«Ключевая особенность русской цивилизации. Россия и торговое сословие»

Купец — это волк и агрессор, его не надо идеализировать. Его сколько ни корми, он всегда останется агрессором. Таких агрессоров надо иметь и направлять против чужих, а не своих

Борьба за суверенитет России есть борьба воинов и жрецов за изживание в себе купеческих инстинктов и прививание купцам военного и даже жреческого мышления. В глобальной конкуренции выигрывают только такие купцы, а государство военной силой охраняет их экспансию

На тему ключевых особенностей русской цивилизации написано много, и спектр этих особенностей достаточно широк. Это и огромность пространств, властвующих над русской душой (Бердяев), и сочетание леса и степи (евразийцы), и православность (старец Филофей с тезисом «Москва — третий Рим»), и сторонники теории влияния климата на склад национального характера, и многие другие (град Китеж, осаждённая крепость и так далее).

Будучи верными в своих краеугольных аспектах, все эти концепции упускают момент, являющийся, на мой взгляд, для русской цивилизации определяющим. Это роль торговли и торгового сословия в формировании самосознания русских относительно других народов, близких и дальних. Этот тезис требует некоторого толкования, так как сам является порождением русской цивилизации и в то же время влияет напрямую на её тип и характер.

Мировые цивилизации очень условно и обобщённо можно разделить на скотоводческие, земледельческие, торговые, военные и жреческие. Везде всё было, но что-то преобладало. Промышленность выросла из торговой цивилизации, все прочие так или иначе влияли на её становление и впитывали с разной степенью успешности её изобретения.

Вавилон, Месопотамия, Индия, Египет, Палестина, Греция, Рим — цивилизации, в которых было развито земледелие и военное дело, но известны они как места формирования мировых религий, то есть это преимущественно жреческие цивилизации. При этом в Греции географическое положение привело к развитию торговли, что толкнуло вперёд весь Балканский полуостров в его южной части.

Впоследствии Апеннинский полуостров принял от Греции эстафету торговли и жречества. Военное дело в Средиземноморье было тесно связано с интересами торговли, и политическое соперничество с соседями также имело в основе преимущественно торговый характер.

Страны арабского и персидского Востока принадлежат к торговому типу цивилизаций, земледелие и военное дело в них прямо зависело от торговли и направления караванных путей. Уходили караванные пути — прекращалась цивилизация. Восточный базар — это не торговое, а цивилизационное понятие.

Впоследствии к торговым цивилизациям в разное время присоединялись европейские Генуя, Голландия, Британия и США. Испания, Франция и Германия развивались больше как военные цивилизации, где военное направление обгоняло торговую экспансию и было более свободно от торговых интересов.

К военным цивилизациям принадлежат Скандинавия (викинги) и Русь-Россия. В них военная составляющая намного опережала торговую, и своего торгового класса там долго не возникало. К военной цивилизации можно отнести Японию, к военно-скотоводческим — Монголию, а вот Китай лучше отнести к цивилизации торговой (Великий шёлковый путь — маркёр торговой цивилизации).

Самое главное — это то, что набеговые и разбойничьи цивилизации, несмотря на весь культ воинственности, нельзя отнести к военным, они носят торговый характер, так как нацелены на торговлю добычей. Купцы до сих пор мало чем отличаются от разбойников, и покупают лишь то, что не могут украсть или отнять силой.

Скотоводческие цивилизации самые отсталые, если они не ушли в земледелие. Земледельческие цивилизации самые эксплуатируемые, их всегда или завоёвывают и грабят, или обманывают. Они уязвимы, так как труд крестьянина требует глубоких специализаций и компетенций, и на военное дело и торговлю уже сил не остаётся. Земледельческие цивилизации очень зависимы от правителя, и в этом они схожи с цивилизацией военной.

Русь как цивилизация в силу ландшафтов развивалась, минуя стадию скотоводства. Это была цивилизация земледельцев, которые пашню отвоёвывали у леса. То есть русский уклад — это земледелец плюс охотник. Появление прибавочного продукта привлекло на Русь набеги, и потому типом русского человека стал воин-землепашец, то есть крестьянин с навыками охотника, ставший воином.

Именно так, ибо величина постоянно растущей территории порождала необходимость в массовой армии, а профессиональные княжеские дружины были малочисленны и больше выполняли функции костяка армии и внутренних войск. По сей день Россия не может обойтись без формирования армии по призыву, хотя профессиональный костяк в ней всё время увеличивается.

Торговлей на Руси изначально занимались варяги, которые везли награбленное по Волге из варяг в греки и особенно в арабы. Русский торговый класс на Руси формировался после того, как варяги стали ассимилироваться на Руси, и вдоль караванных путей стали возникать русские торговые города типа Великого Новгорода.

Русское торговое сословие, войдя в контакт с коллегами по классу из других стран, стало привозить на Русь чужие цивилизационные достижения. Развитие торговли толкало развитие цивилизации.

Но Русь сформировалась не как торговое, а как земледельческо-военное государство, и потому интересы торговцев часто входили в конфликт с интересами воинов. Земледельцы к тому времени уже были расколоты на два лагеря — приграничные жители нуждались в военной защите государства, а земледельцы центра были вовлечены в производство товаров для внешней торговли, и потому военные цели были для них обузой.

На Руси возник компрадорский слой, где торгующие с заграницей бояре готовы были идти на сговор с захватчиками ради сохранения своих выгод. Отвлекать крестьян на военные дела они тоже не хотели. Ремесленники и крестьяне были базой для производства товаров на экспорт. Возникал конфликт военного и торгового сословия, в который вмешивалось русское православное жречество, конкурирующее с Римом за геополитическое пространство.

Военно-земледельческий класс русской цивилизации, отрицающий торговлю и всегда (не без оснований) подозревающий её в неблагонадёжности, стал ключевым элементом для понимания архетипа русского коллективного бессознательного.

Торговля, а не земледелие и военное дело является источником быстрого роста богатства. При этом торговое мышление всегда криминально, ибо основано не на собственном производстве, а на неэквивалентном обмене, производимом при помощи обмана.

Русское мышление и этика отвергали эти базовые аксиомы торгового класса. Можно было завоевать добычу в походе, можно создать ценность своим трудом, но добыть её обманом считалось позорным. Таким образом, с водой выплёскивали ребёнка — торговлю не превращали в ресурс господства, а видели в ней угрозу и не пытались корректировать её мотивацию.

Положительное значение торговли в том, что она приводит в страну чужие достижения и способствует их внедрению в культурный оборот. Торговля как ничто другое развивает технологии управляемых социальных коммуникаций и является обратной связью для самооценки народов относительно соседей и «партнёров». Только в сравнении можно понять свои достоинства и недостатки, и способствует этому торговля.

В то же время общество, способное обуздать и использовать торговлю, становится более сложным и развитым относительно конкурентов, коими являются все прочие народы мира. Отставание торгового класса наносит большой ущерб развитию государства. В стране, где слаб собственный торговый класс, как правило, силён торговый класс иностранный. Он подчиняет себе местных купцов и превращает их в пятую колонну.

Купец — это волк и агрессор, его не надо идеализировать. Его сколько ни корми, он всегда останется агрессором. Таких агрессоров надо иметь и направлять против чужих, а не своих. Хуже, когда они выросли среди своих и видят в них свою кормовую базу.

Первым порывом будет репрессировать этот класс и разрушить его социальную и материальную основу. Но нужды торговли для государства заставят снова воспроизвести этот класс из утративших наследственную компетенцию представителей. Они снова проиграют конкурентную войну и превратятся в пятую колону для чужаков.

Главной задачей военно-земледельческой цивилизации является такое адаптирование торгового компонента, чтобы он не разрушал, а усиливал собственную цивилизацию. Национализация купечества как класса — вот задача для любой элиты, всерьёз желающей строить собственный суверенитет.

Выгоды внешней торговли в том, что она знакомит страну с чужими технологиями. На этом функция торговли кончается и наступает функция условно воинов и землепашцев, превратившихся в ремесленников. Купеческий капитал, с помощью власти ставший промышленным, немедленно включается в конкурентную гонку и адаптирует чужие достижения. Разница в уровне цивилизаций выравнивается.

В силу объективных причин в России цивилизация развивалась как военная и потому конфликтующая с торговым укладом. Торговцы же попадали в среду, где конкуренты накопили долгий опыт и были сильнее. В силу этого наши купцы попадали в культурную зависимость от конкурентов, и эту зависимость транслировали во внутренний правящий класс. Хуже всего, когда купцы с такими комплексами захватили власть и превратили своё государство в чужую колонию.

Борьба за суверенитет России есть борьба воинов и жрецов за изживание в себе купеческих инстинктов и прививание купцам военного и даже жреческого мышления. В глобальной конкуренции выигрывают только такие купцы, а государство военной силой охраняет их экспансию.

Русская цивилизация традиционно или презирает купцов, или уступает им власть. И то, и другое плохо и неправильно. Главной особенностью российского будущего является искоренение купеческой доминанты в воинском мышлении и активизация воинской доминанты в мышлении купцов.

Купцы не станут рыцарями, они останутся разбойниками, но направить эту стаю на врагов очень необходимо — наш купец похож на нашего солдата колоссальной изобретательностью и упорством. Если подключить к этому изобретательность и упорство земледельцев и жрецов, Россию действительно ждёт золотой век.