Путин вынул из кармана Януковича главный «газовый» козырь

Запуск «Северного потока» лишит Украину «эксклюзива» на транзит российского газа в Европу

Аккурат в самый разгар российско-украинского газового конфликта и на самом пике решимости Виктора Януковича засудить Россию за нежелание «войти в положение» российский премьер Владимир Путин торжественно открыл первую очередь долгожданного «Северного потока».

Возможно, что, при всей своей долгожданности и стратегической значимости, эта прошедшая в Выборге церемония все же растворилась бы в ряду не менее важных мероприятий, которых, по приметам, в предвыборный период случается особенно много. Однако так совпало, что пуск первой очереди газа из российской газовой системы в новенький газопровод наложился на трения по газу в Киеве. И потому, совершенно ожидаемо, на открытии первой очереди «Норд Стрима» говорили почти исключительно об этом. А самая растиражированная в СМИ реплика Путина из всех, прозвучавших на церемонии, также касалась именно киевских амбиций.

«Украина – наш давний, традиционный партнер. Как и у любой транзитной страны, всегда есть искушение попользоваться своим транзитным положением. Теперь этот эксклюзив исчезает, и наши отношения будут приобретать все более цивилизованный характер», – заявил Владимир Путин. Осталось лишь со временем выяснить, что под «цивилизованным характером» отношений в газотранспортной сфере понимает каждая из сторон, и чье определение этого ближе к классическому.

Если судить по декларациям, то Россия уж точно пока что не собирается отрекаться от своих прописанных в газовых контрактах обязательств. Вот и в Выборге премьер как бы между прочим поинтересовался у председателя правления «Газпрома» Алексея Миллера, что там с поставками газа на «незалежную» на год текущий, и получил ответ: не менее 40 млрд кубов, как и предписано. Что и ожидаемо: ведь проплаты за газ со стороны Украины пока что идут исправно. Тут впору сплюнуть три раза по старой традиции: ведь впереди – IV квартал, который, согласно рассчитанной к 2009 году формуле, является в плане цены за газ наиболее обременительным из всех, хотя положенная, согласно Харьковским соглашениям, скидка в 30% действует исправно.

Озвученная Миллером сумма Владимира Путина, судя по всему, удовлетворила. «Мы уступили $100 с каждой 1000 кубов в счет размещения Черноморского флота на базе в Севастополе (на дополнительные 25 лет. – Прим. KM.RU). Таким образом, субсидия составит $4 млрд. И при таком объеме сумма подобных субсидий будет ежегодной», – напомнил премьеру председатель правления газовой монополии. Не вполне, правда, ясно, как прописанные в тех же договорах объемы поставок на Украину сохранятся ввиду полноценного запуска «Северного потока». Ведь Европе объективно нужно именно столько газа, сколько нужно. Расширяться и, как следствие, наращивать потребление она не собирается, стало быть, квота потребления газа останется той же. Т. е., грубо говоря, тот газ, который пойдет по новой трубе в Европу, не пойдет туда же через Украину с Белоруссией.

Но политическая математика, в отличие от математики классической, допускает разумные оговорки даже в таблице умножения. Что недавняя история уже демонстрировала нам, причем неоднократно.

В беседе с обозревателем KM.RU известный российский ученый-экономист, доктор экономических наук, директор Института социальной политики и социально-экономических программ НИУ ВШЭ Сергей Смирнов поделился своим видением развития российско-украинского диалога по газу в свете запуска первой очереди «Северного потока»:

– Я думаю, что пока никаких принципиальных изменений в двусторонних отношениях, касающихся транзита газа, я не вижу, тем более что это – пока не полный цикл. Это, безусловно, мера, которая позволит разговаривать с Украиной уже с позиции силы. В конечном счете я считаю, что вчерашнее заявление премьера – это в большей степени геополитический, чем экономический шаг. Т. е. по-любому мы можем всегда сказать, что завершим этот проект, и если Украина не согласится с нашими условиями, то мы можем, грубо говоря, обрубить им транзитный поток в Европу.

С другой стороны, если проект будет развиваться и дальше, то когда закончатся действия существующих контрактов, тогда мы сможем уже действительно работать с нашим уважаемым контрагентом, имея некоего козырного туза в кармане. На мой взгляд, это, конечно же, в интересах России и, безусловно, своеобразная перестраховка. Ведь от наших украинских друзей тоже можно ожидать всего, чего угодно, как мы уже могли вот-вот убедиться. В конце концов, каждая страна – не враг самой себе и действует максимально в собственных интересах.

Конечно, на месте украинцев я бы готовил для себя какие-то альтернативы уже сейчас. Но, в любом случае, сторонам необходимо дождаться завершения действия уже заключенных контрактов, чтобы, по крайней мере, просто выглядеть порядочным партнером в глазах мирового сообщества. Заключенные контракты трогать нельзя.

В свою очередь, заместитель декана факультета мировой экономики и мировой политики ГУ ВШЭ Андрей Суздальцев уверен, что снижение объемов транзита через Украину и Белоруссию в свете запуска «Северного потока» неизбежно в силу объективных причин:

– Понятно, что и в Киеве, и в Минске сейчас идет много разговоров о том, что «Северный поток» никак не повлияет на использование этих стран в качестве транзита. На самом деле повлияет – в плане того, что отныне сам переговорный процесс будет более жестким для этих транзитных стран. К тому же и сам газопровод стоит громадных денег – €8,9 млрд, и, естественно, «Газпром» будет максимально заинтересован в том, чтобы вложенные деньги вернуть, поэтому он будет загружен по максимуму. А больше квот у нас на поставку в Европу нет, т. е., по идее, увеличение объема поставок через «Северный поток» будет осуществляться за счет снижения объемов поставок через Украину и Белоруссию.

К слову, в Минске уже сообразили, что к чему, и согласились продать пакет акций Белтрансгаза, но Украина, думаю, ни за что не согласится на то, чтобы уступить хоть часть своей газотранспортной системы.