Зачем зоозащитники экспортируют в Германию бездомных собак

Билет в один конец  

История о собаке по кличке Бэлла, сбежавшей во время транспортировки к самолету в аэропорту Шереметьево, вызвала неожиданно широкий общественный резонанс. Соцсети переполнены негодующими постами и требованиями призвать к ответу служащих аэропорта, работников авиакомпании и даже зоозащитников. Но почему-то за пределами этой бурной дискуссии остался один важный вопрос — а зачем вообще волонтер зоозащитного движения вез в Германию партию бездомных собак? Кто и как оплачивал эту поставку?

По данным новостных изданий, полугодовалый щенок потерялся во время погрузки в самолет. Активист зоозащитного движения Карина Арабаджанц привезла в аэропорт четырех собак в специальных пластиковых клетках. Но перед посадкой выяснилось, что одна из них — Бэлла — куда-то пропала. Поиски ничего не дали, и рейс «Аэрофлота» доставил в Берлин только трех российских дворняжек. А сбежавший щенок, как выяснилось позже, попал под автомобиль неподалеку от аэропорта и был похоронен неизвестными на обочине шоссе.

История Бэллы стала суперпопулярной буквально за считанные часы. Огромное количество постов и перепостов в соцсетях, сообщения в интернет-СМИ и сюжеты телекомпаний наперебой рассказывали о бедном щенке, погибшем буквально на пороге немецкого рая, в котором даже собакам гарантированы достойное существование и европейский комфорт. Но так ли это на самом деле? Редакция решила разобраться в том, что ждет бездомных российских собак и кошек в благополучной Европе.

Прежде всего нужно сказать, что практика вывоза бездомных животных из России в Германию в последние годы получила очень широкое распространение. Множество благотворительных фондов и зоозащитных организаций участвуют в программах переселения неудачливых домашних любимцев — собирают деньги на билеты, ищут попутчиков, которые доставят их на новую родину и, конечно же, пытаются обеспечить им там любящих и заботливых хозяев. Так, во всяком случае, все это выглядит со стороны, для непосвященных.

Первые сомнения в блестящем будущем собак-эмигрантов закрадываются после знакомства с реалиями современной немецкой жизни.

— У нас только в Баварии около 400 собачьих приютов. И все они переполнены, — рассказывала несколько лет назад известная общественная активистка и журналистка Оксана Антич-Миллер. — А за содержание собаки в домашних условиях надо платить 100 евро в год. Многие немцы отказываются от питомцев. И государство тоже сокращает расходы на приюты. Мы сами не знаем, что делать со своими собаками.

Глобальный экономический кризис еще более усугубил ситуацию, так что с детства приученные считать деньги немцы несколько раз подумают, прежде чем завести себе четвероногого друга. И далеко не факт, что их выбор падет не на местного породистого пса, а на бездомного «дворянина» из далекой России.

Впрочем, есть в Германии организации, охотно принимающие собак и кошек, и даже готовые платить за их доставку относительно солидное вознаграждение. Это медицинские центры и лаборатории, занимающиеся испытаниями новых лекарств, косметики и прочих товаров, чью безопасность для человека законодательство предписывает доказывать. По понятным причинам животные тут живут не слишком долго, и новые собачки у медиков в постоянном дефиците.

Конечно, российские зоозащитники хорошо осведомлены об этой опасности. Добросовестные активисты всегда заранее собирают досье на новых владельцев. Но, к сожалению, встречаются и такие, кто под видом благотворительности и заботы о животных цинично делает деньги на бессловесных тварях. В российском секторе интернета можно найти немало рассказов о таких «приютах», «фондах» и просто «сердобольных людях».

Так, в прошлом году в социальной сети «Вконтакте» разгорелся настоящий скандал. Липчанин Алексей Зюзин на свой странице обвиняет хозяйку домашнего приюта «Лохматая душа» Валентину Силич в жестокой расправе над бездомными животными, а также в том, что она получает огромные деньги за вывезенных в Германию собак для проведения опытов. «Выявлен продавец бездомных и потерянных собак и кошек, которая вывозит их на опыты в Германию — это Валентина Силич. Жестокие расправы над бездомными. Оборотень в рядах зоозащиты», — написал Алексей Зюзин на своей странице. Хозяйке «Лохматой души» тогда удалось отстоять свои честь и репутацию в суде, Зюзин даже принес ей свои извинения, но согласитесь, что на пустом месте подобные страсти не разгораются.

И действительно, зоозащитники регулярно рассылают своим сторонникам и волонтерам предупреждения о том, что собак из российских приютов европейцы забирают, чтобы тестировать на них косметику и лекарства.

Волонтёры приютов оставляют в Сети такие записи: «Берут маленьких собак: они больше подходят для медицинских опытов. Ещё берут рыжих, они в приоритете, так как идеально подходят для тестов красок для волос. У меня именно такую забрали. Когда я выставила черную — маленькую, хорошенькую — никто месяцами не спрашивал, а выставила вчера рыжую — уже заинтересовались. Почему?»

— Некоторые обращаются с просьбой отдать животных в семьи за рубеж. Куда конкретно, я даже не спрашиваю, потому что сразу отказываю. Я считаю, что если человек, в данном случае я, директор приюта, пристраивает животное куда-то в семью, его нужно отслеживать. Хотя бы контактировать с теми, кто взял животное. Фотографии — это одно. Условия, в которых будет жить животное, мне небезразличны. Никогда за рубеж не отдам, — говорит директор приюта для животных Людмила Бычкова.

Стоит отметить, что по количеству испытаний лекарств на животных в Европе лидирует Германия. Франция, Швейцария и Италия несколько отстают, но тоже практикуют подобные вещи. И именно в Германию и Швейцарию в основном отправляются из России четвероногие беспризорники, свидетельствует статистика Международного фонда защиты животных IFAW. О судьбе, по крайней мере, некоторых из них можно судить по примеру Тумана — аляскинского маламута, «усыновленного», как сказали зоозащитникам, некоей жительницей Гамбурга.

Некоторое время владельцам приюта, из которого Туман уехал за границу, удавалось отслеживать его судьбу — новые хозяева присылали фото и подробно рассказывали о его жизни. Но через несколько месяцев письма внезапно прекратились. Уговорами и чуть ли не угрозами от немцев удалось добиться признания, что Туман умер. У него, якобы, внезапно началась гангрена хвоста.

— Если он сломал хвост в Германии и пошло заражение, то даже наша провинциальная ветеринария легко справилась бы с этой проблемой, — говорит руководитель центра «Любимец» Марина Ковсман. — Вполне возможно, что его просто могли использовать в каких-то медицинских опытах.

Но вернемся к четырем собачкам, которых везла в Германию Карина Арабаджанц. Конечно, обвинять ее в соучастии опытам на животных нет никаких оснований. Однако то, как отреагировали организаторы отправки Бэллы в Германию на известие о том, что собака не прибыла в Берлин, не может не вызвать вполне определенных подозрений. Первое, о чем они подумали — это о предъявлении неустойки авиаперевозчику. И нескольких часов со смерти щенка не прошло, а разговор уже перешел в чисто практическую плоскость. Вот такое объявление появилось на страничке зоозащитников в день гибели собаки.

Фото: предоставлено автором

А спустя несколько часов там же появился развернутый комментарий эксперта, открытым текстом говорящий о том, что «перевозчик должен возместить убытки».

Фото: предоставлено автором

О каких убытках идет речь? Может быть, о той упущенной прибыли, на которую рассчитывали эти «любители животных»? Ведь за здоровую собаку, пригодную для проведения над ней опытов, в Германии платят от 700 до 1000 евро за особь.

Громче всех переживали о пропавшей собаке некая Ирина Скворцова и ее коллеги по волонтерской группе МИРА.

Фото: предоставлено автором

Впрочем, насколько можно судить, речь идет о полноценном бизнес-проекте по экспорту российских собак в Германию со всеми атрибутами коммерческого предприятия — оформлением документов, взаимозачетами и скидками, кураторами, спонсорами и так далее. Когда в отлаженном механизме торговли собаками произошел сбой, предприимчивые «активисты» тут же решили повесить неустойку на авиакомпанию, чтобы не платить ее самим.

Есть и еще одно основание для самых черных подозрений — на многочисленные просьбы сообщить о судьбе переданных в Германию собак Ирина Скорцова отвечает отказом. Пример тому — скриншот диалога все в том же Facebook.

Фото: предоставлено автором

«Гибель Бэллы — не повод увидеть Лелика, — недоумевает собеседница Скворцовой в комьюнити, внезапно оказавшемся закрытым для всех, кто в нем не зарегистрирован. — Принимающая (немецкая) сторона ведет себя настолько странно, что начинаешь верить в страшные истории про немецкий рай».

Самое отвратительное во всей этой истории — что организаторы экспорта собак зарабатывают на светлых и возвышенных людских чувствах — любви, жалости, заботе, участии. С будущих хозяев российских собак в Германии в обязательном порядке берется предоплата транспортных расходов и трат на оформление документов. Но и российские любители животных собирают тем же собачкам деньги на дорогу — подчас буквально с миру по нитке, вскладчину. Какая часть этих средств оседает на счетах «отправлялок», подсчитать, наверное, не смогут даже всезнающие налоговые инспектора. А теперь «активисты», похоже, решили нажиться еще и на неустойке от авиакомпании.