Тургенев бы «впал в отчаяние»

Что происходит с русским языком – эволюция или мутация?

Завидую Ивану Тургеневу, которому «во дни сомнений и тягостных раздумий» всегда было на что опереться. Если верить писателю, только русский язык не давал ему «впасть в отчаяние». И хорошо, что писатель жил в тихом и спокойном ХIХ веке – по крайней мере, твердо стоял на ногах. Окажись Иван Сергеевич вдруг здесь и сейчас – точно грохнулся бы в обморок, лишившись привычной опоры: ведь для него, к примеру, идиома «коврик для мыши» – такой же идиотизм, как и «тапочки для тараканов». А после соответствующих разъяснений (дескать, «жжош») он впал бы даже не в отчаяние, а в глубокую прострацию.

То ли дело мы, уже привыкшие гадать, как слово наше отзовется. Будет ли сегодня у него вчерашний смысл, и сохранится ли он хотя бы до завтра? Лингвисты оправдываются: язык – живой организм, со своими законами развития. Согласен, но уж слишком резво этот организм стал прогрессировать в последнее время. Причем не всегда понятно, когда происходит эволюция, а когда – мутация. Проясним некоторые нюансы с помощью доктора филологических наук Сергея Кузнецова, занимающегося подготовкой новой редакции Большого толкового словаря русского языка. И начнем с «толерантности».

Я-то всегда считал сей термин сугубо медицинским (а применительно к нашей стране – вообще клиническим). Ошибка! «Толерантность» до недавнего времени трактовалась как «терпимость к чужому поведению», а со следующего года обогатится еще и «снисходительностью к особенностям других людей», сообщают [http://www.newizv.ru/ «Новые известия»]. Значит, фраза «Я толерантен к Вашему горбу» прозвучит вполне себе интеллигентно.

«Формат», употребляемый сейчас к месту и не к месту, также далек от своего первоначального значения. «Интересно, что слово «пиво» в XII веке обозначало вообще любой напиток – хоть молоко, хоть квас, – рассказал председатель правления Гильдии лингвистов-экспертов по документационным и информационным спорам Михаил Горбаневский. – В начале 1990-х годов тогда еще председатель Верховного Совета РФ Руслан Хасбулатов ввел в массовый обиход слово «озвучить» в значении «прочитать, доложить». Хотя ранее оно использовалось только в телевизионной терминологии в значении «наложить звуковую дорожку на видеоряд».

Дополнительное определение появится и у «зачистки» – как ее понимают профессионалы силовых структур. Добавится жаргонный смысл и к слову «наезд». Не исключено, что в словаре пропишутся «гламур», «блогер» и «креативность». Эксперты полагают, что в «версию 2.0» также попадут многие заимствования. Например, прочно обосновались в русском языке слова «спонтанный», «имидж», «зафрендить» (добавить кого-то в друзья в Интернете).

Интернет – вообще россыпь лингвистических «драгоценностей». Разные «пАдонки» мне иногда прямо так и пишут: «Превед, аффтар, выпей йаду»! Уж не знаю, сохранил ли я орфографию новояза («инетяза»?), хотя чую, что это не столь уж важно. Скоро вообще все правила упразднят за ненадобностью. Процесс идет полным ходом. Из кофе сделали трансвестита: был «он», стало «оно». «БрачУющиеся» трансформировались в «брАчащихся» (надеюсь, на детях сия метаморфоза не отразится).

Бедные корректоры, которым придется править этот текст: ведь что «договОр», что «дОговор», который могут принести и по «средАм», и по «срЕдам», вместе с «йОгуртом», или «йогУртом». Затейники из министерства образования и науки в 2009 году одним махом «дисквалифицировали» некогда поучительный анекдот: «Чем отличается «портфЕль» от «пОртфеля»? В первом лежат «докумЕнты», во втором – «докУменты».

Естественно, если где-то прибыло, значит, где-то и убудет. (Хорошо хоть законы физики меняются не столь стремительно.) Более емкие слова «съедают» своих громоздких сородичей: «брифинг» стремительно теснит «короткую встречу». Известен пример, когда новомодное слово «галоши» пытались заменить ретроградными «мокроступами», однако прижился именно первый вариант. Впрочем, и от галош скоро ничего не останется… Нередко слова исчезают вместе с обозначаемыми ими объектами. Детям все сложнее объяснить, какой цвет считается чернильным, – за отсутствием самих чернил. Та же участь постигнет «промокашку» и «пресс-папье».

Однако не станем горевать, друзья! Еще раз вспомним: язык – живой организм, поэтому к его особенностям надо относиться снисходительно. Или, как начнут выражаться с 2011 года, «толерантнее, друзья, толерантнее»!