - канадку латышского происхождения, чьи родители сбежали из Латвии в 1944-м с отступающими нацистами. Ответственным за национальную безопасность - директором Бюро по защите Конституции - сделали английского офицера латышского происхождения. На государственном уровне утвердили концепцию оккупации Латвии советской Россией, ветеранов Великой Отечественной лишили льгот, а некоторых вообще посадили.

И сразу все «наладилось». Тем более денег, которых благодаря «проклятому советскому наследию» поначалу было даже слишком много. Вернее, не самих денег, но активов, которые, простите за тавтологию, активно переправлялись и переплавлялись в звонкую монету. В начале нулевых, когда советские промышленные предприятия закончились, а транзит из-за враждебных отношений с Россией стал падать, было найдено новое средство прокорма - кредитная накачка. Локомотивами процесса стали коммерческие банки. В первую очередь - скандинавские. С 2003-го по 2008 год включительно населению Латвии были выданы - практически бесконтрольно - миллиарды евро на: жилищное строительство, евроремонт имеющегося жилья, дорогие иномарки, плазменные телевизоры, стиральные машины. И другие «неотложные нужды». После чего «нуждающиеся» зажили широко и счастливо.

Зарплаты рядовых строителей доходили до $3000, приводит статистику «Русский обозреватель». Считалось почетным и престижным заложить свою квартиру в банке и под нее приобрести ипотеку в новом проекте, чтобы потом выгодно перепродать и «наварить». Цены на жилье в Риге и Юрмале росли еженедельно и в какой-то момент вплотную приблизились к московским. Спекулировали десятки тысяч человек, за счет чего «кормились» два с лишним миллиона населения. Международное рейтинговое агентство Moody's утверждало - у Латвии прекрасные перспективы. Республика - вместе с Литвой и Эстонией - объявила себя «балтийским тигром». Робкие аргументы «это ж все в долг» игнорировались.

Кризис подкрался незаметно. Все «упало» со страшным грохотом и очень больно. Стройки замерли. Стотысячные армии строителей, водителей, маклеров и т. п. оказались без работы и с огромными долгами скандинавским банкам - которые, как оказалось, все равно надо выплачивать.

ВВП, несмотря на все усилия статистических служб, упал сразу на четверть. Безработица подскочила до 22%. Зарплаты полицейских, учителей, врачей и так далее срезали вдвое. Власти повысили налоги и взяли многомиллиардный кредит у Международного валютного фонда. После чего, как выразились местные публицисты, «страна перешла под внешнее управление» МВФ.

Обесценившуюся недвижимость - фактически просто за долги - прихватили все те же скандинавские банки. За квартирами и землей последовали автомобили: в 2008-м банки продали на экспорт на 50 млн евро изъятых у латвийцев авто. В 2009-м - уже на 150 млн евро.

Короче говоря, латыши хотели стать европейцами, а превратились в индейцев, которым задурили голову «красивой» жизнью, а «за сказку» почистили закрома родины, сделав страну резервацией МВФ. Понятно, что очень хочется найти «крайнего», эдакого «первозлодея».

Премьер-министр Латвии Валдис Домбровскис не имел права подписывать с международными кредиторами договоры, которые затянули страну в долговую яму, и вообще занимать деньги у зарубежных доноров — это преступление. С таким резким заявлением выступил в интервью Radio Baltkom председатель совета Рижского молочного комбината Ивар Страутиньш, сообщает [http://www.rosbalt.ru/ Росбалт]. «Кто вообще дал право какому-то премьер-министру подписывать контракты на миллиарды. Сейм принял такое решение? Не знаю я такого решения! Это сделали премьер с министром финансов. А хотя всегда говорили, что крупные латвийские госпредприятия не подлежат приватизации, теперь выясняется, что этот вопрос обсуждался — по крайней мере в отношении ГАО Latvijas valsts meži (Латвийские государственные леса)».

Конечно, очень не хочется продавать леса, поля и реки. Слово «приватизация» в данном случае - эвфемизм. Ибо ни у кого в Латвии денег на покупку этих предприятий не хватит. Следовательно, они уйдут к европейским «инвесторам».

Другой путь предложил мэр Вентспилса Айвар Лембергс. Вернее, насчет «пути» я погорячился - скорее, Лембергс нашел самое простое средство, как преодолеть любое бедство. Конкретно – «кинуть» кредиторов. А начать со Швеции.

«Для Латвии 7,5 млрд евро — большие деньги, а для мировых держав — мелочь, - уверен мэр Вентспилса. - Разумеется, долг можно не возвращать. По сути, его даже не нужно возвращать. Мы за счет этих средств спасли банки и экономику Швеции от полного краха».

И впрямь наглецы: дали денег в долг, за счет этого «спаслись», а сейчас обратно требуют. Такая вот непробиваемая прибалтийская логика.