Укрепление Евразийского союза становится для России условием выживания

Отсюда – перенос интеграционных процессов в военную сферу

Россия продолжает настаивать на идее Евразийского союза – как сказали бы раньше, назло врагу. Хотя почему сразу «раньше»? И сейчас на внешнеполитическом поле у нас «доброжелателей», которых мы именуем «партнерами», хоть отбавляй. И пусть наш глава МИДа, встречаясь со своими западными коллегами, внешне сохраняет невозмутимость, пусть рукопожатия сменяются дежурными улыбками, но мы-то историей уже научены.

И строительство Евразийского союза для России сегодня можно действительно считать едва ли не залогом будущего существования. Не в каком-то аморфном морально-нравственном смысле, а в самом буквальном, физическом. Ведь в современном мире один в поле уж точно никак не воин. А значит, уплотнение и углубление военно-политических взаимоотношений России с соседями – единственно возможный путь. Тут выбор вопиюще беден: или так, или «на выход с поднятыми руками». Запад «с пониманием» относится к нашему правильному осмыслению сложившегося порядка вещей и... отрезает от нас Украину. Вернее, пока что не отрезает, а пытается отрезать, то есть надежда на то, что Киев хотя бы отложит подписание ассоциации с Евросоюзом, пока что сохраняется. Но, признаться, надежда эта весьма призрачная.

Без Украины (если любые дальнейшие интеграционные процессы с ней вдруг станут все же принципиально невозможными) формируемый Евразийский союз, конечно, лишится полноценности, но еще не значит, что в принципе на нем можно будет ставить крест. Речь лишь о том, насколько эта потеря, случись она в худшем смысле этого слова, сможет быть компенсирована. Власть, однако, вроде бы вполне осознала опасность. Во всяком случае, если судить по произносимым словам – очень правильным и на редкость конкретным. Порой нет-нет, и умилишься: во всем бы так. Все же ощущение личной уязвимости – вещь великая. А то, что прикормленная верхушка (как минимум, неглупая ее часть) осознаёт всю непостоянность зарубежных активов, видно хотя бы по интонациям. Есть в них стальные нотки. Неприятно было бы ошибиться, конечно, но...

Россия намерена создать сетевой университет в масштабах СНГ. То есть не общефедеральный, а шире. Вроде бы мелочь, но показательная. Цель – укрепление интеграционных процессов. Укрепить их должен будет и единый в рамках СНГ учебник истории. Скептики тут, конечно, оттопчутся на славу: мол, сами-то россияне так намучились с этим учебником, переругались регионами, еле-еле вытянули идею до более-менее сносного уровня. А тут испытание предстоит сложнее.

Не будем забегать вперед с прогнозами, но саму идею, которая уже получила горячую поддержку Совета Федерации и персонально Валентины Матвиенко, грех не отнести как минимум к удачному пиару, рассчитанному в том числе... да-да, на наших уважаемых западных партнеров.

А вот это уже нечто большее, чем просто пиар: интеграционные процессы предполагаются не только в культурной, но и, что критически важно, в военной сфере. Президент Владимир Путин на церемонии представления высших офицеров объявил собравшимся о планах объединения сил ПВО России, Казахстана и Армении. «Такое сотрудничество ощутимо повышает оборонный потенциал России и партнеров, а также служит укреплению мира и стабильности на евразийском пространстве», – заявил глава государства.

Кроме того, президент заверил военных, что работа будет также углубляться по направлениям ОДКБ, ШОС, СНГ, напомнив попутно о недавно прошедших совместных с Белоруссией учениях «Запад-2013».

Заявление Владимира Путина о расширении военного сотрудничества с Казахстаном и Арменией в беседе с обозревателем KM.RU прокомментировал член Общественного совета, председатель Военно-промышленной комиссии при правительстве Российской Федерации, полковник Анатолий Цыганок:

– Лично для меня в этих словах Владимира Путина ничего нового нет. Вообще-то речь о создании совместной системы ПВО шла еще 15 лет тому назад, когда мы объединились с Белоруссией и создали единую с ней систему защиты, а 10 лет назад была создана единая система противовоздушной обороны с Арменией. А в этом году была достигнута договоренность по общей противовоздушной обороне с Казахстаном. И фактически Путин лишь констатировал существующее положение дел.

Действительно, за последние два года и Америка, и страны Европы сократили свое ядерное вооружение. Фактически сейчас лишь две страны увеличивают ассигнование на вооружение – Россия и Китай. Вообще ситуация интересная: еще не так давно Запад смотрел на Россию несколько снисходительно: мол, ну да, есть у русских ядерное оружие, а вот высокоточного как раз и нет. Однако свое отношение Европа и США пересмотрели уже в 2008 году, когда Россия провела успешную миротворческую операцию в Грузии, при этом совершенно проигнорировав все окрики со стороны Вашингтона и Брюсселя.

А позже мы возобновили регулярные военные учения на флоте, в авиации, что также заставило Запад насторожиться, понервничать. Глядя на все это и здраво оценив перспективы, в Пентагоне и штаб-квартире НАТО пришли к адекватному выводу: с обороной у России все вовсе не так плохо, как им казалось. Выдавали желаемое за действительное, а в реальности Россия представляет собой серьезную силу на Востоке, с которой лучше считаться.

Можно сказать, что сейчас мы по части обороны находимся фактически в том же положении, что и американцы в начале 50-х годов прошлого века, когда у них имелась атомная бомба, но еще не было высокоточного оружия. Повторяем их путь. И в этом смысле заявление Владимира Путина, который, повторюсь, лишь констатировал давно определившийся ход событий, полностью отражает поставленные перед нашей обороной и нашей внешней политикой задачи.