ХВОЙНЫЕ ЛЕСА ОТСТУПАЮТ?
В минувшее воскресенье мы отметили День работников леса. Праздник стал хорошим поводом не только для тостов, но и для серьезного разговора. "Новая Камчатская правда" предлагает вашему вниманию беседу двух искушенных в лесных делах людей - директора Камчатской лесной опытной станции Геннадия Александровича ЛАЗАРЕВА и начальника управления лесного хозяйства Александра Федоровича ПАВЕЛЬЕВА. Больше них о камчатских лесах, можно вас уверить, не знает никто.
Г.А.Лазарев: - Александр Федорович, лесная наука, несмотря на сложности, продолжает по возможности проводить научные работы, в частности по лесоводственной оценке динамики хвойных лесов Камчатки. Проблема ухудшения общего состояния хвойных лесов, сокращения их площадей и запасов - при том, что именно хвойные леса играют решающую роль в стабилизации гидрологического режима крупнейшей нерестовой реки полуострова, р.Камчатки - реально существует и продолжает усугубляться. Например, за последние 29 лет площадь хвойных лесов сократилась по документам всего на 3,4% - казалось бы, немного, но зато запасы упали уже на 22%. При этом площади и запасы твердолиственных и мягколиственных лесов продолжали и продолжают возрастать. Каждый год увеличивается их прирост. Происходит как бы замещение хвойных лесов лиственными.
А.Ф.Павельев: - Это не совсем так. Причина в том, что мягколиственные и твердолиственные не вырубаются. Поэтому в порядке уточнения мы сейчас переходим на геоинформационные системы учета лесного фонда. За счет более точного учета даже общие площади лесов, как ни странно, увеличатся. По Атласово, по Козыревску - именно за счет уточнения.
Г.А.Лазарев: - Анализируя цифры по состоянию наших лесов за 2002 год, мы отметили как положительный факт, например, что произошло значительное уменьшение общей площади спелых и перестойных лесов, возможных к эксплуатации не за счет их вырубки, а за счет исключения из расчета десятков тысяч га хвойных лесов вдоль нерестовых рек.
А.Ф.Павельев: - Совершенно верно. Из расчета рубок главного пользования они исключены - это раз, и кроме этого, что греха таить, большие пожары были, есть и будут - это также влияет на уменьшение расчетных цифр.
Г.А.Лазарев: - Но почему же эти огромные ежегодные пожары никак не влияют на общую площадь лесов, которые уже, например, последние лет 15 меняются очень незначительно?
А.Ф.Павельев: - Дело в том, что даже пройденная лесными пожарами площадь формально остается в составе лесопокрытой площади. При этом ревизионный период лесоустройства 10-12 лет, и все сгоревшие площади за этот период продолжают на бумаге оставаться покрытыми спелыми и перестойными лесами. А в багульниковом типе лиственничных лесов после пожара часто меняется просто категория - вместо спелых и перестойных они начинают считаться молодняками.
Г.А.Лазарев: - При анализе цифр, приведенных в Государственном учете лесного фонда за 2002 год, меня удивил еще такой факт - фонд лесовосстановления (Прим. редакции для наших читателей - это территории, которые были когда-то покрыты лесом, а теперь по разным причинам оказались безлесными) за 5 лет уменьшился на 518 тысяч га. То есть, эти вторично безлесные территории заросли лесом. Это все равно, как второй "Хвойный остров" у нас вырос всего за 5 лет. На мой взгляд - довольно резкий скачок. В прошлые десятилетия этот фонд в основном возрастал, а не уменьшался.
А.Ф.Павельев: - Ничего удивительного. Простой пример. Козыревский лесхоз устраивался в прошлом году. Площадь, пройденная огнем в 1972 году - 42 тысячи га. Сейчас она заросла, и ее уже показывают как покрытую лесом площадь. Это раз. Второе. В Атласово тоже делали устройство - огромные площади пройдены пожарами - в районе поворота на Таежный десятки тысяч га, в Эссо также десятками тысяч - в районе рек Романовка, Козыревка, район горы Лохмашка - который, кстати, в этом году тоже горел. Так что 518 тысяч - вполне реальная цифра.
Но в целом, конечно, можно согласиться, что проблема с хвойными лесами на Камчатке существует. Идет явная тенденция замены хвойных лесов на лиственные.
Г.А.Лазарев: - Совершенно верно. Причем в цифрах это выражается пока не в уменьшении площадей, а, например, в том, что общий прирост хвойных лесов за последние 10 лет упал с 1,23 до 1,18. И это при общем росте площадей молодняков, достигающем у лиственницы 40%, которые и обладают основной продуктивностью. То есть общий прирост в такой ситуации должен возрастать, а он, наоборот, падает.
А.Ф.Павельев: - Одной из причин этого может быть влияние пожаров. На площадях, пройденных пожарами, которые сейчас очень значительны - какой прирост?
Г.А.Лазарев: - Тревожное, на наш взгляд, состояние еловых лесов. Площади этих лесов уменьшились во всех возрастных категориях, за исключением молодняков. Общий запас при этом уменьшается в несколько раз быстрее, чем площадь. На полтора миллиона кубометров за 10 лет упали запасы еловых лесов. И это при том, что на бумаге расчетная лесосека по ели используется всего лишь на 10%. А что же будет с нашими еловыми лесами, если на все 100% использовать расчетную лесосеку?
А.Ф.Павельев: - По поводу быстрого уменьшения запасов еловых лесов также ответ простой. Вот огромные территории ельников на Урцовской даче - куда они делись? Сгорели.
Г.А.Лазарев: - Но ведь при этом цифра общего уменьшения еловых запасов может быть в реальности еще больше. Ведь за 10 лет происходил и естественный прирост еловых лесов, но даже он не смог компенсировать потери.
А.Ф.Павельев: - Да где же они прирастают? Повальные верховые пожары в еловых лесах практически уничтожают весь древостой. И если их сгорело тысяч 15-20 за год, то сравнительно небольшие площади камчатских хвойных лесов не могут своим приростом компенсировать эти потери.
Г.А.Лазарев: - Да, тут можно согласиться. Например, по лиственнице в государственном учете приводятся цифры, из которых следует, что потери запаса от пожаров в три раза превышают запасы, изъятые в результате вырубки.
А.Ф.Павельев: - Ничего удивительного. А что творилось в этом году? Более 70% случаев возникновения лесных пожаров - в результате сухих гроз.
Г.А.Лазарев: - Поразительно. Ведь в прошлые годы всегда считалось, что на Камчатке это очень редкое явление.
А.Ф.Павельев: - Да нет, так бывало и в прошлые годы - но в общем числе возгораний не превышало 10%, а в этом году из 87 пожаров в лесном фонде - 67 пожаров от сухих гроз. Это и не надо было доказывать, возгорания происходили прямо на глазах, во время тушения очередного пожара: разряд - и новый пожар. На мой взгляд - это вообще небывалое явление в таком количестве. А я на Камчатке уже 31 год.
Г.А.Лазарев: - То есть какие-то изменения климата уже реально можно наблюдать.
А.Ф.Павельев: - Конечно, деятельность человека уже так просто не проходит. Вот район бассейнов сибирских рек Зеи и Буреи. Вырубили лес - получили катастрофические наводнения. А пыльные бури, которых в долине реки Камчатки никогда не было? А что творится весной в Козыревске из-за пыльных бурь - такие тучи пыли несет ветром, как будто пустыня вокруг? В Ключах вырубили каменноберезняки, раскорчевали, изредили леса - не стало естественных препятствий для ослабления ветра. Вот и результат.
Г.А.Лазарев: - То есть работы для поддержания, сохранения наших лесов у лесного хозяйства по-прежнему непочатый край. И оно по-прежнему остается, на мой взгляд, главнейшей отраслью в нашей стране, так как выполняет не только хозяйственные, но и средосберегающие, средостабилизирующие функции.
А.Ф.Павельев: - При этом, к сожалению, сегодняшняя ситуация в лесном хозяйстве весьма плачевна. Сегодня мы совершенно бесправны. И это основная проблема лесного хозяйства не только Камчатки, но и всей Российской Федерации. Мы сейчас не являемся юридическим лицом. Целиком вошли под крышу Министерства природных ресурсов. То есть даже к празднику мы не можем самостоятельно отблагодарить наших заслуженных работников, поздравить, выдать премию лучшим лесоводам Камчатки. Беда в том, что хотя министр МПР сегодня кичится, что мол, до него никто здесь не занимался перестройкой лесного хозяйства, но не занимается этим и его Министерство. За те три года, как мы под крышей МПР, нет ни положения о лесхозах, ни положения о Лесной Службе. Более того, ситуация сегодня такова, что лесхозы (в отличие от самого Управления лесами) вообще не входят в смету Управления природных ресурсов и охраны окружающей среды по Камчатской области.
Г.А.Лазарев: - А куда же они входят?
А.Ф.Павельев: - Они финансируются напрямую через Минфин.
Г.А.Лазарев: - В чем же смысл такого положения?
А.Ф.Павельев: - Смысл в том, что даже Министерство природных ресурсов до сих пор не определилось, что же делать с лесхозами. Сегодня и в Государственной Думе, и в Министерстве на уме только одно - отобрать у лесхозов, у лесного хозяйства хозяйственные функции, и оставить только контрольные.
Г.А.Лазарев: - Но ведь хозяйственные функции бывают разные. Одно дело - рубки главного пользования, а другое дело - санитарные рубки, посадка и уход за лесом и прочее.
А.Ф.Павельев: - Рубки главного пользования у лесхозов давно отобрали. Запретили держать цеха по переработке даже древесины не от рубок главного пользования. Из хозяйственных функций у лесхозов остались только лесовосстановление и некоторые рубки промежуточного пользования. Но и эти оставшиеся хозяйственные функции у лесхозов хотят изъять.
Г.А.Лазарев: - А кто же их будет выполнять?
А.Ф.Павельев: - Собираются при лесхозах организовать какие-то дочерние предприятия, хозрасчетные, но, опять же за счет средств лесхоза. И они по договорам будут выполнять эти работы. Но однозначной позиции по этому вопросу до сих пор в МПР нет.
Г.А.Лазарев: И каков же результат всего этого? Прежде всего - для лесов?
А.Ф.Павельев: - А результат очень плохой. Лесное хозяйство нашей страны сегодня в таком загоне, в каком не было, наверное, с момента своего основания 300 лет назад. Я сам в лесном хозяйстве работаю уже 42 года. Вот с начала перестройки начали давать финансирование 42%, 50% от потребности, но лесхозы выживали кое-как до того момента, пока у лесхозов по Закону о бюджете РФ не забрали собственные средства, то есть суммы, поступающие за перевод-изъятие лесных земель.
Сегодня в наших лесхозах вся техника очень старая, не обновлялась уже около 15-18 лет, поэтому в этом году обстановка хуже, чем в прошлом, и если бы не помощь администрации Камчатской области, все наши леса сгорели бы напрочь. Администрация нашла возможность из средств Экологического фонда помочь с подготовкой к пожароопасному периоду, выделив 1 миллион 200 тысяч рублей. Мы закупили горюче-смазочные материалы, запчасти, ранцевые опрыскиватели, масла, аккумуляторы.
Г.А.Лазарев: - А не может ли быть выходом, в данном случае, повышение платы за древесину - то есть подороже продавать наш лес пользователям?
А.Ф.Павельев: - Мы ставили такой вопрос в администрации. Но там посчитали это нецелесообразным, так как расчетная лесосека по хвое у нас используется всего на 20-30%, а если повысим плату, то вообще может остаться всего 10%. И потом, ведь лучшие древостои первого, второго и даже третьего бонитета уже давно вырублены. Таких лесов остались считанные гектары в Быстринском районе.
Так что положение в лесном хозяйстве сегодня, к сожалению, очень тяжелое.
Комментарии читателей Оставить комментарий