Переворот в России готовил не Саакашвили, а окружение Медведева

Увести граждан от осознания этой мысли и призван фильм «Анатомия протеста – 2»

Общественная палата РФ очень быстро (почти так же быстро, как и Следственный комитет) отреагировала на последний творческий «продукт» НТВ и провела слушания по теме фильма «Анатомия протеста – 2». Эти слушания с блеском и экстравагантностью провел непременный участник многих политико-правовых скандалов Анатолий Кучерена. Как непосредственный участник обсуждения могу сказать, что то, как проводились и велись эти слушания, вносит дополнительные штрихи к складывающейся вокруг этой проблемы картине.

Как заявил председательствующий, целью слушаний вовсе не является обсуждение того, достоверны ли изложенные в фильме сведения. Он предложил оценить саму возможность получения политиком средств на свою политическую деятельность из внешних источников, а также то, имеет ли право журналист оглашать сведения, ставшие доступными ему в результате журналистского расследования, и можно ли его за это осуждать.

Такая постановка вопроса представляется весьма спорной, потому что не вполне понятно, зачем давать оценку тому, чего, возможно, и не было, равно как и тому, имеет ли право журналист писать о том, что он считает важным. Однако, при всей спорности, обсуждать этот вопрос вполне возможно. Во-первых, потому, что вопрос о допустимости использования иностранных средств для внутренней политической борьбы действительно существует и поднимается все чаще. А во-вторых, потому, что возникает много вопросов как с журналистской этикой, так и с тем информационным террором, который развязывают против неугодных политические и журналистские группы, входящие в то, что можно определить понятием «коллективного шакала Табаки», то есть в политические кланы, обычно (хотя и неверно) определяемые термином «либералы». Словом, обсудить есть что.

Только вот председательствующий сделал все что мог для того, чтобы обсуждение именно этих вопросов по существу не состоялось. В том числе и потому, что он изначально определил регламент слушаний в час-полтора и, апеллируя к этому, пресек все попытки изложить либо аргументировать позицию, отличную от двух «разрешенных». Причем если для одних участников обсуждения не существовало ограничений на время выступления и число реплик, то для всех остальных действовал объявленный регламент – пять минут. Если же звучала просьба о реплике от того, чье выступление было для Кучерены нежелательным, он делал вид, что не слышит ее, и предоставлял слово желательным для него «спикерам».

Кому же разрешалось говорить без ограничений?

Во-первых, тем, кто тяготел к тезису о том, что «использование иностранных средств неприемлемо, это государственное преступление, мы помним, как приходили к власти Ленин и Сталин, и подобного не допустим! Нам не нужен 1917 год!».

Во-вторых, представителям «болотного» актива, которые старательно забалтывали обсуждение, либо требуя неограниченного эфира на НТВ, называя его отсутствие «политической цензурой», либо воспроизводя форму известной «забастовки поправок», предлагая обсудить, где именно встречались Удальцов и Таргамадзе, кто именно вел съемку, как она попала в руки НТВ, как и когда Таргамадзе мог пересечь российско-грузинскую границу, как и когда ее мог пересечь Удальцов и тому подобное. Формально все это могло казаться имеющим отношение к сути, но на деле просто притупляло внимание к теме обсуждения и забалтывало основной вопрос. И очень напоминало приемы, использованные официальными и неофициальными защитниками известной «панк-группы» – нескончаемое уточнение деталей, не позволяющее разобрать суть вопроса, по принципу «один дурак может задать столько вопросов, что и сто мудрецов не смогут ответить».

В общем, никакого обсуждения как такового не было. Были озвучены как декларации официоза, так и нескончаемые спекуляции «контрофициоза», то есть официоза «болотного». Кульминацией абсурда было выступление «члена ЦК» зарегистрированной, но фактически не существующей партии «Коммунисты России», зачитавшего текст, в котором осуждались происки мирового империализма и требовалось беспощадно подавить вылазки пятой колонны. То есть по существу, в общем-то, текст вполне себе правильный, но составленный в такой тоскливой стилистике, что в гомерическом хохоте внезапно ощутили антимаразматическое единство и носители властного официоза, и активисты «болота», и независимые эксперты. Все, кроме инициировавшего это выступление Кучерены, явно не ожидавшего, что его клакер окажется уж настолько бестолковым.

При этом, хотя в фокусе внимания был вопрос о действиях Удальцова, его самого на «слушаниях» не было. Причем, судя по некоторым комментариям Кучерены журналистам, его присутствие и не предполагалось, «чтобы не превращать обсуждение в разбор персонального дела». Зато от имени «болота» неограниченно солировала Собчак. Вот ее Кучерена не ограничивал – ни во времени, ни в числе реплик. И лишь заискивающе заглядывал в глаза, выпрашивая ответ: «Ну, Ксения Анатольевна, ну Вы все-таки скажите: ну разве хорошо брать деньги у иностранных?», на что Собчак отвечала: «Ну, нехорошо, а давайте обсудим, хорошая ли у нас власть» – причем с выражением, в котором, по Станиславскому, откровенно читалось: «А пошел ты…»

Зато любые иные постановки вопроса вызывали у Кучерены чувство панической грубости, граничащей с примитивным бюрократическим хамством, либо же игнорировались вовсе. Так, ему и его клакерам предельно не понравилась мысль о том, что вопрос, в общем-то, не в том, берутся ли деньги у иностранных источников или нет, а в том, для чего они используются, и плохо не столько то, что они берутся у внешних спонсоров, а то, что они используются против интересов национального суверенитета страны. Важно то, сохраняет ли взявший их у того либо иного тактического партнера субъект свою субъектность и независимость либо превращается в политическую марионетку, начинает ли он служить чужим целям либо оказывается способен продолжать идти к своим.

Ведущему также очень не понравилось, когда был затронут вопрос о том, почему фокус внимания в фильме сосредоточен на теме то ли имевшего, то ли не имевшего места контакта Удальцова на финансовые темы с представителем Саакашвили (на момент показа фильма уже проигравшего выборы), но при этом был почти полностью выведен из поля внимания вопрос о связях доминирующих на Болотной трибуне «правых» с евроструктурами и властями США. Хотя вряд ли неофициальный контакт с представителями грузинской диктатуры более предосудителен, чем официальные выступления в Конгрессе США и в кабинетах Брюсселя и Страсбурга с открытыми призывами к давлению на Россию.

Точно так же, если о контакте Удальцова пока можно говорить как о единичном и тематически не вполне определенном, то контакты журналистов из «клана шакала» и получение ими денег от Саакашвили, в общем-то, общеизвестны.

Среди прочего Кучерена постарался максимально обойти вниманием и версию, высказанную членом Общественной палаты Георгием Федоровым, как раз и говорившего о том, что в данном случае Удальцов как раз мог оказаться объектом сознательной провокации своих правых партнеров по «болоту». Именно они, в отличие от Удальцова, имели постоянные контакты с режимом Саакашвили, и могли пригласить его на неофициальную встречу с Таргамадзе, где был спровоцирован имевший место разговор, записанный, по мнению Федорова, именно грузинскими спецслужбами. Записанный как для того, чтобы иметь возможность воздействия на Удальцова, так и для того, чтобы отвести внимание от тех представителей «болота», которые на самом деле так или иначе осуществляют деятельность в интересах политических конкурентов России.

И вот эта мысль очень не понравилась Кучерене, равно как не понравилось ему и напоминание о том, что говорить о доверии такому источнику, как НТВ, стоит с очень большой натяжкой. Ведь именно этот телеканал «отличился» тем, что снимал пропагандистские и наполненные ложью фильмы про Лужкова и Лукашенко. И именно этот канал отметился намерением показать киноленту, оскорбляющую память о Великой Отечественной войне, аккурат в преддверии 9 Мая, равно как и показом аналогичного фильма в другой памятный день – 22 июня.

Все это явно не понравилось Кучерене, и когда в обсуждении проявилась тенденция к постановке этих вопросов, он постарался завершить «слушания», напомнив о провозглашенном им, но уже неоднократно нарушенном им же в пользу лидеров «болота» регламенте.

Все эти моменты постаралась не заметить и пресс-служба Общественной палаты, вывесившая на сайте ОП, мягко выражаясь, сильно отредактированный текст выступлений участников. Слово «отредактированный» тут уместно, если отказаться от более жесткого выражения – «сфальсифицированный».

Поскольку в ведении слушаний адвокатом Кучереной, как и в его публичном поведении, явно проявляется некая тенденция, то можно вполне обоснованно говорить о том, что его алгоритм действий включает в себя две составляющие: во-первых, не войти в конфликт с официальной линией власти и ничем не ограничить ее наиболее нелепые воплощения, и во-вторых, одновременно с этим попытаться сохранить расположение «болота» и его покровителей, просигнализировать им: «Я свой!». Судя по всему, он хочет быть и доверенным лицом президента Путина, и регулярным и желанным посетителем пресловутой шашлычной «Антисоветская»...

Если учитывать такую его линию поведения (которую можно назвать, например, «петли Кучерены»), то, вкупе со столь небрежно проведенными слушаниями в Общественной палате, мы можем констатировать наличие двух задач, для решения которых, собственно, и был снят пресловутый фильм «Анатомия протеста – 2». Во-первых, было необходимо представить в качестве главного носителя зла «болотного процесса» его левую составляющую, постепенно выводя из-под удара правую, «либеральную»; во-вторых, представить в качестве главных покровителей этого процесса внешние силы. Это, конечно, верно, но лишь отчасти. Тем самым внимание уводится от внутренних заказчиков «болота», то есть тех политических и крупнейших бизнес-кругов, которые были против возвращения Путина на пост президента и на самом деле инициировали и направляли прошлой зимой «болотный процесс», пытаясь организовать в стране антиконституционный государственный переворот. И искать его организаторов нужно не среди приближенных Саакашвили и Клинтон, а среди окружения бывшего президента РФ и некоторых членов нынешнего правительства РФ.

А Кучерена – он, конечно, и есть Кучерена. Рисуя свои «петли», он ведет политику, которая позволит ему при необходимости сказать: «Я же всегда был с вами!» в адрес любой из двух сторон, а именно той, которая на данный момент окажется «в силе».