Без «полицейских методов» проблему радикального ислама не решить

Российские спецслужбы пока что не смогли поставить надежный заслон потокам желающих повоевать за ИГ

Почти две с половиной тысячи российских граждан сражаются в настоящий момент в рядах «Исламского государства» (запрещенная решением суда на территории Российской Федерации международная террористическая организация, - прим. KM.RU).

Такие данные журналистам озвучил первый заместитель директора Федеральной службы безопасности (ФСБ) генерал армии Сергей Смирнов.

Еще порядка трех тысяч, по данным силовиков - граждане из постсоветских республик. В том числе, входящих в ШОС. Итого - порядка пяти тысяч «новоподданных»...

Цифры шокирующие, какой бы «каплей в море» не представлялись. Можно, конечно, заметить, что она могла быть и больше, учитывая актуальную и для России тему наличия очагов радикального ислама. Спецслужбы, однако, бдят - потому и наемников «всего-то» две с половиной тысячи душ.

Но откуда взялись они? Насколько эта цифра в перспективе может стать угрозой для безопасности страны? Для того, чтобы пролилась кровь мирных граждан полчища фанатиков и не требуются - свежий пример Украины и менее свежие из стран Северной Африки у нас перед глазами.

В беседе с обозревателем KM.RU политолог, главный редактор журнала «Проблемы национальной стратегии» Аждар Куртов затруднился с однозначным ответом на вопрос, чем же так манят некоторых россиян окопавшиеся в Сирии и Ираке радикалы-исламисты:

- Простого ответа на этот вопрос быть не может, поскольку не существует и какой-либо одной доминирующей причины, по которой вроде бы успешные и состоявшиеся люди(хотя и не всегда) покидают Родину, чтобы пуститься в опасную авантюру.

Лично я не придерживаюсь такой упрощенной версии, согласно которой говорить тут приходится исключительно о радикалах-исламистах. Безусловно, среди перешедших на сторону ИГИЛ таковых, вероятно, существенная доля. В конце концов, мы сталкивались со своими доморощенными радикалами, которые в 90-е стремились создать свое «исламское государство» на территории Чеченской республики.

Да и в наши дни радикальные толкователи Ислама остаются заметной и пока что радикально не решенной проблемой в Поволжье. Именно они, как правило, едут в Сирию и Ирак с оружием и вливаются там в число боевиков. Мотивируются они идеей построения всемирного халифата и готовы за эту мечту гибнуть.

При этом есть и другая часть наших сограждан, которые едут туда вовсе не воевать, а оставаться «в тылу» - это гражданские специалисты: врачи, инженеры, водители, связисты итп. И их мотивы как могут совпадать с таковыми у первой категории, так и отличаться. Часть из таких мирных наемников были бы и рады взять в руки оружие, но были отбракованы.

Остальные же, в основной своей массе, преследует исключительно корыстный интерес. Не секрет, что организация эта хорошо финансируется и ее главари имеют возможность привлекать людские ресурсы из соседних стран, суля им огромные суммы. Не случайно они выпустили в обращение золотой, серебряный и бронзовый динар - как дополнительная приманка это, как видим, действительно работает.

Ведь это тоже не большой секрет, что в ряде регионов России, а уж тем более на постсоветском пространстве не везде люди обеспечены работой, а та, которой обеспечены, невысоко оплачивается. Поэтому такую миграцию к боевикам можно расценивать и как попытки уехать на заработки, пусть и на столь экзотические.

Помимо этих двух мотивов - идейного и меркантильного - могут быть и другие. Вспомним недавний скандал со студенткой философского факультета МГУ, которая уехала в Сирию «воевать на стороне террористов». Какие были ее мотивы? Явно она не радикальная исламистка и уж точно не за большими деньгами туда поехала - на философии особенно и не заработаешь.

Очевидно, что в ее случае можно предполагать мотив исследовательский. Увлеклась скользкой темой в ее теоретическом аспекте и решила исследовать на практике - у меня лично такая лишь версия. Поскольку понятно, что уж к боевым действиям эту девушку там бы уж точно не допустили бы.

Бороться с такой миграцией можно по-разному. Возможно, следует усиленно поработать по части контрпропаганды, развенчивать некую романтическую ауру, которая складывается вокруг этого террористического субъекта в том числе стараниями СМИ. Вероятно, свою усиленную работу должно провести с единоверцами и мусульманское духовенство.

Но без чего уж точно никак не получится обойтись в данном случае - так это без так называемых «полицейских методов». В этом нет ничего неприемлемого: любое (подчеркну - любое!) государство - это, выражаясь марксистским языком, аппарат насилия.

Разумное насилие должно применяться ко всем, кто нарушает общепринятые нормы и действует во вред интересам общества и государства. Должна вестись работа с активными сторонниками «исламского государства», с их эмиссарами и пропагандистами. Должны быть ликвидированы сами условия для этой расширенной пропаганды, которая ведется под видом различного рода образовательных курсов, не всегда легальных.

И не стоит слушать либеральные мантры о невмешательстве в «свободу совести» - отсутствие должного контроля в этой сфере как раз и приводит к подобным печальным последствиям.