Курский рай для техасских ковбоев

Когда Памела и Эдгар Норрисы объявили своим родителям, что уезжают вместе с детьми в Курск, те отказывались в это верить. Добровольно променять респектабельный Хьюстон из Штата

Когда Памела и Эдгар Норрисы объявили своим родителям, что уезжают вместе с детьми в Курск, те отказывались в это верить. Добровольно променять респектабельный Хьюстон из Штата одинокой звезды, как сами американцы называют Техас, на провинциальный российский город? «Вы там пропадете, даже языка не знаете» – переживала мама Памелы. Отец реагировал более жестко: «Сумасшедшие!». Но супруги были настроены решительно. И вот уже почти семь лет семья Норрисов живет в нашем областном центре. В гостях у курских американцев побывали корреспонденты «МК».

Двухэтажный коттедж Норрисов отличается от соседних домов. На заборе примостился бетонный орел – как будто слетевший с американского герба. Рядом с домом гараж. Но это вовсе не забитая хламом и пропахшая бензином пристройка. Как принято в штатах, это еще одно помещение дома. Проектировала коттедж сама Памела, дизайнер по специальности. Стояла над мастерами-строителями и показывала, где должна быть кухня, а где гостиная. Те удивлялись, для них американская планировка выглядела непривычно.

Расположен дом Норрисов на улице Парниковой (район старого кожзавода). До трамвая несколько километров по разбитому шоссе, а то и просто по грунтовке. Когда идет дождь, добраться можно только в болотных сапогах. А во время паводка два года назад вода подходила вплотную к дому. Но американцы не унывают.

– У нас в Хьюстоне такого не увидишь, – задорно смеется Памела. – Не зря мне сердце подсказало сюда приехать.

– Если бы мне раньше рассказали, что можно застрять на дороге в центральной части города, – вторит ей Эдгар, – никогда бы не поверил. В Техасе ведь даже в дальних поселках асфальт, в крайнем случае, щебенка. Зато наши дети знают, что такое снег. И любят играть в снежки. В Хьюстоне он выпадает раз в 15 лет, да и то тает, не долетев до земли.

Вместе с родителями в Курске живут 18-летний Филипп и 15-летняя Лили. За семь лет они научились разговаривать по-русски почти без акцента. Филипп даже помогает маме, которая иногда заменяет русские слова привычными английскими. Учатся брат с сестрой в знаменитом хьюстоновском университете Райса по специальной программе. Она немного похожа на наше заочное обучение. Получают задания на учебный семестр, а в Курске их выполняют. Если что-то непонятно, консультируются с преподавателями через интернет. Один раз в год ездят в Техас сдавать экзамены. Филипп совершенствуется в древнегреческом языке, он собирается стать миссионером, как и родители. Лили же пока «проходит» общеобразовательный курс.

– Как же вы решились приехать в Россию? И почему в Курск?

– Нас пригласили знакомые, – говорит Памела. – Наша миссия – донести до людей слово Божье. Но также мы оказываем материальную помощь всем, кто признает Библию. В том числе и малоимущим людям. Деньги для этого перечисляют американские церкви и частные лица.

– Не страшно было ехать в неизвестность?

– Если честно, страшно. Я совсем ведь не знала русского. Две недели курсов перед отъездом – и все.

– А как вы, например, ходили в магазин?

– А жесты на что? Продавец прекрасно понимала, что я хочу купить курицу, а не сыр. Но если серьезно, здесь атмосфера жизни коренным образом отличается от американской.

– К чему вам в Курске было труднее всего привыкнуть?

– Пожалуй, к бюрократии чиновников. Вот последний пример. Недавно купили в Москве подержанный «Форд». Отправились регистрировать. Стали сверять номера. Оказалось, что несколько цифр номера мотора такие же, как в угнанной в Белоруссии «Ауди». Вот уже два месяца ждем результатов экспертизы.

В доме у Норрисов жизнь бьет ключом. Народу много – 11 человек. Два года назад чета американцев удочерила девушку Нину. 16-курянка осталась совсем одна после смерти матери. Отца она не помнила – была совсем маленькой, когда тот ушел из семьи. Сейчас Нина учится на втором курсе иняза в Курском государственном университете. Памела гордится, что в зачетке у Нины Норрис одни пятерки.

Вместе с Норрисами в коттедже, который они построили, живет русская семья – муж, жена и четверо малышей. Старшему ребенку едва минуло семь лет, младшему – шесть месяцев. Американцы приютили курян у себя из-за того, что тем нечем было платить за квартиру. У них даже частенько не было денег, чтобы накормить и одеть детей. Хотя Саша – многодетный папа – трудился, не покладая рук. По специальности он художник. Но вынужден ваять из бетона фигурные блоки и скульптуры. Например, забор Васильевского рынка в поселке КЗТЗ выложен из его «кирпичиков». И орел на заборе перед домом на Парниковой – его рук дело. Теперь Саша, кроме выполнения заказов, вместе с женой помогает Норрисам по хозяйству – дома и в огороде. А их многочисленное потомство «воспитывает» собак и кошку. Норрисы подобрали животных на улице. Вероятно, сказывается, что Эдгар по профессии зоолог. Рыженькая такса Пенси (по-английски – анютины глазки) продемонстрировала нам, что команды она понимает на обоих языках.

– В Америке не принято возиться в земле. На дачу там ездят только отдыхать. По-моему, проще купить все на рынке или в супермаркете. Хотя в Россию мы привезли семена американской кукурузы, но из-за холодов она здесь не прижилась. А вот наши курские друзья, наоборот, не представляют без шести соток своей жизни, – рассказывает Памела.

Американцам пришлась по вкусу русская кухня – теперь они поклонники пельменей и блинчиков с начинкой. Еще им нравятся шашлыки.

– В Техасе барбекю делают из говядины, – уточняет Памела. – Совсем другой вкус.

А вообще американская семья предпочитает готовить свои национальные блюда из российских продуктов. Фирменное кушанье Памелы – чили, острый и очень густой суп. Специи Норрисы привозят из Америки, куда ежегодно ездят навещать родителей.

– Бабушка и дедушка до сих пор против, что мы уехали из Хьюстона, – вступает в разговор Филипп. – Зовут нас обратно, но я ответил, что не хочу расставаться с друзьями. Их у меня здесь очень много. В основном, это студенты медуниверситета. И вообще, жизнь в России для нас с Лили – самое настоящее приключение. Два года назад мамины родители сами приезжали в гости. Единственное, что понравилось здесь дедушке – танк на мемориале Курской битвы. Он историк, и увлекается Второй мировой войной. Лазил по машине, как мальчишка, и восхищался, что может пощупать руками. И все рычажки расположены именно так, как в архивных документах.

Памела скоро закончит свою первую в жизни книгу. Она говорит, что это будет справочник о жизни в России для американцев.

– Друзья посоветовали мне рассказать соотечественникам, как выжить в России, – улыбается Памела. – Ведь теперь я знаю много тонкостей. Сейчас такие вещи очень популярны в США. Я уже написала о русской зиме, о том, что нужно, чтобы усыновить ребенка. Пригодился личный опыт, когда удочеряла Нину. Еще собираюсь подробно осветить русские национальные праздники. В

Америке ведь отмечают только Рождество, Новый год и День благодарения. Впрочем, мои знания пригодились уже и в Курске. Мы с мужем помогаем освоиться в России иностранным студентам. Они говорят, что я и Эдгар для них как папа и мама.

– Вы надолго приехали в Курск?

– Нам с мужем здесь нравится. Так что, скорее всего, насовсем. Несмотря на то, что у нас двойное гражданство. Сейчас могу сказать однозначно, что пока Нина учится, мы никуда не уедем. А вот Филипп подумывает после окончания университета отправиться в Грецию.

Тамара УСТЮЖАНИНА.