Собирательный рефлекс
Коллекционирование – дело прибыльное. Но только не для самих собирателей древностей, которые в основном тратят деньги на покупку очередного раритета либо меняют одну старую вещь на другую и почти никогда не продают свои коллекции. Потому что страсть их подобна шизофренической зависимости. Прибыльное для охотников за ценностями с их шкурным интересом. Например, в советские времена – для милиционеров, которые не жалели нар для собирателей, а изъятые раритеты меняли на повышение по службе. Теперь, не жалея пуль, прибыль из курских коллекционеров извлекают в основном бандиты.
Если шкаф, то лучше с любовником – подзаголовок
Измайловский рынок в Москве – центр российского коллекционирования. За день его посещают до полумиллиона человек из самых разных уголков мира. Гарнизонный Дом офицеров по выходным – центр курского коллекционирования. С первого взгляда происходящее там похоже на ярмарку 17-го века. Бывать на которой мне не доводилось, но общее представление имеется. Сотни взволнованных голосов. Все что-то продают, покупают, меняют, дарят, выпрашивают, а то и клянчат.
Стоит заглянуть сюда непосвященному человеку, желающему продать какую-нибудь безделушку из бабушкиного сундука, как его моментально окружает с десяток охотников за раритетом. Тут же вещица, в действительности оказавшаяся большой ценностью, моментально подскакивает в цене. Крик, гам – и самый проворный в импровизированном аукционе, словно медведь в берлогу, утаскивает «безделушку» домой.
Кажется, продать здесь можно все: старомодные статуэтки, фотографии, пуговицы, да мало ли еще у нас на чердаках и в подвалах старого хлама! Предвижу реакцию читателей на это заявление и потому сразу хочу предупредить: не стоит тащить в Дом офицеров, а тем более в редакцию, все подряд. Будь то тонны советской мелочи или обветшавшие шкафы. Вероятность того, что именно в этом шкафу ночью прятался, например, любовник императрицы граф Орлов, почти равна нулю. Следовательно, ожидаемого интереса у собирателей шкаф не вызовет.
Круг собирателей в Курске, как и вообще в России, достаточно узкий. Есть просто увлекающиеся, предметом гордости которых является одна-две коллекции. Среди них встречаются удивительные личности. Чего только стоит поэт ненормативной лексики и собиратель наград Леонид Брежнев, тезка великого генсека (к слову, так же обладающего приличным набором орденов и медалей). Курянин десять лет отслужил на флоте, куда попал исключительно благодаря своей фамилии. Не менее привлекательна для обывателя коллекция учительницы Ирины Кузьминой – 777 «счастливых билетиков», которые достались ей от кондукторов, родственников и знакомых.
Но встречаются среди коллекционеров уникальные экземпляры. Чьи дома давно превратились в частные музеи. Их интерес – на контроле не только милиции, но и ФСБ. Где уверены, что после праздничного застолья собиратели не побегут на улицу махать офицерскими шашками.
Любопытный читатель вправе потребовать точной стоимости их коллекций. Сколько же -тысячи, миллионы, миллиарды? Они бесценны, считают владельцы. Потому что невозможно прийти к одному арифметическому целому, складывая месяцы поисков и переживаний, недели торгов и переговоров, триумф минут, когда заветная находка оказывается в руке.
На зоне – уважение и почет – подзаголовок
Один из «супермэнов» коллекционного дела курянин Виктор Боровенников занимается любимым делом почти 40 лет. В середине 60-х начинал Виктор, молодой механик по ремонту бытовой техники, пристрастился к собиранию наград. Первая большая коллекция – набор наград и полковых знаков старой России – продержалась у него недолго. В 1980-м году в квартиру забрались воры и похитили ценные медали. Спустя год случилась вторая потеря. Правительство СССР, растранжирив собственные валютные запасы, решило пополнить их за счет коллекционеров. По новому закону все драгоценные металлы должны были перейти в безвозмездное пользование партии. Хранить разрешалось лишь одну серебряную монету, зарегистрированную в горисполкоме. Все прочее признавалось накоплением капитала и попадало под статью Уголовного кодекса.
Боровенников, как самый заметный и активный член клуба нумизматов, после затянувшегося на полтора года следствия, получил четыре года.
– Меня определили к самым опасным преступникам на зону под Новороссийском, – рассказывает Виктор Владимирович, – к убийцам и ворам-рецидивистам. Жара летом стояла невыносимая, градусов под 45. В душной камере на десять мест пятьдесят человек. Захожу я, как есть, с вещами. Авторитеты по традиции устраивают допрос: «Кто такой, какая статья?». Называю: «Восемьдесят восьмая». Они рожи скривили удивленно: «Чё за статья, мы про такую не слышали!». «Валютные операции», – отвечаю (а я доллара в глаза-то не видел). Те всполошились: «Уважаем, лучшую койку ему, живо». Но я мужик, поэтому без всяких привилегий остался вместе с мужиками.
А пока коллекционер «мотал срок», его конфискованные раритеты стали расходиться в известном направлении – прямиком к высшему партийному руководству.
В 1986-м году, вернувшись в Курск, Боровенников принялся восстанавливать свои коллекции. Но далеко не все удалось найти. Например, известный московский художник по секрету рассказал другу, что видел его двуручный самурайский меч на даче у одного из партийных руководителей брежневской эпохи. По словам Виктора Владимировича, позже выяснилось, что меч в столицу отвез милиционер курского УВД, курирующий дело коллекционеров. Отвез и вскоре получил повышение.
Сейчас Боровенников может похвастаться бесчисленным множеством разнообразных вещей: десятками юбилейных монет 15-го века, военными касками, старинными книгами и даже подзорной трубой Крузенштерна. Сам хозяин квартиры не знает точное количество хранящихся на полках, в шкафах, на полу и даже в ванной редкостей. На первый взгляд, все разбросано где попало и как попало. Но по словам собирателя, плюшкинской болезнью он пока не страдает, и месторасположение каждой безделушки держит в памяти (потому и просит гостей не перекладывать все с места на место).
Кстати, жен коллекционер меняет так же лихо, как и медали. Нынешняя его супруга уже третья по счету.
Без страха и упрека – подзаголовок
Виктор Истомин также приобщался к собиранию с детства. После прочтения сказки Андерсена, «заболел» оловянными солдатиками. Эта его первая коллекция хранится (и регулярно пополняется) до сих пор.
Позже увлекся слонами, умными и сильными гигантами. Небольшая зарплата инженера не позволяла приобретать ценные экспонаты, и он стал подрабатывать в бильярдной. Давал уроки, играл, работал маркером. И теперь более 300 слонов со всего мира, выполненных из десятков видов минералов, фарфора, слоновой и мамонтовой кости, нашли пристанище в его доме. А еще десяток коллекций: картины, иконы, холодное оружие, монеты, бумажные дензнаки, раковины и малюски из шести морей, открытки старого города, природные камни и кристаллы.
Гордость коллекционера – старинные часы времен Пушкина, которые, не смотря на почтенный двухсотлетний возраст, по-прежнему не потеряли точности хода. А так же сабля 1884-го года, предназначавшаяся для Николаю Второго. Император не приехал в Курск, в связи с опасностью терракта, поэтому так и не получил подарок.
Истомин содержит свои сокровища в изумительном порядке, бережно относится к каждой безделушке. Если потребуется, он с поразительной достоверностью даст почти энциклопедическую информацию о своих сокровищах.
1995-й год стал поворотным в жизни коллекционера. Он чудом остался жив после зверского ограбления. В один из декабрьских вечеров в квартиру Виктора Леонидовича позвонили. Дверь открыла его жена. Из темного тамбура на нее напали три вооруженных мужчины. Сбив хозяйку с ног, они попытались пройти внутрь. Дорогу им преградил Истомин. Преступники стреляли в упор. Пуля «прошила» шею на вылет. Коллекционер потерял сознание. Решив, что дело сделано, трое грабителей прошли в комнаты. Там на них набросился сын Виктора Леонидовича. Отморозки открыли огонь по нему. Три пули попали в цель, но, к счастью, оказались не смертельными. Тем временем, в коридоре очнулся старший Истомин. И что было сил побежал звать на помощь. Ему удалось уйти, хотя грабители, перед тем как скрыться через чердак, несколько раз стреляли в спину.
После операции, находясь на больничный койке, собиратель дал себе слово: «раз Бог спас мне и моим близким жизнь, отныне буду помогать церкви, музеям, людям».
И он держит свое слово. В его дарах Краеведческому музею значатся: набор дореволюционных открыток Санкт-Петербурга и Москвы, фолианты 1653-го и 1619-го годов, бронзовый с позолотой оклад напрестольного Евангелия, эмали видов Парижа (19 век), золотой перстень хана Золотой орды Ахмата (13 век). К 60-летию со дня Победы Истомин намерен подарить музею дореволюционный ковер «Совет в Филях», изготовленный к столетию Бородино.
5 апреля у Виктора Истомина двойной юбилей, 30 лет совместной супружеской жизни и 52-й день рождения. Редакция «МК в Курске» желает Виктору Леонидовичу здоровья, счастья, любви и новых ценных приобретений.
Дмитрий ГОРБУНОВ
Комментарии читателей Оставить комментарий