Россией будет править Интернет?

Этого не исключают авторы доклада из фонда экс-чиновника Администрации Президента

Из некогда безобидной и веселой игрушки Интернет постепенно и все увереннее превращается в критически важный фактор формирования государственной политики в России. К такому выводу пришли авторы доклада «Рунет сегодня. Исследование современного российского Интернета» из Фонда развития гражданского общества, которым руководит бывший глава управления внутренней политики Кремля Константин Костин.

Исследовав качественные и количественные изменения аудитории российского сегмента Всемирной паутины, авторы пришли к выводу, что стереотип об Интернете как игрушке горожан уже утратил актуальность: за последние полтора года 93% новых подключений к Интернету пришлось как раз на российскую глубинку, вырос и средний возраст пользователей Сети. Собственно, убедиться в этом нетрудно, если, например, пройтись по книжным магазинам: с недавних пор на тамошних полках рядом с обычной литературой о всевозможном «харде и софте» появились симпатичные пособия а-ля «Интернет для пенсионеров», где авторы заботливо учат людей старшего поколения премудростям работы на компьютере и «серфинга» по интернет-страничкам. Да и интернет-фольклор обогатился анекдотичными историями, описывающими нежданные встречи молодых «юзеров» со своими родителями в социальных сетях и чатах.

«Интернет станет базовым источником информации для россиян уже через несколько лет. Данная тенденция приобретает особое значение в разрезе предстоящих политических циклов 2016-2018 гг. Если показатели доверия граждан к Интернету как основному источнику информации продолжат рост, то можно утверждать, что выборы депутатов Госдумы в 2016 году и президента в 2018 году пройдут в новой информационной реальности, где главная роль будет принадлежать Всемирной сети», – отмечают авторы доклада.

При этом есть факт, с которым власть, кажется, пока не определилась как жить. Так вышло, что пока мы отважно завоевывали космос, американцы и Запад в целом оказались успешны в завоевании мирового интернет-пространства. Как следствие, многие популярные в России сервисы находятся вне российского правового поля. Ведь принцип тут прост: где сервер, там и распространяющиеся на него законы. Таким образом, влияние на тот же YouТube у российской власти крайне ограничено, а вернее, сводится лишь к возможности блокирования доступа. Это относится и к ряду других ресурсов, не менее популярных у российских пользователей. Суть, однако, в том, что Кремль не только на словах против цензуры в Интернете, но и на самом деле понимает, что это – совсем не выход. Мы – не Иран, не Пакистан и даже не Белоруссия: у нас другие амбиции и другое позиционирование. Все же это иллюзия – считать, что власть имущим действительно все равно, что о них думают на Западе.

В Интернете также можно найти свидетельства обратного. Увлекательного «серфинга».

В беседе с обозревателем KM.RU известный политтехнолог Анатолий Вассерман предложил не преувеличивать значение Интернета в формировании будущих политических процессов:

– Я полагаю, что федеральную политику определяют в первую очередь объективные обстоятельства – в частности, то, что наша страна оказалась весьма чувствительна к всемирному экономическому кризису, тогда как предыдущая первая Великая депрессия, проходившая в 30-е годы прошлого века, нашу страну практически не затронула. Наоборот, мы воспользовались ею для того, чтобы ускорить собственное развитие. Далее: на федеральной политике очень сильно сказываются наши взаимоотношения с другими странами. Причем сказываются разными способами, поскольку и сами эти взаимоотношения весьма неоднородны. Одним словом, я полагаю, что у нас хватает внеинтернетных факторов, влияющих на политику, и на их фоне Интернет выглядит достаточно мелко.

Но это никоим образом не отменяет того, что чем дальше, тем больше Интернет становится весьма эффективной средой для разнообразных массовых действий, в т. ч. и политических. Поэтому, насколько я могу судить, политика федеральной власти в обозримом будущем вряд ли будет определяться через Интернет, но вот ход всевозможных агитационных кампаний действительно будет зависеть от него с каждым днем все больше, и, следовательно, те, кто так или иначе заинтересован в собственном влиянии на ход агитационных кампаний, будут с каждым днем уделять все больше внимания Интернету. Я надеюсь, что федеральная власть также заинтересована в конкретном варианте хода предвыборных кампаний и поэтому будет уделять Интернету не меньше внимания, чем ее оппоненты.

– А есть ли у власти соответствующий инструментарий, чтобы заставить Интернет хотя бы не работать ей в ущерб?

– Реальный способ воздействия на Интернет один – это поощрение активности в Сети тех, чьи взгляды соответствуют пожеланиям власти. Способов такого поощрения очень много, начиная с вынесения самых приятных интернет-комментариев на обозрение обычных СМИ и кончая многочисленными обвинениями противоборствующих сторон в том, что они просто берут на стабильную заработную плату тех, кто высказывается в нужном их духе. А вот чего заведомо нельзя делать в Интернете – это просто нанимать, так сказать, «вольных самураев», чтобы они высказывались в том духе, какой нужен нанимателю. Ведь искренность практически невозможно подделать, и если человек пишет не то, что думает на самом деле, а то, что ему заказывают написать, это сразу будет замечено, и такие наемные авторы очень быстро дискредитируют саму точку зрения, которую их просил защищать наниматель. Честно говоря, если бы я был организатором агитационной кампании в Интернете, я бы нанял людей отстаивать точку зрения моего оппонента, и это бы очень быстро привело к массовому неприятию его точки зрения. Поэтому и власть, и ее противники, если хотят добиться долгосрочных результатов, должны искать и поощрять тех, кто и без их поиска и без их поощрения отстаивают их позицию.

– Насколько справедливо само заявление, что Интернет по силе своего влияния на умы в конце концов поглотит телевидение?

– Интернет никогда окончательно не перекроет радио и ТВ по очень простой причине. Вы можете слушать радиопередачу краем уха, занимаясь одновременно с этим совершенно другими и более значимыми для вас делами. Вы можете смотреть вполглаза передачу, но вы не можете читать сколько-нибудь заметный текст параллельно с другими занятиями. Поэтому радио и телевидение эффективнее по воздействию на человека, поскольку могут действовать на его сознание и подсознание дольше, чем Интернет. Более того, как показывают исследования психологов, то, что воспринимается краем уха и краем глаза, качественно воздействует на человека гораздо сильнее, поскольку имеет больше шансов пройти в сознание, минуя фильтры на входе. Поэтому, при всем распространении Интернета, радио и ТВ в обозримом будущем останутся не менее, а может быть, и более эффективными средствами пропаганды.