После того, как Россия дала Грузии по зубам, та сосредоточилась на обороне

Тбилиси до сих пор не восстановил свой военный потенциал

Войны не проходят для армий бесследно, даже такие короткие, как российско-грузинская 2008 года, длившаяся всего 5 дней. После нее изменилась как грузинская, так и российская армии, пишет газета «Взгляд», попросившая экспертов проанализировать эти перемены.

Итогом войны стало то, что Грузия больше не планирует наступательных операций, сосредоточившись преимущественно на обороне, а Россия провела перегруппировку и перевооружение своих войск в регионе, сделав их более приспособленными к локальным конфликтам.

Тем не менее, в Южной Осетии все еще не исключают возможности новой агрессии со стороны Грузии, о чем вчера вечером заявил ее президент Леонид Тибилов. И это несмотря на заявления Тбилиси о том, что применение военной силы к Южной Осетии и Абхазии теперь невозможно.

Тибилов исходит из того, что, хотя «в Грузии пришли к власти новые люди, меняется риторика, эти люди дают оценку событиям августа 2008 года», но в 2008 году, во время агрессии Грузии, никто из них не выразил протеста против действий президента Михаила Саакашвили. «Нам нужно укреплять свою государственность, и наши военные силы должны быть всегда боеспособны», – заявил югоосетинский лидер.

Грузия же в принятой недавно военной доктрине считает, что главная угроза для нее исходит из России, занимается производством собственных вооружений и налаживает военное сотрудничество с соседними странами.

Самые большие изменения, говорят эксперты, произошли в проигравшей армии — грузинской. Сейчас Вооруженные силы Грузии включают в себя сухопутные войска, силы специальных операций (спецназ, подчиненный Генштабу), национальную гвардию, а также части и учреждения центрального подчинения.

Переменам способствовало то, что США сразу после войны выделили Грузии 1 млрд долларов «на восстановление военного потенциала» и пообещали помогать «в реформировании и модернизации ее системы обороны». Тбилиси использовал средства на развитие военно-промышленного потенциала — производство оружия и военной техники. Так, в мае 2011 года начался выпуск бронемашин «Дидгори», через год появился опытный образец БМП «Лазика», начались испытания реактивной системы залпового огня ZCRS-122 на шасси украинского КрАЗ-6322, а также опытного образца беспилотника.

Грузинский ВПК кует также проверенные виды оружия. Недавно была представлена первая реактивная артиллерийская установка собственного производства, предназначена для поражения живой силы.

Взялись и за военную подготовку населения. Начали со школы, где появился обязательный предмет «Гражданская оборона и безопасность», который подразумевает «развитие воинского духа» и обучение военным навыкам. А для поощрения службы в армии, в 2012 году правительство начало оплачивать полный курс учебы в вузах (включая магистратуру) студентам, отслужившим два года в войсках.

Также в начале 2009 года Грузия подписала с США «Хартию о стратегическом партнерстве», в соответствии с которой американцы обязались модернизировать грузинскую армию и повышать обороноспособность страны.

Структуру армии перекроили под новые задачи: в составе сухопутных войск было создано противотанковое подразделение, ВВС ликвидированы, а боеспособные самолеты и вертолеты передали в состав сухопутных войск. В прошлом году было объявлено о воссоздании системы подразделений резервистов, общая численность которых составила 70 тыс. человек. Ее планируется довести до 150 тыс.

Согласно докладу Международного института стратегических исследований, общая численность Вооруженных сил Грузии в 2011 году составляла 20 655 военнослужащих, а в 2012 году – 37 800 человек. Мобилизационный ресурс страны равняется 300 тыс. человек. В июле 2012 года президент Грузии Михаил Саакашвили сообщал, что часть младшего командного состава армии пройдет подготовку в США. В июле этого года введена униформа нового образца.

Таким образом, единственным видом вооруженных сил Грузии стали сухопутные войска (СВ), а основной тактической единицей в в них - бригада. СВ включают в себя пять пехотных, две артиллерийские, одну инженерную, одну авиационную бригаду и одну бригаду противовоздушной обороны. Кроме того, в составе СВ имеются пять отдельных батальонов: два легких пехотных, батальон связи, батальон радиоэлектронной борьбы и медицинский.

Авиацию СВ составляют отдельная авиационная бригада и отдельная вертолетная база. Силы специальных операций (ССО) предназначены для ведения разведки, осуществления специальных и контртеррористических операций.

Основу же резерва грузинских вооруженных сил составляет национальная гвардия, которая предназначена для ликвидации последствий чрезвычайных ситуаций, охраны важных стратегических объектов, пресечения массовых беспорядков и проведения мероприятий гражданской обороны.

Главный редактор грузинского независимого военно-аналитического журнала «Арсенали» Ираклий Аладашвили сетует на то, что российские военные остаются очень близко от стратегических объектов Грузии. «От Тбилиси до оккупированного Ахалгорского района всего около 40 километров. Это расстояние без проблем могут преодолеть артиллерия и реактивные системы залпового огня. Другая опасность заключается в том, что оккупационные войска находятся всего в нескольких километрах от главных дорог – как автомобильной, так и железнодорожной, – которые соединяют Тбилиси с городом Гори и Западной Грузией. Так что это и другие обстоятельства (российские войска стоят и в Абхазии) надо обязательно учитывать», – говорит он.

Он опровергает обвинения, что Грузия снова вооружается. «Хотя Россия опять обвиняет, что Грузия наращивает свои мускулы, но это не совсем так. Россия с помощью спецслужб и политических методов действует так, что все сделки грузинской стороны со странами, которые продают оружие, срывались», – сказал эксперт.

Боевой дух грузинской армии, на 90% состоящей из контрактников, он оценивает как высокий. По его словам, согласно недавнему опросу министерства обороны, 70% контрактников согласились продлить договоры для дальнейшего прохождения службы. «Это означает, что морально-боевой дух стал сильнее. Люди хотят служить в армии», – уверен он.

Между тем, эксперты в Москве считают, что Грузия все еще не вернула себе тот боевой потенциал, которым она обладала в 2008 году. Анатолий Цыганок, руководитель Центра военного прогнозирования говорит, что итоги августовской кампании были для нее «весьма обескураживающие». В грузинской элите возникло раздражение по поводу планов военным путем решить вопросы в Абхазии и Южной Осетии. «После этой войны существенно снизился военный бюджет Грузии. Только в 2012 году бюджет увеличился на 213 млн лари. Сейчас военный бюджет примерно составляет 427 млн долларов, или 3% от ВВП», – указывает Цыганок.

Грузия выбыла из региональной гонки вооружений по итогам войны, говорит он. Это минимизирует возможность реванша в ближайшие пять лет. «Если до войны считалось, что Грузия вступит в НАТО, то сейчас об этом почти никто не говорит – ни в Тбилиси, ни в Брюсселе. О Грузии просто забыли», – констатирует Цыганок.

На этом фоне позиции России в регионе, силы которой мы не станем перечислять в виду их явного превосходства и для экономии места, выглядят намного сильнее. Главный редактор российского журнала «Национальная оборона» Игорь Коротченко считает главным новшеством за последние пять лет поставки в части на Кавказе современных вооружений. «Это касается прежде всего бронетехники, вертолетов, ударной авиации в целом. Россия обновила парк вооружений именно тех частей, которые находятся на южном направлении».

Он называет также военный потенциал Южной Осетии: «По оценочным данным, общая численность Вооруженных сил – 1250 человек. Их структура включает: аппарат министра обороны и генштаб, два стрелковых батальона (по 200–250 человек), мотострелковый батальон, разведывательный батальон, батальон материально-технического обеспечения».

Ясно, что против усиливающейся грузинской армии такими силами в случае конфликта не выстоять. Потому-то и вызывают такое раздражение у грузинской стороны российские военные базы на территории Абхазии и Южной Осетии.

Президент Саакашвили, пребывающий на своем посту последние месяцы, заявляет, что военный конфликт был неизбежен и готовился всей логикой развития событий за несколько предшествующих ему лет.