«Нельзя жалеть денег на развитие своего бизнеса»
Цена собственности - это политика. Так считает президент кемеровской компании «Институт специалистов в области недвижимости» (ИСОН) Ольга Скоморохова. Сегодня большинство проблем управления собственностью и перехода ее из рук в руки связано с ценой этой собственности. Об этой и других проблемах кузбасского рынка недвижимости ОЛЬГА СКОМОРОХОВА рассказала корреспонденту «КС» ОЛЬГЕ ГУЛИК.
Ольга Скоморохова окончила Кузбасский политехнический институт по специальности «инженер-строитель». Защитила кандидатскую диссертацию на тему «Учет влияния промерзания грунта при создании основания дорожного полотна возле водопропускных труб». Работала в институте «КузНИИшахтострой», затем - в Кузбасском политехническом институте, с 1992-го по 1994 год - ведущим специалистом в отделе инвестиций в одном из кемеровских банков. В 1995 году создала свою фирму - ИСОН, которая занимается риэлтерской, оценочной и юридической деятельностью.
- Почему вы решили уйти из науки в бизнес?
- Жизнь заставила. Однажды мы оба с мужем (тогда тоже научным работником) вместо зарплаты принесли одинаковые синие китайские кроссовки для сына-подростка. И тогда он спросил у нас: «Папа и мама, раз вы такие умные, то почему вы такие бедные?» Да и мне самой стало неинтересно работать в институте. Перед защитой кандидатской диссертации я полагала, что потом будет докторантура... Но когда я защитилась, стало ясно, что нельзя будет реализовать эти планы - дело было в перестроечное время. Вряд ли будет возможно даже достойно жить, да и сына надо было растить. И мы на семейном совете решили, что я буду устраиваться в банк, хотя до того момента вообще не представляла, что это такое.
- Почему именно в Кузбассоцбанк?
- В 1992 году самым интересным и новым делом была работа в банках. Банки тогда были новой структурой, куда шло много способных людей с интересными идеями. Банки были сердцем экономики, да и зарплаты там были существенно выше, чем в других отраслях.
Прошла практически по всем банкам, которые у нас в городе были, но в них или боялись брать клерком человека с ученой степенью, или не было вакансий: Взяли меня на работу только в последнем банке, когда у меня уже никаких надежд не осталось, - заместителем начальника отдела инвестиций. Тогда никто не знал, что такое инвестиции, чем должен заниматься отдел, тем не менее работа в банке мне многое дала - нужно было осваивать компьютер, изучать новые законы. В конце концов я создала отдел инвестиций, он заработал. Но получилась неприятная для меня ситуация: я очень многое сделала, а кто-то на моем профессионализме стал зарабатывать себе деньги. И к 1994 году мой интерес к работе в банке стал иссякать.
- И тогда вы решили заняться собственным делом?
- Работая в банке, я стала проситься на обучение новой специальности - оценщика. Тогда преподаватели Колумбийского института (США) приезжали в Москву и проводили обучение. После этого я некоторое время работала оценщиком в банке. С первых дней 1995 года началась оценка основных фондов. О том, как это надо делать, знали очень немногие специалисты, практической же базы не было ни у кого. Мне приходилось использовать и те знания, которые я получила во время учебы, и те, что я накопила, занимаясь наукой и за время работы в банке. Поток клиентов был огромный, а оценщиков не хватало - их было человек шесть-семь на весь Кузбасс. У банка на оценщика (то есть меня) затраты были минимальными - стол, стул и компьютер. Но стоимость того, что я делала, была высокая.
После первого этапа я снова поехала учиться - оценке бизнеса. По возвращении предложила создать в банке группу оценщиков, которая занималась бы оценкой залоговой стоимости для кредитного отдела. Меня не услышали, и тогда я поняла, что средства, которые я зарабатываю, идут в зачет всему управлению, не создающему материальных ценностей. И я начала создавать свое предприятие - «Институт специалистов в области недвижимости».
- Откуда появилось такое название?
- Я долгое время работала в институте - наверное, отсюда и название. Вначале нам приходилось работать, как в НИИ, - самим все изучать, осваивать.
- Можете ли вы сказать, что все, что вы планировали, удалось осуществить?
- Практически все, что я планировала в отношении своей компании, сейчас реализовано. Я полагала так: мы будем заниматься оценочной деятельностью, значит, нам нужна хорошая информационная база. Поэтому нам нужно было развивать и риэлтерское направление, которое создавало бы информационную базу. Нужно проводить анализ рынка недвижимости, чтобы грамотно проводить работы по финансовому анализу предприятий, необходимо иметь в штате и высококвалифицированных финансистов с опытом работы и, конечно же, юристов.
- Ваша фирма одной из первых появилась на кемеровском рынке риэлтерских и оценочных услуг. Как развивался этот рынок?
- На риэлтерском рынке Кемерова мы были не первыми, но одними из первых. Как только в 1994 году появился закон о приватизации, так называемые «черные маклеры», еще при социализме совершавшие сделки с недвижимостью, легализовались и образовали фирмы. А вот оценочная деятельность тогда была совершенно новым делом. Если в 1995 году в Кузбассе было шесть-семь профессиональных оценщиков, то в 1996 году - уже более двадцати: специальность эта была востребована, многие пошли ей обучаться.
Сейчас же рынок оценочных услуг «размазывается». Многие родители думают: вот они заплатят за обучение ребенка, он выучится на оценщика и будет зарабатывать большие деньги. Таких «оценщиков» в последнее время стало очень много, и чтобы получить заказы, они демпингуют. Профессиональные же оценщики говорят: если работа стоит полмиллиона, договорная стоимость - 100 тыс. руб., а кто-то берется сделать эту работу за 15 тыс. - бегите от такого оценщика, он не сделает достоверной оценки вашего бизнеса и имущества. Профессиональный оценщик 15 тыс. руб. потратит только на отчет.
- Какой же должна быть работа компании, занимающейся оценочной деятельностью?
- Оценка любого имущества невозможна без учета политической конъюнктуры. Цена - это политика. Расчетные данные, получающиеся на бумаге, и цена, за которую можно продать объект, далеко не всегда совпадают. Здание, даже очень хорошее, на окраине Таштагола за 10 млн руб. продать нереально. В центре Кемерова такое же здание можно продать и за большую сумму.
Работа оценщика включает в себя очень много знаний - юридических, экономических, технических - в разных отраслях. Чтобы оценить технологическую линию на производстве, нужно знать весь процесс. Чтобы оценить здание, нужно знать имущественное законодательство и понимать техническое состояние объекта. Оценщик, имеющий образование инженера-строителя, по трещинам на фасаде здания может представить, что творится с фундаментом и что делается в подвале. Профессионал может определить возраст здания даже по цвету и состоянию кирпича, из которого оно построено. Все эти специальные знания помогают качественно выполнять свою работу оценщику-профессионалу.
- Каков сегодняшний рынок недвижимости в Кемерове?
- Рынок движется, цены растут - и на первичном, и на вторичном рынках. Первичный рынок у нас развивается в основном за счет строительных фирм, которые сами строят жилье, сами его продают и сами эксплуатируют. Сейчас это далеко не худший вариант, хотя еще в недостаточной степени используются методы управления недвижимостью, уже зарекомендовавшие себя в городах-миллионниках.
На аукционах пока преимущественно продаются муниципальные, областные или федеральные объекты: здания, земельные участки. Перед такими аукционами обязательно проводится оценка объекта, и независимый оценщик называет его цену. В Кемерове, например, оценщики ежегодно проводят аккредитацию в довольно жесткой борьбе по определенным правилам. И компетентная комиссия по определенным критериям отбирает компании, которым можно будет поручить оценку муниципального имущества.
Промышленные объекты по большей части принадлежат акционерным обществам или частным лицам - там действует другая схема перехода собственности из одних рук в другие. Но я бы не сказала, что у нас объекты коммерческой недвижимости часто переходят из рук в руки.
- Как вы оцениваете отмену лицензирования риэлтерской деятельности?
- Очень отрицательно - она плохо повлияла на рынок недвижимости. В области было около 160 лицензированных риэлтерских фирм. Были и «черные маклеры», но они понимали, что действуют нелегально, и были очень осторожны. При обязательном лицензировании и налогооблагаемая база была более стабильной. Сейчас те компании, что раньше работали с лицензией, работают на высоком уровне. Но после отмены обязательного лицензирования риэлтерской деятельности вокруг них появилось очень много недоучек, которые решили стать риэлтерами.
На мой взгляд, каждый шаг риэлтера должен быть расписан - что он должен сделать для клиента. И на услуги эти есть определенные расценки. За продажу квартиры риэлтер должен получить вознаграждение от клиента - определенный процент от цены квартиры. Но не все - даже те, кто давно работает на этом рынке, - понимают разницу в этих вещах.
«Черные маклеры» зарабатывают деньги на солидных компаниях, и это далеко не единичные случаи. Мы уже научились отличать таких «кукушек» от обычных клиентов, но проблема есть, и по этой причине тоже рынок «размазывается». У многих риэлтерских компаний со стажем из-за этого явления снизилась рентабельность, некоторые стали нести убытки.
- Насколько критична такая ситуация?
- В прошлом году у нас была очень сложная ситуация - как раз из-за «размазанности» рынка. Но для такой ситуации на рынке есть две причины. О первой я только что сказала, а вторая - в том, что сейчас переизбыток оценщиков, качество работы которых очень низкое. Неопытный оценщик не видит того, что нужно предоставить заказчику, он не понимает, о чем идет речь. Оценочные компании могут разориться не только из-за большого числа демпингующих недоучек, но и из-за того, что многие потенциальные покупатели собственности из других регионов привозят своих оценщиков. Но такие «варяги» не знают ценовой политики в регионе, не знают рынка недвижимости в области.
И «варяги», и новоиспеченные оценщики часто делают оценку на формальной основе, не вникая в тонкости, или же делают так, как их «попросили». Но такие действия могут нарушить ценовой баланс в регионе, могут нанести прямой вред. Когда цена ставится ниже нижнего предела - это опасно для экономики региона.
И наши сложности в прошлом году были связаны как раз с тем, что часть наших заказчиков переметнулась туда, где подешевле. Сейчас, как я знаю, некоторые наши коллеги вынужденно занимаются и непрофильной деятельностью. Есть и еще одна опасность - появился ряд фирм, которые занимаются перепродажей и жилой собственности, и коммерческой недвижимости. Я не назвала бы эти фирмы в чистом виде риэлтерскими, потому что риэлтерская фирма в моем понимании работает на вознаграждении и на доходах от своих услуг. Скупкой и перепродажей недвижимости у нас занимаются фирмы, созданные, мягко говоря, крупными монопольными компаниями, имеющими капиталы.
- Сколько же, по вашему мнению, нужно Кузбассу оценочных и риэлтерских фирм?
- Это рынок, и он сам решает, кто ему нужен, а кто нет. Про риэлтерские компании говорить не буду, но вот оценочных компаний, работающих грамотно и комплексно, хватило бы на Кузбасс десятка полтора.
- Вы занимаетесь оценкой не только недвижимости, но и бизнеса, предприятий...
- Сегодня многие люди, создавшие и сохранившие свой бизнес во время всех финансовых потрясений, начинают его терять из-за того, что им не хватает знаний. Но наш российский бизнес пока настолько мало потерял, что многим бизнесменам просто жаль денег на работу юриста, который мог бы привести документы фирмы в порядок, жаль денег на услугу, которая могла бы помочь в развитии. К сожалению, так поступают и умнейшие люди, проделавшие огромную работу по созданию собственного бизнеса. Они жалеют денег на компьютерную технику, на новые программы для бухгалтеров - то есть для самих себя. Аудитор за очень серьезную проверку может взять 50-100 тыс. руб., но он поможет привести все документы в порядок.
Некоторые руководители и не представляют, какой беспорядок творится на их предприятии. В имущественных документах значится одно, у бухгалтеров - другое, у финансистов - третье. Работа же грамотного оценщика может помочь навести порядок в бумагах предприятия.
- Нет ли у ваших коллег-конкурентов желания создать профессиональную ассоциацию - как, например, кемеровские промышленники или хлебопеки?
- Когда я начинала работать на этом рынке, я пыталась создать у нас какую-то общественную организацию риэлтеров. Но тогда меня не услышали - все работали самостоятельно и не хотели объединяться. Только два года назад наши риэлтеры «созрели» для того, чтобы объединиться. Была создана Кузбасская гильдия риэлтеров. Я это всячески приветствовала. Но пока объединение идет сложно: одни уже поняли, что им это нужно, другие пока думают, стоит ли им объединяться с остальными.
- Почему, как вам кажется, сейчас становится больше женщин-руководителей?
- Я благодарна тем руководителям, которые у меня были на разных работах, но я всегда видела, что они не так делают в отношении своих подчиненных, их недальновидные поступки. И в один момент я поняла: если я не хочу, чтобы по отношению ко мне так поступали, надо самой стать начальником. Теперь я знаю, как не надо относиться к людям, и стараюсь так не делать. Думаю, что в этом отношении женщины-руководители лучше чувствуют обстановку в коллективе, чем мужчины. Кроме того, женщин необходимость заставляет зарабатывать - им же детей растить надо.
- Как вы предпочитаете отдыхать?
- У меня есть много увлечений вне работы. Картины, которые висят у меня в офисе, написаны мной. Эти картины выполнены масляными красками, а сейчас я осваиваю акварельную технику. Расписываю маслом бутылки интересной формы. Люблю вязать - вся родня ходит в варежках и носках моего изготовления. Много читаю, интересуюсь философией, психологией, эзотерикой. Дома у меня много цветов - одних кактусов более полусотни. Я умею очень многое - смогу даже корову подоить. Однажды в комнату сына на стенку вышила ковер болгарским крестиком. И мне не бывает скучно с самой собой. С людьми мне тоже интересно общаться. Сейчас я еще пишу статьи, учебные пособия готовим вместе с сотрудниками университета для новой специальности по экспертизе собственности, готовлю к изданию новый журнал по недвижимости.
- Такое понятие, как отпуск, для вас существует?
- С тех пор как я создала свою фирму, у меня как такового отпуска не было. Во-первых, надо решать очень много задач. Во-вторых, я могу полностью «разгрузиться» за два-три дня, когда есть официальные праздники. В эти дни я «прячусь» от мира и занимаюсь тем, чем хочу. А уехать от своей фирмы практически нереально - это же бизнес. Кроме того, я ведь практикующий оценщик и риэлтер. В-третьих, мне стало неинтересно просто отдыхать, валяться на пляже, ходить по ресторанам и презентациям. Я гораздо больше удовольствия получаю, если провожу день со своими близкими или с друзьями, просто с интересными людьми, от которых я получаю какую-то интересную информацию.
table.vdn {border:3px dotted #999999; width: 145; margin-bottom:5px } table.vdn td {border:0px; font-size:11px;color:black;font-family: Arial, sans-serif, serif; padding:10px} table.vdn td a{text-decoration:none;color:black;}
Ольга Скоморохова окончила Кузбасский политехнический институт по специальности «инженер-строитель». Защитила кандидатскую диссертацию на тему «Учет влияния промерзания грунта при создании основания дорожного полотна возле водопропускных труб». Работала в институте «КузНИИшахтострой», затем - в Кузбасском политехническом институте, с 1992-го по 1994 год - ведущим специалистом в отделе инвестиций в одном из кемеровских банков. В 1995 году создала свою фирму - ИСОН, которая занимается риэлтерской, оценочной и юридической деятельностью.
- Почему вы решили уйти из науки в бизнес?
- Жизнь заставила. Однажды мы оба с мужем (тогда тоже научным работником) вместо зарплаты принесли одинаковые синие китайские кроссовки для сына-подростка. И тогда он спросил у нас: «Папа и мама, раз вы такие умные, то почему вы такие бедные?» Да и мне самой стало неинтересно работать в институте. Перед защитой кандидатской диссертации я полагала, что потом будет докторантура... Но когда я защитилась, стало ясно, что нельзя будет реализовать эти планы - дело было в перестроечное время. Вряд ли будет возможно даже достойно жить, да и сына надо было растить. И мы на семейном совете решили, что я буду устраиваться в банк, хотя до того момента вообще не представляла, что это такое.
- Почему именно в Кузбассоцбанк?
- В 1992 году самым интересным и новым делом была работа в банках. Банки тогда были новой структурой, куда шло много способных людей с интересными идеями. Банки были сердцем экономики, да и зарплаты там были существенно выше, чем в других отраслях.
Прошла практически по всем банкам, которые у нас в городе были, но в них или боялись брать клерком человека с ученой степенью, или не было вакансий: Взяли меня на работу только в последнем банке, когда у меня уже никаких надежд не осталось, - заместителем начальника отдела инвестиций. Тогда никто не знал, что такое инвестиции, чем должен заниматься отдел, тем не менее работа в банке мне многое дала - нужно было осваивать компьютер, изучать новые законы. В конце концов я создала отдел инвестиций, он заработал. Но получилась неприятная для меня ситуация: я очень многое сделала, а кто-то на моем профессионализме стал зарабатывать себе деньги. И к 1994 году мой интерес к работе в банке стал иссякать.
- И тогда вы решили заняться собственным делом?
- Работая в банке, я стала проситься на обучение новой специальности - оценщика. Тогда преподаватели Колумбийского института (США) приезжали в Москву и проводили обучение. После этого я некоторое время работала оценщиком в банке. С первых дней 1995 года началась оценка основных фондов. О том, как это надо делать, знали очень немногие специалисты, практической же базы не было ни у кого. Мне приходилось использовать и те знания, которые я получила во время учебы, и те, что я накопила, занимаясь наукой и за время работы в банке. Поток клиентов был огромный, а оценщиков не хватало - их было человек шесть-семь на весь Кузбасс. У банка на оценщика (то есть меня) затраты были минимальными - стол, стул и компьютер. Но стоимость того, что я делала, была высокая.
После первого этапа я снова поехала учиться - оценке бизнеса. По возвращении предложила создать в банке группу оценщиков, которая занималась бы оценкой залоговой стоимости для кредитного отдела. Меня не услышали, и тогда я поняла, что средства, которые я зарабатываю, идут в зачет всему управлению, не создающему материальных ценностей. И я начала создавать свое предприятие - «Институт специалистов в области недвижимости».
- Откуда появилось такое название?
- Я долгое время работала в институте - наверное, отсюда и название. Вначале нам приходилось работать, как в НИИ, - самим все изучать, осваивать.
- Можете ли вы сказать, что все, что вы планировали, удалось осуществить?
- Практически все, что я планировала в отношении своей компании, сейчас реализовано. Я полагала так: мы будем заниматься оценочной деятельностью, значит, нам нужна хорошая информационная база. Поэтому нам нужно было развивать и риэлтерское направление, которое создавало бы информационную базу. Нужно проводить анализ рынка недвижимости, чтобы грамотно проводить работы по финансовому анализу предприятий, необходимо иметь в штате и высококвалифицированных финансистов с опытом работы и, конечно же, юристов.
- Ваша фирма одной из первых появилась на кемеровском рынке риэлтерских и оценочных услуг. Как развивался этот рынок?
- На риэлтерском рынке Кемерова мы были не первыми, но одними из первых. Как только в 1994 году появился закон о приватизации, так называемые «черные маклеры», еще при социализме совершавшие сделки с недвижимостью, легализовались и образовали фирмы. А вот оценочная деятельность тогда была совершенно новым делом. Если в 1995 году в Кузбассе было шесть-семь профессиональных оценщиков, то в 1996 году - уже более двадцати: специальность эта была востребована, многие пошли ей обучаться.
Сейчас же рынок оценочных услуг «размазывается». Многие родители думают: вот они заплатят за обучение ребенка, он выучится на оценщика и будет зарабатывать большие деньги. Таких «оценщиков» в последнее время стало очень много, и чтобы получить заказы, они демпингуют. Профессиональные же оценщики говорят: если работа стоит полмиллиона, договорная стоимость - 100 тыс. руб., а кто-то берется сделать эту работу за 15 тыс. - бегите от такого оценщика, он не сделает достоверной оценки вашего бизнеса и имущества. Профессиональный оценщик 15 тыс. руб. потратит только на отчет.
- Какой же должна быть работа компании, занимающейся оценочной деятельностью?
- Оценка любого имущества невозможна без учета политической конъюнктуры. Цена - это политика. Расчетные данные, получающиеся на бумаге, и цена, за которую можно продать объект, далеко не всегда совпадают. Здание, даже очень хорошее, на окраине Таштагола за 10 млн руб. продать нереально. В центре Кемерова такое же здание можно продать и за большую сумму.
Работа оценщика включает в себя очень много знаний - юридических, экономических, технических - в разных отраслях. Чтобы оценить технологическую линию на производстве, нужно знать весь процесс. Чтобы оценить здание, нужно знать имущественное законодательство и понимать техническое состояние объекта. Оценщик, имеющий образование инженера-строителя, по трещинам на фасаде здания может представить, что творится с фундаментом и что делается в подвале. Профессионал может определить возраст здания даже по цвету и состоянию кирпича, из которого оно построено. Все эти специальные знания помогают качественно выполнять свою работу оценщику-профессионалу.
- Каков сегодняшний рынок недвижимости в Кемерове?
- Рынок движется, цены растут - и на первичном, и на вторичном рынках. Первичный рынок у нас развивается в основном за счет строительных фирм, которые сами строят жилье, сами его продают и сами эксплуатируют. Сейчас это далеко не худший вариант, хотя еще в недостаточной степени используются методы управления недвижимостью, уже зарекомендовавшие себя в городах-миллионниках.
На аукционах пока преимущественно продаются муниципальные, областные или федеральные объекты: здания, земельные участки. Перед такими аукционами обязательно проводится оценка объекта, и независимый оценщик называет его цену. В Кемерове, например, оценщики ежегодно проводят аккредитацию в довольно жесткой борьбе по определенным правилам. И компетентная комиссия по определенным критериям отбирает компании, которым можно будет поручить оценку муниципального имущества.
Промышленные объекты по большей части принадлежат акционерным обществам или частным лицам - там действует другая схема перехода собственности из одних рук в другие. Но я бы не сказала, что у нас объекты коммерческой недвижимости часто переходят из рук в руки.
- Как вы оцениваете отмену лицензирования риэлтерской деятельности?
- Очень отрицательно - она плохо повлияла на рынок недвижимости. В области было около 160 лицензированных риэлтерских фирм. Были и «черные маклеры», но они понимали, что действуют нелегально, и были очень осторожны. При обязательном лицензировании и налогооблагаемая база была более стабильной. Сейчас те компании, что раньше работали с лицензией, работают на высоком уровне. Но после отмены обязательного лицензирования риэлтерской деятельности вокруг них появилось очень много недоучек, которые решили стать риэлтерами.
На мой взгляд, каждый шаг риэлтера должен быть расписан - что он должен сделать для клиента. И на услуги эти есть определенные расценки. За продажу квартиры риэлтер должен получить вознаграждение от клиента - определенный процент от цены квартиры. Но не все - даже те, кто давно работает на этом рынке, - понимают разницу в этих вещах.
«Черные маклеры» зарабатывают деньги на солидных компаниях, и это далеко не единичные случаи. Мы уже научились отличать таких «кукушек» от обычных клиентов, но проблема есть, и по этой причине тоже рынок «размазывается». У многих риэлтерских компаний со стажем из-за этого явления снизилась рентабельность, некоторые стали нести убытки.
- Насколько критична такая ситуация?
- В прошлом году у нас была очень сложная ситуация - как раз из-за «размазанности» рынка. Но для такой ситуации на рынке есть две причины. О первой я только что сказала, а вторая - в том, что сейчас переизбыток оценщиков, качество работы которых очень низкое. Неопытный оценщик не видит того, что нужно предоставить заказчику, он не понимает, о чем идет речь. Оценочные компании могут разориться не только из-за большого числа демпингующих недоучек, но и из-за того, что многие потенциальные покупатели собственности из других регионов привозят своих оценщиков. Но такие «варяги» не знают ценовой политики в регионе, не знают рынка недвижимости в области.
И «варяги», и новоиспеченные оценщики часто делают оценку на формальной основе, не вникая в тонкости, или же делают так, как их «попросили». Но такие действия могут нарушить ценовой баланс в регионе, могут нанести прямой вред. Когда цена ставится ниже нижнего предела - это опасно для экономики региона.
И наши сложности в прошлом году были связаны как раз с тем, что часть наших заказчиков переметнулась туда, где подешевле. Сейчас, как я знаю, некоторые наши коллеги вынужденно занимаются и непрофильной деятельностью. Есть и еще одна опасность - появился ряд фирм, которые занимаются перепродажей и жилой собственности, и коммерческой недвижимости. Я не назвала бы эти фирмы в чистом виде риэлтерскими, потому что риэлтерская фирма в моем понимании работает на вознаграждении и на доходах от своих услуг. Скупкой и перепродажей недвижимости у нас занимаются фирмы, созданные, мягко говоря, крупными монопольными компаниями, имеющими капиталы.
- Сколько же, по вашему мнению, нужно Кузбассу оценочных и риэлтерских фирм?
- Это рынок, и он сам решает, кто ему нужен, а кто нет. Про риэлтерские компании говорить не буду, но вот оценочных компаний, работающих грамотно и комплексно, хватило бы на Кузбасс десятка полтора.
- Вы занимаетесь оценкой не только недвижимости, но и бизнеса, предприятий...
- Сегодня многие люди, создавшие и сохранившие свой бизнес во время всех финансовых потрясений, начинают его терять из-за того, что им не хватает знаний. Но наш российский бизнес пока настолько мало потерял, что многим бизнесменам просто жаль денег на работу юриста, который мог бы привести документы фирмы в порядок, жаль денег на услугу, которая могла бы помочь в развитии. К сожалению, так поступают и умнейшие люди, проделавшие огромную работу по созданию собственного бизнеса. Они жалеют денег на компьютерную технику, на новые программы для бухгалтеров - то есть для самих себя. Аудитор за очень серьезную проверку может взять 50-100 тыс. руб., но он поможет привести все документы в порядок.
Некоторые руководители и не представляют, какой беспорядок творится на их предприятии. В имущественных документах значится одно, у бухгалтеров - другое, у финансистов - третье. Работа же грамотного оценщика может помочь навести порядок в бумагах предприятия.
- Нет ли у ваших коллег-конкурентов желания создать профессиональную ассоциацию - как, например, кемеровские промышленники или хлебопеки?
- Когда я начинала работать на этом рынке, я пыталась создать у нас какую-то общественную организацию риэлтеров. Но тогда меня не услышали - все работали самостоятельно и не хотели объединяться. Только два года назад наши риэлтеры «созрели» для того, чтобы объединиться. Была создана Кузбасская гильдия риэлтеров. Я это всячески приветствовала. Но пока объединение идет сложно: одни уже поняли, что им это нужно, другие пока думают, стоит ли им объединяться с остальными.
- Почему, как вам кажется, сейчас становится больше женщин-руководителей?
- Я благодарна тем руководителям, которые у меня были на разных работах, но я всегда видела, что они не так делают в отношении своих подчиненных, их недальновидные поступки. И в один момент я поняла: если я не хочу, чтобы по отношению ко мне так поступали, надо самой стать начальником. Теперь я знаю, как не надо относиться к людям, и стараюсь так не делать. Думаю, что в этом отношении женщины-руководители лучше чувствуют обстановку в коллективе, чем мужчины. Кроме того, женщин необходимость заставляет зарабатывать - им же детей растить надо.
- Как вы предпочитаете отдыхать?
- У меня есть много увлечений вне работы. Картины, которые висят у меня в офисе, написаны мной. Эти картины выполнены масляными красками, а сейчас я осваиваю акварельную технику. Расписываю маслом бутылки интересной формы. Люблю вязать - вся родня ходит в варежках и носках моего изготовления. Много читаю, интересуюсь философией, психологией, эзотерикой. Дома у меня много цветов - одних кактусов более полусотни. Я умею очень многое - смогу даже корову подоить. Однажды в комнату сына на стенку вышила ковер болгарским крестиком. И мне не бывает скучно с самой собой. С людьми мне тоже интересно общаться. Сейчас я еще пишу статьи, учебные пособия готовим вместе с сотрудниками университета для новой специальности по экспертизе собственности, готовлю к изданию новый журнал по недвижимости.
- Такое понятие, как отпуск, для вас существует?
- С тех пор как я создала свою фирму, у меня как такового отпуска не было. Во-первых, надо решать очень много задач. Во-вторых, я могу полностью «разгрузиться» за два-три дня, когда есть официальные праздники. В эти дни я «прячусь» от мира и занимаюсь тем, чем хочу. А уехать от своей фирмы практически нереально - это же бизнес. Кроме того, я ведь практикующий оценщик и риэлтер. В-третьих, мне стало неинтересно просто отдыхать, валяться на пляже, ходить по ресторанам и презентациям. Я гораздо больше удовольствия получаю, если провожу день со своими близкими или с друзьями, просто с интересными людьми, от которых я получаю какую-то интересную информацию.
table.vdn {border:3px dotted #999999; width: 145; margin-bottom:5px } table.vdn td {border:0px; font-size:11px;color:black;font-family: Arial, sans-serif, serif; padding:10px} table.vdn td a{text-decoration:none;color:black;}
Комментарии читателей