Советская система образования плодит вундеркиндов, а органы опеки и соседи их гнобят?

Семья девочки, в 8 лет сдавшей ЕГЭ, вдевятером ютится в однокомнатной квартире. Ею уже заинтересовались органы опеки, а соседи задаются вопросами: почему родители не работают, на что живут, как у них хватает времени на детей? 

Недавний наш материал о восьмилетней Алисе Тепляковой, успешно сдавшей ЕГЭ в 8 лет и нацелившейся в МГУ, имел огромный резонанс. Читатели высказали немало настороженных мнений насчет судьбы девочки, начиная с того, что ее родители якобы апробируют на ней свои нереализованные амбиции и до «украденного детства» ребенка. Было и немало сочувствовавших Алисе, писавших, например, такое: «Проблема одаренных детей только одна - бездарное окружение».

Несмотря на то, что девочка уже сдала предварительные экзамены на психфак МГУ, семьей заинтересовались органы опеки. Логика железная: вдевятером они ютятся в однокомнатной квартире - почему родители не работают и на что живут, как у них хватает времени на детей? Может быть, проще отобрать детей, нежели предложить помощь от государства?

А ведь эту семью не назовешь неблагополучной даже в горячечном бреду.

Воспитывая детей, глава семьи Евгений Тепляков четко следует научной методике и уже выложил в сеть наброски статьи «Развитие навыка чтения и его влияние на познавательную и интеллектуальную деятельность дошкольников». Интереса к этой работе со стороны общественности – ноль. Это в советское время многие защищали диссертации и ради престижа, и для карьеры – не говоря уж о зове сердца. Теперь же ученые в России прозябают.

Взять того же Евгения. Окончив  МГУ, он работал в Яндексе и в SAP, а потом с семьей подался аспирантом в Академию наук в Китай. На его стипендию в 1300 долларов домашние жили в хоромах с четырьмя спальнями, бассейном и садом. Но что-то пошло не так, и Тепляковым пришлось вернуться. В однокомнатную квартиру. Почувствуйте разницу.

Однако Тепляковы рук не опустили и принялись заниматься детьми. «В России рекомендовано идти в первый класс в семь лет, - говорит мама Алисы Наталья Миневич. – Можно и в шесть по желанию родителей и по согласованию с образовательной организацией. Мы такую школу не нашли, поэтому все наши дети на домашнем обучении».

Ей вторит муж: «В Белоруссии дети идут в первый класс с шести лет, и все хорошо. То же самое на Украине, в Казахстане. Британцы - в пять. Китайцы в три года пишут иероглифы и примеры решают. У нас же твердят: до семи ребенок не готов, и точка. Даже если в четыре считает и читает со скоростью сто слов в минуту, его отправят в класс, где по слогам читают «Репку». Это же искусственное замедление развития! Во сколько окончит школу обычный ученик - в 18? Еще шесть лет - программа бакалавр плюс магистр в вузе. Четыре года аспирантура. А жить когда? Карьеру строить, семью заводить, детей рожать?»

СССР – вот база образования Алисы! «Методика, — поведал Евгений Тепляков, - советская, основанная на работах известных педагогов и психологов Эльконина, Выготского, Давыдова, Рубинштейна. Деятельностный подход, работа с внутренней мотивацией, поддерживающее и развивающее обучение, безоценочность… Сначала ребенок читает, чтобы мама похвалила, а потом и сам начинает получать удовольствие. Так и прививается любовь к учебной деятельности. Значимые люди - близкие, друзья - показывают, что для них важно, и это становится важным и для ребенка. Потом нужно правильно подбирать сложность задания: чтобы было немного сложно, но решаемо. Иначе никакой похвалой не удержите. И еще важный момент - не оценивать ребенка, а стараться понять, почему ошибается: то ли не понял, то ли путает одно с другим... Вытаскиваете эти ошибки, пытаетесь зажечь»

С Алисой Тепляковлй домашние занимались примерно по три-четыре часа в день. «Даже в начальной школе дети сидят за партами нередко дольше, - резонно замечает отец. – Но таких результатов обучения удалось добиться сочетанием одаренности девочки (отличная память, когнитивные способности) и тем, что при домашнем образовании все внимание уделено ей одной. Здесь все направлено только на Алису. Приходится проходить всю школьную программу. Но мы пропускаем «переклички» в классе, проверку домашних заданий, стихов у всех учащихся». Занимаются дети по обычным школьным учебникам, которые одобрены Министерством просвещения. И даже пишут контрольные - чтобы взрослые понимали, где у них пробелы в знаниях.

Тепляковы настаивают, что их методика подойдет любому ребенку. «Мы и своих вундеркиндами не считаем: обычные результаты, если заниматься, - признаются они. – Да и мы - не скажу, что особенные. Просто большинство остановились бы, когда им тридцать раз скажут: мол, в четыре года пусть ваш ребенок идет в песочнице играет, не ставьте эксперименты на детях или еще какую-то гадость. А мы все время спрашивали: почему плохо учить своего ребенка всему, что знаешь и любишь сам? Мне нравится математика, я хочу рассказать об этом ребенку. Это же нормально. У нас младенцы, и графика как такового нет. Часа три-четыре читает»

Чтение является краеугольным камнем методики Тепляковых. «Мы начинаем с освоения скорочтения, - продолжает Евгений. – Со скоростью 300 слов в минуту книга осваивается за два дня, за год - 150 книг. Книги мы, конечно, подбираем: учебная литература, художественная, научпоп, сказки… Сейчас Алиса читает «Взламывая математику» Беверидж и «Что такое математика» Курант и Роббинс. У них куча друзей на площадке, общения очень много. Мы вообще не понимаем, почему считают, что если Алиса получила аттестат, то все, теперь взрослая. Нет, ей 8, и играет она с ровесниками. В догонялки, куклы... Очень любят мультики. Особенно «Сказочный патруль». «Машу и Медведя» и «Губку Боба» не разрешаем - нам с женой они не нравятся. Телефоны не даем, а на компьютерах играют в игры довольно много».

Вопрос об источнике дохода Теплковых разрешается очень просто. «Мы оформили домашний детский сад, где я работаю воспитателем и получаю за это зарплату. А Наташа в декрете»,- говорит Евгений. «А что, можно и так?» - воскликнут многие.

Какой вывод? Наверное, следующие шаги за государством, и их минимум два. Во-первых, дать семье нормальное жилье, желательно где-то за городом, чтобы дети развивались всесторонне. Во-вторых, создать при каком-нибудь престижном вузе анклав для одаренных детей – чтобы они не чувствовали себя изгоями в отравленном завистью обществе.