Результаты реставрации в политической и религиозной области
Результаты реставрации в политической и религиозной области
Во времена республики с ее демократическими принципами и военной сущностью большая часть наследственного “высшего класса” - сторонники роялистов – потерпела крушение, не сравнимое ни с чем в английской социальной истории. Как класс они были не уничтожены, но оттеснены. Они не потеряли своих земель и посредством штрафов были лишены лишь некоторой части своих богатств. Но временно солдаты и политиканы, выдвинувшиеся во времена республики и сумевшие приспособиться к быстрым переменам революционной эпохи, захватили их место в государственном и местном управлении и присвоили себе их социальную роль. Во времена Реставрации многие из них канули в неизвестность или попали в ссылку; другие же, как Монк, Эшли Купер, полковник Берч и Эндрю Марвелл, сохранили свое положение в парламенте или в рядах правительственных чиновников. Поскольку с цареубийцами было покончено, прежние “круглоголовые” не были объявлены вне закона, исключая лишь тех, кто упорно продолжал посещать “сектантские молельни”, как теперь называли места пуританского богослужения. При Карле II “нонконформисты” в религии время от времени подвергались жестоким преследованиям. Жертвами были люди из среднего и низшего классов, преимущественно живущие в городах. Среди них было много богатых купцов, но еще больше ремесленников; поэтому государственные деятели вскоре начали жаловаться на то, что религиозные преследования серьезно тормозят торговлю. После Реставрации сохранилась лишь небольшая горсточка землевладельцев, посещавших тайные сектантские молельни и пострадавших от преследования. Англиканизм в несравненно большей степени, чем во времена Елизаветы, сделался религией высшего класса. Правда, прежде всего в Ланкшире, а так же в Нортамбленде имелись дворяне – приверженцы римско-католической церкви. Они были отстранены законами от всякого участия в местном и государственном управлении – законами, которые король в некоторых случаях мог нарушать в их интересах. Однако, за этими исключениями, высший класс – английское дворянство – был единым в своей приверженности к англиканскому богослужению. С этого времени богослужение в приходской церкви находилось под специальным покровительством леди и джентльменов, имевших свои привилегированные места в церкви.
До начала методистского движения Уэсли собрания диссидентов были сосредоточены почти исключительно в Сити, в рыночных городах и в промышленных округах, хотя во многих деревнях имелись отдельные семьи квакеров и баптистов. Некоторые диссиденты были бедными ремесленниками, другие, особенно в Лондоне и Бристоле, были настолько богатыми купцами, что могли бы скупить имения сквайров, преследовавших их. И часто такие купцы действительно скупали имущество нуждающихся дворян после накопления закладных на их земли. В следующем поколении сын купца-диссидента был уже сквайром или священником. В таком виде в период Реставрации выработался постоянный социальный характер английских религиозных деяний, и он сохранился с небольшими изменениями до времени правления королевы Виктории.
Хотя высший класс был теперь в основном единым по своему вероисповеданию, политически он был разделен на вигов и тори. Тори, значительно более многочисленные, стремились искоренить религиозное сектантство и сделать англиканскую церковь единственной во всей стране. Но виги – пэры и джентри, - это способное и богатое меньшинство, проповедовали новую доктрину веротерпимости, по крайней мере по отношению ко всем протестантам. Их политическая власть проистекала из союза с пуританами промышленных и коммерческих районов, которые могли влиять на муниципальные и парламентские выборы во многих (парламентских) местечках. Тори были той частью общества, которая самым искренним образом отстаивала сохранение аграрной Англии. Виги большей частью являлись представителями землевладельческого класса, тесно связанными с коммерсантами и с их коммерческими интересами. Поэтому политика вигов, а не политика тори должна была выиграть в отдаленном будущем благодаря непрерывному процессу экономических изменений, которые вели с неизменно ускоряющимся темпом к аграрному и промышленному перевороту, оставившему лишь очень немногое из того, чем характеризовались старые пути развития страны.
После Реставрации в обществе исчезла та чрезмерная озабоченность церковными делами, которая характеризует Англию Кромвеля. Общественная реакция была больше светской, чем религиозной. Действительно, англичане с облегчением приветствовали возврат старой англиканской церкви, главным образом потому, что она менее назойливо требовала проявления религиозного усердия в повседневной жизни. Пуритане заставляли людей “принимать религию вместе с хлебом” до тех пор, пока люди не почувствовали отвращения к пуританству. После 1660 года, в течение жизни одного поколения, пуритан часто жестоко преследовали, но больше по причинам политическим и социальным, чем по чисто религиозным.
В 1677 году был отменен указ о сожжении еретиков и законом были запрещены все “наказания с лишением жизни при церковном осуждении”; однако фактически в Англии не был казнен ни один еретик после сожжения унитарианцев еще при жизни Шекспира. Пуританство во времена своего господства не превратилось в государственную религию. Англия Кромвеля изобиловала чуждыми учениями и “умеренными” вероисповеданиями и оставила в наследство восстановленным Стюартам остров “ с сотней религий”. Там, где много различных религий, меньше преследуется неверие. В Англии после гражданской войны не было случаев лишения жизни или свободы “за атеизм”, хотя на общественном положении это могло отразиться неблагоприятно.
При подготовке данной работы были использованы материалы с сайта http://www.studentu.ru
Дата добавления: 08.12.2002
