Станет ли Грузия периферией «Большого Ближнего Востока»?

Беспорядки, распространяющиеся в соответствии с эффектом домино, захватывают одну страну Ближнего Востока за другой

Беспорядки, распространяющиеся в соответствии с эффектом домино, захватывают одну страну Ближнего Востока за другой. В ряде случаев столкновения имеют клановую, племенную и этническую подоплеку, что делает их еще непримиримее, а возможные последствия – совершенно непредсказуемыми.

О роли внешнего фактора во всех этих событиях написано уже немало. Интервенция в Ливии, включая почти неизбежное в ближайшее время развертывание наземной операции, имеет выраженную геополитическую природу, как и «административная оккупация» некоторых стран постсоветского пространства. Вместе с тем тесные связи того или иного государства с Соединенными Штатами, как показали события в Египте, – вовсе не гарантия от внутренних потрясений.

Отличительной особенностью американской стратегии «Большого Ближнего Востока» является плотная работа одновременно и с властью, и с оппозицией. При этом судьба правящих групп и отдельных лидеров, какими бы ярыми сторонниками США они себя ни выставляли, при подъеме волны протестов неизменно оказывается под вопросом. Работа с оппозиционными группировками предоставляет внешним манипуляторам достаточную свободу маневра, позволяя умело направлять выплескивающееся на улицы народное недовольство в безопасное (до поры до времени) русло.

Организаторы недавних уличных акций в Ереване и Баку пообещали в скором времени «интересное» продолжение. Реакция властей на протест, вызванный не только ухудшением условий жизни, но и тягостными морально-психологическими ощущениями (характерными не только для тусующейся в «Фейсбуке» «продвинутой молодежи»), в двух странах была различной. Если президент Армении недвусмысленно намекнул на необходимость конструктивного диалога с оппонентами, то в Азербайджане предпочли действовать более решительно. Впрочем, это, похоже, не смущает местную оппозицию, назначившую на первую субботу апреля массовую акцию протеста в Баку с требованием «демократии» – невзирая на то, будет ли разрешение властей на проведение демонстрации или нет.

Бурные политические процессы не оставят в стороне и Грузию – ключевое государство Южного Кавказа, экономическое положение которого, несмотря на бодрые рапорты и громкие пиар-акции, мягко говоря, оставляет желать лучшего. То же самое – в отношении государственного устройства и принятой политической практики, плохо согласуемой с ориентированной на «заграницу» демократической риторикой. Постоянные ссылки на «козни имперского Кремля» уже вряд ли в состоянии ввести в заблуждение человека, наблюдающего за событиями в Грузии. Не оздоровляет обстановку и пренебрежительно-подозрительное отношение грузинских властей к элементарным запросам проживающих в республике народов.

25 марта на сайте «Голоса Америки» появился материал о планах грузинской оппозиции в связи с намеченными на начало мая массовыми выступлениями протеста с требованием проведения свободных выборов (парламентских – в 2012-м и президентских – в 2013 году). «Мы хотим выборов, но готовы и к борьбе», – цитирует «Голос Америки» заявление представителей восьми оппозиционных партий. В высказываниях чемпионки мира по шахматам Ноны Гаприндашвили отчетливо звучат «тунисско-египетские» нотки: «Мы объявим конкретный план борьбы. К этому дню должна быть готова вся Грузия. Мы будем бороться до конца, пока не освободим Грузию от этого преступного режима».

Оппоненты Михаила Саакашвили готовятся к «весеннему наступлению» в условиях внутренней разобщенности. Лидеры «умеренных» продолжают вести переговоры в президентской канцелярии, дискутируя об избирательном кодексе, однако растет и число тех, кто готов прибегнуть к внепарламентским методам борьбы. Объективно ухудшающаяся социально-экономическая ситуация может по-своему расставить акценты политического сезона. Возможно, на этот раз реакция силовых структур на акции протеста окажется не такой жесткой, как в ноябре 2007 года, когда телекадры полицейских в устрашающих масках на улицах Тбилиси шокировали весь мир. Тогда продемонстрированная Михаилом Саакашвили решительность натолкнулась на возражения американского «проконсула Кавказа» Мэтью Брайзы, а с тех пор зависимость Тбилиси от Вашингтона только возросла.

Мнение лидера Христианско-демократического движения Георгия Таргамадзе о том, что в случае развития в Грузии ближневосточного сценария ситуацией поспешит воспользоваться Россия, вряд ли нужно принимать всерьез. Россия как никто другой заинтересована в мирном решении внутренних проблем своих соседей, ибо все прочие пути грозят одними осложнениями. Показательно, правда, что г-н Таргамадзе допускает вероятность «ливийского варианта» для Грузии.

Основными козырями нынешнего грузинского руководства являются постоянное разыгрывание крапленой карты «российской угрозы» и попытки консолидировать на этой почве грузинское общество. Однако данные социологических опросов показывают, что карта не играет: 70-80% населения Грузии поддерживают восстановление связей с Россией. Несмотря на искусственное насаждение английского языка, граждане Грузии не забывают русский, что особенно заметно в крупных городах. Даже представители властей говорят иногда о возросшем за последние годы участии российского бизнеса в экономике Грузии в положительном смысле. Никто из трезвомыслящих политиков не может игнорировать очевидное.

Информация о встречах грузинских политиков в Москве уже давно перестала быть чем-то необычным и вызывает приступы нервозности разве что у ангажированных блогеров в Тбилиси. Тем более не должны вызывать удивления встречи грузинских политиков с представителями земляческих организаций, объединяющих выходцев из разных районов Грузии. После распада Советского Союза процветающая республика была погружена в череду внутренних усобиц, так что обстоятельства вынужденного ухода с родной земли были для тысяч семей далеко не самыми благоприятными. В последние годы, правда, удалось добиться некоторой стабильности за счет тотальной распродажи остатков грузинской государственной собственности, многомиллиардных внешних заимствований (проценты по которым придется возвращать через пару лет неизвестно из каких средств) и силового контроля над некоторыми частями страны – вместо их цивилизованной интеграции в грузинскую общегосударственную систему, не включающую уже Южную Осетию и Абхазию.

Несколько дней назад в Москве состоялась одна из таких встреч, в ходе которой обсуждались вопросы взаимодействия и сотрудничества между армянской общиной края Самцхе-Джавахети и оппозиционной грузинской партией «Свободная Грузия». Один из участников встречи, Агаси Арабян, представляющий в России Координационный совет по защите прав армян, проживающих в этом регионе Республики Грузия, полагает, что представления тбилисской политической элиты о ситуации в Джавахке сводятся к банальным обвинениям в «сепаратизме» и измышлениям относительно намерения армян «отколоть» этот край от Грузии. В грузинских СМИ часто можно встретить публикации откровенно националистического и ксенофобского характера. Политически активных граждан Грузии постоянно держит в напряжении «церковный вопрос» – как будто признание той или иной принадлежности нескольких культовых зданий в грузинской столице повлечет за собой сдвиги тектонического масштаба. Между тем недавно между Грузией и Турцией было подписано соглашение, касающееся судеб историко-культурного наследия грузин в северо-восточной Турции, с одной стороны, и исламских культовых сооружений в Грузии – с другой. Этот опыт можно с успехом переносить и на армяно-грузинские отношения, о чем, вероятно, будет вестись речь в ходе намеченной на июнь встречи глав Армянской Апостольской и Грузинской Православной церквей.

Армяне Джавахетии (или, по-армянски, Джавахки) настаивают на обеспечении равных прав с титульной нацией в Грузии, ибо страна присоединилась к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. Среди актуальных проблем края – утверждение статуса грузинской епархии Армянской Апостольской церкви, освобождение политзаключенных (в частности, общественного и политического деятеля Ваагна Чахаляна), решение вопроса с преподаванием армянского языка в школах Джавахки, приостановка болезненно воспринимаемого населением переименования названий населенных пунктов. Все это поможет стабилизировать обстановку и, возможно, создать предпосылки для открытого грузино-югоосетинского и грузино-абхазского диалога.

Честность и прозрачность парламентских выборов 2012 года в их региональном «измерении» – отдельная проблема. Итоги предыдущих выборов, когда в селах Джавахетии и Квемо-Картли за правящее в Грузии «Единое национальное движение» «голосовали» 100% списочного состава избирателей (притом, что более половины этих людей не проживают по месту голосования), могли быть признаны лишь под влиянием обстоятельств «непреодолимой силы». Корректировать такую практику рано или поздно придется. И кто может утверждать, что подобная корректировка противоречит интересам сохранения государственного единства страны, а массовые подтасовки – не противоречат?

Словом, рассуждения о «сепаратизме» уместны разве что в устах тех, кто находится в плену собственных представлений о мире, мало соотносящихся с происходящим как в самой Грузии (за пределами дворца на Авлабаре), так и в сопредельных странах (укажем хотя бы на некоторые эпизоды празднования в 2011 году Новруза в курдских районах Турции).

В ходе вышеупомянутой встречи политиков из Грузии в Москве обсуждались и обстановка в населенных армянами районах Грузии, и пути нормализации российско-грузинских отношений. Первые (пусть пока формальные) шаги для разблокирования вопроса о доступе грузинской сельскохозяйственной продукции на российский рынок уже сделаны. Говорилось о необходимости прекращения враждебной риторики, о возможных механизмах общественного диалога. Перипетии общественной жизни Грузии интересовали и будут интересовать Россию – хотя бы в силу нашего тесного соседства на Кавказе, наличия в России многочисленной диаспоры выходцев из Грузии, вероисповедного единства наших народов. Однако взгляд из России на Грузию никогда не будет заслонен стратагемой «управляемого хаоса», всегда грозящего перейти в хаос неуправляемый.