Виновна ли власть в рекордном числе убийств в России?

Сергей Лесков: «Почему русский человек при всех его достоинствах в несколько раз чаще, чем граждане других народов, превращается в кровавого маньяка?»

Фото с сайта Pixabay.com

В минувшие выходные по Америке покатилась волна массовых убийств. Десятки жертв. Спущены государственные флаги. Оппозиция не преминула возложить ответственность за трагедию на президента Трампа, который своими высказываниями якобы разжигает в обществе взаимную ненависть и агрессивность.

Справедливый упрек или нет, можно спорить долго. Но это проблема американцев. А в России другой вопрос. Если уровень умышленных убийств в России, где запрещено ношение огнестрельного оружия, выше, чем в Америке с ее ужасающими расстрелами, то кто и каким образом разжигает агрессивность в нашем обществе? Если оно свободно от пороков, которые, по уверениям государственников, разлагают гнилую западную демократию, то почему мы так склонны к насилию?

Выяснить статистику умышленных убийств в России – задача для пытливого криминалиста. Несколько лет назад по числу насильственных смертей на 100 тысяч человек Россия среди крупных стран находилась на 5 месте в мире и на 1-м в Европе. Еще в 2006 году в этот показатель составлял у нас 20 убийств на 100 тысяч человек, выше, чем в Мексике.

Но потом этот рейтинг вдруг резко покатился вниз. Так быстро не ложится на дно ни одна подводная лодка. В 2018 году уровень убийств в России снизился до 7 на 100 тысяч человек. В 3 раза! Так бы ВВП рос! Зная особенности российской статистики, можно предположить, что показатели колеблются в прямой зависимости от высочайшей воли и политического заказа.

Например как в иных странах для поднятия медицинской статистики регистрируют младенцев только через месяц после рождения. Так и убитыми можно считать лишь тех, кто мигом преставился на месте преступления.

Однако даже уникальный крен к уровню демократических стран не позволил России потерять «убийственное» 1 место в Европе. В странах G7 показатель убийств, несмотря на пришествие ужасных мигрантов, находится на уровне 1 жертва на 100 тысяч человек. В Италии и Испании, где живут вспыльчивые люди, показатель меньше 1.

В Америке, как бы мы ни ужасались тамошнему беспределу в университетах и универмагах – 5,35. Даже неловко говорить про Китай, где убийств в 20 раз меньше, чем в России, и тем более про Японию с ее якудзами и ниндзя – в 30 раз меньше.

Самое распространенное орудие убийства в России – кухонный нож. Таков вклад России в мировую криминалистику – кухонным ножом можно перерезать больше народу, чем застрелить из скорострельной винтовки. И это парадокс: мы, русские, считаем себя самыми душевными людьми на свете, но кромсаем друг друга как ветчину, кухонными ножами. Умом не понять и аршином не измерить… Остается только ссылаться на вечное таинство русской души.

Почему русский человек при всех его достоинствах в несколько раз чаще, чем граждане других народов, превращается в кровавого маньяка? Сама по себе агрессивность – неотъемлемая часть эволюционного процесса. Ни один биологический вид не может эволюционировать без проявления агрессии. Экспансия и расширение жизненного пространства – здоровая логика эволюции.

Немецкий философ Эрих Фромм, который, как положено крупному ученому, стал американцем, ввел понятие доброкачественной агрессивности. Такая агрессивность не несет деструктивного характера и необходима для прогресса. Но если нет возможности для роста доброкачественной агрессии, растет агрессивность злокачественная. И это уже прямое следствие политики, которую проводит государство. Видимо, осознавая эту истину, оно и требует отчетного сокращения числа убийств.

Агрессия и конкуренция – две сестры экономического развития. В России предельно ограничено поле возможностей для доброкачественной конкуренции. Малый бизнес на паперти, наука чувствует себя хуже бесприданницы на выданье, инновации, грозящие подрывом всемогущества монополий, душатся в зародыше, политическая оппозиция превращена во врагов страны.

В итоге – духота и кухонная поножовщина. Там, где американец создает новый бизнес или благотворительный фонд, русский от тоски накачивается огненной водой и пыряет ножом более удачливого соседа.

После массовых расстрелов в Америке у нас неизменно обостряется дискуссия о легализации огнестрельного оружия. Аргументов у сторон много, они известны, не буду повторять. Но я уверен, проблема России не в высоком уровне насилия и умышленных убийств, а в ограничении нормальных человеческих свобод.

Это корень бед, и из-за этого население звереет. Власть вытравливает доброкачественную агрессивность, ибо она грозит изменить саму структуру власти. В XXI веке человек не может жить на коврике перед дверью, за которой начинается солнечный мир чиновников.

Общим местом стали ссылки на то, что русский человек отвязан на всю голову и по своей природе не готов к легализации огнестрельного оружия. В развитых странах готовы, а мы недоразвитые, мы не готовы. Эти лицемерные доводы являются любимым приемом власти, для которой русский народ вечно не готов – к демократическим выборам, к суду присяжных, к политической оппозиции и смене власти, к свободной прессе. Для государства русский человек – это Фирс из «Вишневого сада», которому свобода поперек горла.

По этой логике государство присвоило себе монополию на защиту граждан от криминала и не подпускает их к оружейным арсеналам. При этом у нас, как всегда, миллион тропинок, чтобы обойти закон. В России 5 миллионов стволов в легальном обороте и еще 5 миллионов – в нелегальном. Из этих нелегальных, которыми владеет криминал, совершается 99,5% убийств! У государства, несмотря на полчища полицейских, не получается защитить граждан, чему подтверждением убийственная статистика. Все равно – запретить и не пускать!

Кстати по статистике в тех странах (Эстония, Литва, Молдавия, Болгария), где оружие легализовано, произошло трехкратное снижение числа убийств. Напротив, в странах, где приняты меры по ужесточению оборота оружия, произошел всплеск преступлений. Например в Великобритании запрет огнестрельного оружия всего за 6 лет привел к росту насильственных преступлений на 88%; вооруженных ограблений – на 101%; изнасилований – на 105% и убийств – на 24%.

Зато в той же Америке в штатах, где разрешено скрытное ношение оружия, граждане убивают вдвое больше преступников, чем полицейские. В этих штатах, по сравнению с теми, где оружие носить запрещено, уровень убийств ниже на 33%. По статистике год от года число частных стволов в США растет, а число убийств сокращается, хотя и остается высоким.

Впрочем причина негативного отношения в России верхов к свободному владению оружием вполне понятна. Председатель Мао говорил: «Винтовка рождает власть». В царской России у каждого интеллигента в комоде под салфеткой лежал револьвер (стоимость нагана – 15-20 рублей, половина месячного оклада рабочего). И до чего это довело страну?