Следователи против прокуроров: битва продолжается

Генеральный прокурор Юрий Чайка пожаловался депутатам на недостаток полномочий

Кому-то, быть может, это и кажется забавным, но факты беспощадны. В «полицейском государстве», как иной раз зовут Россию отнюдь не только патентованные диссиденты, у прокуроров почти что совсем нет власти. Та, что есть, формальна и «по сути издевательство», реальные же полномочия обвинять и привлекать практически в полном объеме в результате реформы судебно-следственной системы перетекли к Следственному комитету.

Такова позиция прокуратуры, с которой, разумеется, не согласны в самом Следственном комитете: мол, реформа не зря проводилась, каждый занимается своим делом, и сам следком не намерен хоть намеком, хоть полунамеком принижать значимость вклада соратников в общее благое дело борьбы с преступностью. Собственно, позиция опять же не новая, как и вся эта эпическая драма с противостоянием двух ведомств, которые однажды, в разгар бесславно скончавшегося «игорного дела», пришлось примирять аж самому Владимиру Путину.

Но вряд ли и наш читатель питает какие-то иллюзии относительно равности двух ведомств, ибо разница действительно видна, причем невооруженным глазом. Отличный показатель здесь – фигура спецпредставителя Следственного комитета России Владимира Маркина, неустанно выступающего с комментариями и суждениями относительно как рассматриваемых СКР дел, так и всех прочих, что хоть каким-то боком относятся к теме преступлений и наказаний. В итоге Маркин де-факто стал уже едва ли не самостоятельной политической фигурой. А часто ли мы слышим Марину Гридневу? А ведь у нее ровно тот же функционал – начальник управления взаимодействия со средствами массовой информации или, короче, «официальный представитель».

Вот и Дума в очередной раз озаботилась имиджевым усилением прокуроров, чтобы они стали как-то заметны на нашей общественно-политической поляне. Этак ведь скоро уже перестанем понимать, чем так коварен прокурор в блатных песнях, почему по его душу дворовые шансонье шлют лучи презрения, когда всему голова теперь следователь.

Всего-то и нужно усилить надзорные функции, чтобы следователи почаще озирались на процессуальные нормы, а также снабдить правом возбуждать уголовные дела по спецсубъектам и закрывать «висяки». «Для нас совершенно очевидно, что необходимо менять сложившуюся ситуацию и усиливать полномочия прокурорского надзора. Это касается и вопросов, связанных с судебной деятельностью», – приводит позицию депутата Александра Хинштейна деловая газета «Взгляд».

В кои-то веки согласен с Хинштейном и лидер ЛДПР Владимир Жириновский, считающий (опять же цитируем «Взгляд»), что у прокуратуры «должно быть больше прав, чтобы рос авторитет генерального прокурора».

Предложение депутатов расширить полномочия прокуроров в беседе с обозревателем KM.RU прокомментировал также известный политолог, декан факультета социологии и политологии Финансового университета Александр Шатилов:

– В такого рода парламентских инициативах очевидно присутствует как аппаратный, так и политический подтекст. С одной стороны, либерал-демократы традиционно выступают у нас за ужесточение власти посредством усиления полномочий силовых структур; с другой стороны, здесь, видимо, имеет место определенная лоббистская составляющая, поскольку Генеральной прокуратуре действительно хочется иметь куда большие полномочия – как минимум в том объеме, в каком они у нее были до реформы с выделением отдельного следственного ведомства.

Действительно, в последние годы наблюдается жесткое и принципиальное противостояние Генпрокуратуры и Следственного комитета, а отношения Юрия Чайки с Александром Бастрыкиным можно охарактеризовать как весьма натянутые. Так что вопрос расширения полномочий прокуратуры становится вопросом принципа, и без своей группы поддержки в парламенте прокурорам тут не обойтись. Думаю, что это вполне исчерпывающе объясняет саму природу появления такой инициативы.

– Так все же прокуратуре нужны более широкие полномочия?

– Вообще, если подходить к вопросу объективно, то в настоящее время российская правоохранительная система в целом имеет вполне широкие полномочия, как минимум достаточные для поддержания правопорядка. Усиление полномочий прокуратуры в настоящее время не обусловлено ни внутриполитической ситуацией, ни какими-либо аппаратными моментами. Соблюден определенный баланс и, думаю, созданы максимальные условия для эффективной работы. То есть проблема лежит скорее в плоскости не профессиональной необходимости, а амбиций ведомства.

– Насколько это может быть опасно для самой власти?

– Конечно же, все это нельзя назвать подарком для Кремля, поскольку речь тут уже идет об имидже среди своего населения. Ведь любое противостояние госорганов, которое выплескивается в информационное пространство, неизбежно ведет к имиджевым потерям в среде тех, кто ценит стабильность.

С другой стороны, это противостояние прокуратуры и следствия уже настолько набило оскомину нашим гражданам, стало настолько банальным, что и журналистское сообщество заметно утратило к нему интерес.