Образ народного героя в поэме А.Твардовского "Василий Теркин"
ОБРАЗ НАРОДНОГО ГЕРОЯ В ПОЭМЕ А. ТВАРДОВСКОГО «ВАСИЛИЙ ТЕРКИН»
Поэма Александра Твардовского «Василии Теркин» — книга для всех; ее можно читать в любом возрасте, в минуты радости и печали, тревожась о будущем дне или беззаботно предаваясь душевному покою.
Я мечтал о сущем чуде, Чтоб от выдумки моей На воине живущим людям Было, может быть теплей. — писал автор И чудо действительно произошло О главном герое произведения заговорили как о реальном человеке, однополчанине, поэтические строчки растаскивались по солдатским листовкам, бесконечно цитировались во фронтовых письмах, заучивались наизусть сходу, при первом прочтении Поэма, конечно, была в высшей степени злободневной, но эта та злободневность, которая перешла в долгодневность.
«Летопись не летопись, хроника не хроника, а именно «книга», живая, подвижная, свободная по форме книга, неотрывная от реального дела»,— так Твардовский сказал о поэме «Живая книга» — это лучшее определение оно означает, что произведение порождено жизнью, создано для жизни и наделено собственным бытием, независимым от воли создателя
Заметим, что поэт ни к чьим вкусам специально не приспосабливался Секрет популярности в том, что его «книга про бойца» выразила глубинные потаенные основы русского характера, и выразила их смело, броско, до гениальности просто
Теркин — кто же он такой9
Скажем откровенно
Просто парень сам собой
Он обыкновенный
«Обыкновенный», «из запаса рядовой», «добрый малый», «труженик-солдат», «большой любитель жить» А в итоге — «святой и грешный, русский чудо-человек» И в этом выводе противоречия нет Если одним словом попытаться определить главное в образе Василия Теркина — то это слово будет нормальность, то есть душевное здоровье, уравновешенность, чувство меры. Л Толстой и Ф М Достоевский, как и вся литературная классика, приучили читателя к героям раздваивающимся, находящимся в состоянии сложных душевных переживаний, занятых поисками истины На их фоне человек, живущий естественной жизнью, «привычками бытия» (А С Пушкин), кажется примитивным К тому же о какой нормальности можно говорить в XX веке — веке катастроф, кровавых революции и мировых войн?
Читая поэму Твардовского, убеждаешься можно Нормальность — это нравственная и физическая стойкость, духовная высота, которые помогают выстоять, выдержать, сохранить свое «я» в те роковые периоды истории, когда, кажется, распад личности неминуем
О Теркине можно сказать многое трудолюбив и терпелив, так как война для него — прежде всего тяжкая работа а, неистощим на выдумки и вместе с тем достаточно трезв в оценке себя и других, жизнелюбив, но без излишнего бодрячества, коллективист по природе, но знаком с одиночеством, удал и смел, но не безрассуден А главное — он талантлив талантливо воюет («Поединок», «Бои в болоте») и талантливо рассказывает («Отдых Теркина», «Теркин пишет»), и даже в бане моется тоже талантливо («В бане»)
—Геркин—теткин,елки-палки,
Сыпь еще назло врагу
— слышится во время боя за «населенный пункт Борки»
— Нс могу Таланта жалко
До бомбежки берегу,
—отвечает герой
Талант противопоставлен здесь бахвальству («Русской ложкой деревянной // Восемь фрицев уложил!») и удаче, на постоянство которой нельзя надеяться Бой за маленькую деревушку может быть не менее суров и значим, чем за Ростов или Харьков И талант бойца в том, чтобы понять эту горькую истину воины, выдержать и воду— «по колено», и грязь — «по грудь», помнить о всеобщем долге и всеобщем равенстве перед жизнью и смертью
Бой иной. пора иная, Жить одна и см е рть одна
Особенно ярко характер Василия Теркина раскрывается в ситуациях, пограничных между жизнью и смертью К ним относится знаменитая переправа
Кому память, кому слава, Кому темная вода
Перевоз через реку ассоциируется с перевозом с одного берега жизни на другой, потому и битва на переправе становится битвой за жизнь на земле, приобретает значение грандиозного символа. Теркин — воплощение не только храбрости и героизма. Он выражает еще и народную совесть, присутствие которой в поэме ощущается остро и пронзительно. Неоднократно, даже в минуты победоносного наступления, на глаза солдата набегают слезы. За ними стоит многое: позор отступления, зрелище оставленной разоренной родной земли и, конечно, чувство вины перед погибшими. В жизни часто случается: самая большая радость сопровождается грустью, если эта радость досталась большой ценой. Цена же нашей победы над фашизмом общеизвестна.
И еще одна особенность поэмы Твардовского. Говоря о главном герое, мы всегда подчеркиваем его типичность. Это значит, что собирательность образа, его обобщенность находят выражение через индивидуальность, неповторимую личность, которую нельзя спутать с другими. Так и Василий Теркин предстает перед читателями в психологической полноте, бытовой конкретности и национально-исторической обобщенности. Он не аллегория, не схема, а характер — «живой, как жизнь»:
...тот, который
На воине лихой солдат,
На гулянке гость не лишний,
На работе — хоть куда...
«Книга про бойца» Твардовского — постоянный и горячий диалог автора (а значит, и героя) с читателем:
Бился ль ты в горах Кавказа,
Или пал за Сталинград,
Мой земляк, ровесник, брат... «Друг-товарищ», «брат», «братья», «братцы»... Конечно, с такими словами писатель обращается прежде всего к воинам-фронтовикам — псковским, елецким, тамбовским, смоленским... Но он обращается также и к их друзьям, матерям, женам, невестам. «А из кого же еще, как не из них всех состоял» народ, победивший в войне? Каждый мог стать и был товарищем по оружию, братом по духу, земляком по любви к родине. И это еще раз подтверждает: «Василий Теркин» — «живая книга», она для всех и обо всех.
Дата добавления: 28.10.2002
