Пародия как художественный прием в "Истории одного города" Салтыкова-Щедрина
М. Е. Салтыков-Щедрин
Объясняя "Историю одного города", Салтыков-Щедрин утверждал, что это книга о современности. В современности он видел свое место и никогда не считал, что созданные им тексты будут волновать его далеких потомков. Однако обнаруживается достаточное количество причин, благодаря которым его книга остается предметом и поводом для объяснения событий современной читателю действительности.
Одной из таковых причин несомненно является прием литературного пародирования, который активно использует автор. Особенно это заметно в его "Обращении к читателю", которое написано от лица последнего архивариуса-летописца, а также в главах "О корени происхождения глуповцев" и в "Описи градоначальников".
Объектом пародирования здесь являются тексты древнерусской литературы, и в частности "Слово о полку Игореве", "Повесть временных лет" и "Слово о погибели земли Русской". Все три текста были каноническими для современного писателю литературоведения, и необходимо было проявить особую эстетическую смелость и художественный такт, для того чтобы избежать вульгарного их искажения. Пародия — особый литературный жанр, и Щедрин выказывает себя в нем истинным художником. То, что он делает, — он делает тонко, умно, изящно и смешно.
"Не хочу я, подобно Костомарову, серым волком рыскать по земли, ни, подобно Соловьеву, шизым орлом ширять под облакы, ни, подобно Пыпину, растекаться мыслью по древу, но хочу уще-котать прелюбезных мне глуповцев, показав миру их славные дела и преподобный тот корень, от которого знаменитое сие древо произошло и ветвями своими всю землю покрыло". Так'начинается глуповская летопись. Величественный текст "Слова..." писатель организует совершенно по-другому, поменяв ритмический и смысловой рисунок. Салтыков-Щедрин, используя современные ему канцеляризмы (в чем, несомненно, сказалось то, что он исправлял в г. Вятке должность правителя губернской канцелярии), вводит в текст имена историков Костомарова и Соловьева, не забыв при этом и своего приятеля — литературоведа Пыпина. Таким образом, пародируемый текст придает всей глуповской летописи некое достоверное псевдоисторическое звучание, одновременно указывая на современную, почти фельетонную трактовку истории.
А для того чтобы окончательно "ущекотать" читателя, чуть ниже Щедрин создает густой и сложный пассаж по мотивам "Повести временных лет". Вспомним щедринских головотяпов, которые "обо все головами тяпают", гущеедов, долбежников, рукосуев, куралесов и сопоставим с полянами, "живущими сами по себе", с радимичами, дулебами, древлянами, "живущими по-скотски", звериным обычаем и кривичами.
Историческая серьезность и драматизм решения о призыве князей: "Земля наша велика и обильна, а порядка в ней нет. Приходите княжить и владеть нами", — становится у Щедрина исторической несерьезностью. Ибо мир глуповцев — это мир перевернутый, зазеркальный. И история их зазеркальная, и законы ее зазеркаль-ные, действуют по методу "от противного". Князья не идут владеть глуповцами. А тот, кто наконец соглашается, ставит над ними своего же глуповского "вора-новатора".
И строится "преестественно украшенный" город Глупов на болоте в унылом до слез пейзаже. "О, светло светлая и прекрасно украшенная, земля Русская!" — возвышенно восклицает романтический автор "Слова о погибели земли Русской".
История города Глупова — это противоистория. Она смешанная, гротескная и пародийная оппозиция действительной жизни, опосредованно через летописи высмеивающая саму историю. И здесь чувство меры не изменяет автору никогда. Ведь пародия, как литературный прием, позволяет, исказив и перевернув реальность, увидеть ее смешные и юмористические стороны. Но никогда Щедрин не забывает, что предметом его пародий является серьезное. Не удивительно, что в наше время сама "История одного города" становится объектом пародирования, как литературного, так и кинематографического. В кино Владимир Овчаров снял длинную и достаточно унылую ленту "Оно". В современной литературе В. Пье-цух осуществляет стилевой эксперимент под названием "История одного города в новейшие времена", пытаясь проявить идеи градо-правительства в советские времена. Однако эти попытки перевести Щедрина на другой язык закончились ничем и были благополучно забыты, что свидетельствует о том, что уникальная смысловая и стилевая ткань "Истории..." может быть перепародирована сатирическим талантом если не большим, то равным таланту Салтыкова-Щедрина.
Дата добавления: 11.07.2001
