«Похороненный» сервитут
Чужие здесь не ходят… - Как проехать к стадиону? – взывали мы к редким прохожим, удивленно взиравшим на кружение редакционной машины по причудливо петлявшей улице Луговой в станице Тацинской. Номера домов на ней почему-то упорно не «состыковывались» друг с другом. – Нам нужен дом № 85-а, что напротив стадиона находится, – пытались мы растолковать. - Вам туда самим не проехать – не найдете, - решительно объявил один из местных жителей. – Давайте я с вами сяду в машину и покажу… Следующие минут пять, пока наша машина преодолевала невероятно крутой подъем с рытвинами и колдобинами на узенькой дорожке-загогулине, выскочившей между заборами, в душе моей боролись два чувства: страх, что автомобиль, не выдержав, кувыркнется, и мы костей не соберем, а также жалость к нашему транспортному средству, подвергавшемуся таким испытаниям. Теперь я понимаю, что у написавших в «НВ» пенсионеров из Тацинской Николая Федоровича и Валентины Павловны Мышанских имелись все основания опасаться: «Случись что – ни «скорая помощь», ни пожарные к нам не проедут! Мы – как на острове: отрезаны от внешнего мира…» А почему так? Причина стара, как мир: из-за клочка земли соседский спор перерос в судебную тяжбу, которой конца-края нет… Разве это по-соседски? - С покойным соседом Аникиным мы жили, как мне казалось, дружно, - вспоминает Николай Федорович. – Он был инвалидом, частенько за помощью обращался – я никогда не отказывал. Наши дома примыкают друг к другу, но «смотрят» в разные стороны: его – на юг, мой – на север, хотя адрес у нас обоих - улица Луговая. Всю жизнь мы с женой выходили на нее одним и тем же путем: через калиточку со своего участка шли несколько метров по тропинке вдоль кирпичной стены стадиона и соседского подворья. Это была наша общая дорожка, я и подумать не мог, что у соседа есть свои планы насчет нее… Проморгал Николай Федорович: четырнадцать лет назад ныне покойный сосед, не ставя в известность Мышанских, взял да и оформил на себя примыкающий к его дому участок земли, по которому проходит выводящая на Луговую заасфальтированная дорожка. - Лишь спустя три года я внезапно узнал об этом, когда ночью, вернувшись из командировки, при подходе к собственному дому наткнулся на невесть откуда взявшийся забор, - вспоминает Н. Мышанский. – Утром кинулся к соседу: мол, что за самодеятельность? А тот мне: «Земля – моя! Ходи через гору». То есть предложил нам с женой делать крюк в несколько кварталов, выходя на тот крутой подъем, по которому ваша машина пробиралась. В слякоть и непогоду по нему ходить невозможно, а пытаться проехать – совсем гиблое дело. Вот так наша семья волей-неволей оказалась отрезана от цивилизации… Мышанский кинулся к тогдашнему руководству Тацинской администрации – на свет появилось судьбоносное постановление: «Обременить земельный участок Аникина П.С. СЕРВИТУТОМ (сервитут - ограниченное законом право пользования чужим имуществом: проходом, проездом, прокладкой коммуникаций и т.д. – Л.К.) на площадь заасфальтированного пешеходного прохода – 52 квадратных метра». Казалось бы, справедливость восторжествовала? Увы, рано радовались. «Огородили, как животных»… Затеявший «перекрытие прохода» сосед умер год назад. Дом и землю унаследовала его дочь, которая сразу приступила к решительным действиям. В один из дней бедняги Мышанские направились было к заветной калиточке и… обнаружили, что со стороны участка наследницы проход закрыт сеткой-рабицей. Ограждение – высотой с человеческий рост. Не лезть же через него! - Нас огородили, как животных! - негодует Николай Федорович. Кинулся к главе администрации Тацинского района, но получил объяснение: не в силах тут заставить строптивую соседку открыть проход. Обратился Мышанский в суд с иском, оспаривая вышедшее в далеком 1994 году постановление о выделению соседу спорного земельного участка, но и здесь получил отказ. Прокуратура вознамерилась было выступить в его интересах с исковым заявлением, однако и этот шаг тоже ни к чему не привел… Все дело в том, что, оказывается, то давнишнее постановление о сервитуте, которое, казалось бы, узаконивало право Мышанских пользоваться дорожкой, еще в те времена должно было пройти процедуру государственной регистрации – в соответствии с Земельным Кодексом. Однако этого не произошло. Поезд ушел! Зато соседка-наследница, оформляя права на доставшийся после смерти отца земельный участок, зарегистрировала его уже без «обременения сервитутом». - Да откуда ж нам про все это знать, мы ведь не юристы! – сокрушаются Николай Федорович и Валентина Павловна. – И адвоката разве можем себе позволить с нашими-то пенсиями?! Мне очень хотелось поговорить с соседкой Мышанских – дочерью покойного соседа, когда-то затеявшего «тропиночную» войну. Однако не удалось: дома Марины Павловны не оказалось, на работе тоже не удалось застать. А я всего лишь хотела спросить: в чем смысл этой борьбы? Неужели так сильно мешают ей оба старика, когда проходят по злосчастной дорожке? Можно было бы еще что-то понять, если бы этот когда-то полученный ее отцом дополнительный кусок земли использовался бы в хозяйственных целях. (Кстати, в датированном 1994 годом постановлении именно на это указано: «… 206 квадратных метров выделить в собственность бесплатно для ведения личного подсобного хозяйства».) Так нет же! Стоит рядом с перегороженной дорожкой какой-то мусорный жбан - и все. Что называется, и сам не «гам», и другому не дам. - Внук на днях не захотел лезть в гору и делать крюк - полез на свой страх и риск через сетку, чудом не поранился, - горестно вздыхают пенсионеры. – Разве можно так жить? Ведь мы ж соседи… От прокурора Тацинского района Д.Аристархова я услышала, что самым правильным выходом из этой ситуации было бы восстановление сервитута. Но старикам разве по силам его «реанимировать»? Или им кто-нибудь все-таки поможет? Местное руководство, например? Людмила КРАВЧЕНКО Фото автора Тацинский р-н
Комментарии читателей Оставить комментарий