Средняя Азия идет в наступление на русских

Российские же власти тем временем не спешат встать на защиту соотечественников

Несмотря на достаточно высокий уровень взаимодействия и партнерства в экономической и политической сферах, гуманитарная составляющая в отношениях между Москвой и столицами постсоветской Средней Азии по непонятным причинам остается во многом периферийной темой. Отрицательная динамика в положении русскоязычного населения в этих странах по-прежнему не вызывает внятного дипломатического и политического отклика со стороны тех российских чиновников, которые профессионально отвечают за судьбу наших соотечественников. Между тем эксперты отмечают: наступление национальных элит в этом регионе на права и статус русскоязычной общины продолжается.

Как стало известно, все фильмы, выпускаемые в кинопрокат в Казахстане, с 2012 года будут переводиться на государственный язык. По крайней мере, сейчас такая возможность обсуждается в нижней палате парламента (мажилисе) республики. До сих пор, несмотря на то, что, согласно Конституции республики, казахский язык имеет статус государственного, в органах государственной власти и местного самоуправления допускалось использование русского языка. Однако, судя по целому ряду косвенных признаков, можно предположить, что сложившаяся де-факто практика в ближайшее годы может быть дезавуирована стараниями высшего руководства страны, которое на словах декларирует приверженность выстраиванию партнерских отношений с Россией.

Аналогичные процессы происходят и в другом государстве Средней Азии – Таджикистане. Нижняя палата парламента этой страны недавно проголосовала за законопроект «О государственном языке», который предусматривает весьма существенное понижение статуса русского языка в республике. Если новые правила вступят в силу, то, в частности, вести переписку с гражданами органы власти будут только на таджикском языке.

В условиях экономического кризиса и возможного роста социального недовольства истеблишмент Казахстана и Таджикистана заинтересован в консолидации местных обществ на основе единой национальной идентичности. Однако такая политика входит в прямое противоречие с национальными интересами России, которая заинтересована в сохранении своего присутствия в языковом и общекультурном пространстве Средней Азии.

'''Гуманитарный аспект внешней политики России в этом регионе в эксклюзивном интервью KM.RU прокомментировал руководитель Отдела Средней Азии Института стран СНГ Андрей Грозин:'''

– К сожалению, все переговоры с нашими партнерами по Центральноазиатскому региону ориентированы в первую очередь на решение экономических вопросов. Причем это касается как наших двусторонних взаимоотношений, так и взаимоотношений в рамках организаций (ЕврАзЭС, ОДКБ или ШОС). Так уж повелось, что на первом плане у нас всегда экономика, на втором – безопасность и военно-политические вопросы. А вопросы из «гуманитарной корзины» традиционно занимают позиции третьестепенной важности, если вообще встают в ходе переговоров.

С одной стороны, это объясняется нежеланием российских профильных ведомств и структур власти вообще вмешиваться в процессы, происходящие в гуманитарной сфере у наших зарубежных партнеров. Еще с советских времен все, что связано с культурой и языком, воспринимается как не слишком серьезное и важное, как тема, которую можно отодвинуть на задний план. Для наших чиновников главное – договориться по нефти и газу, военно-техническому партнерству и поставкам вооружений, а все остальное якобы само «прицепится», пойдет следом за «паровозом» этих крупных проектов и разрешится «автоматически». Это своеобразное недомыслие – может быть, в силу низкой квалификации тех, кто ведет такие переговоры с нашей стороны. Или это – святая убежденность в истинности марксисткой философской парадигмы о том, что «бытие определяет сознание». Якобы достаточно выстроить «экономический базис» в двусторонних отношениях, а возвести «культурную надстройку» – это уже «дело техники». Отнюдь. Нам надо брать пример с тех подходов, которые демонстрируют по отношению к своим бывшим колониальным окраинам те же Англия или Франция. И в сообществе франкофонов, и в британском содружестве вопросы, касающиеся языка, культуры и научного обмена, стоят как раз на первом плане.