Зачем Турция снова вспомнила о крымских татарах?

Запад боится, что геополитический коридор от Крыма до побережья Сирии перейдет под контроль противников гегемонии США

Турция пообещала Украине помочь в деле защиты крымских татар.

Такая договоренность была достигнута на встрече президента Украины Петра Порошенко и министра иностранных дел Турции Мевлюта Чавушоглу в Киеве в ходе заседания Совместной группы стратегического планирования.

Почему эти слова из уст турецких дипломатов не прозвучали сразу после воссоединения Крыма с Россией, раз уж именно от России турки собираются защищать крымских татар?Почему они прозвучали спустя только семь месяцев после этого?

Случайность? Отнюдь нет.

Негативное отношение Турции к возвращению Крыма в состав России было вполне предсказуемым. Но Анкара выразила свою позицию более сдержанно, чем ожидалось: воссоединение не признала, но и не расходилась в гневных реляциях. Было очевидно, что Анкара ищет приемлемый формат, в котором сможет выразить свое мнение к этому событию.

Но затем вдруг Анкара ужесточила свою позицию, что и предопределило заявление Мевлюта Чавушоглу. Вызвано это было четкой позицией России по сирийскому вопросу: Запад и его союзники должны прекратить финансирование исламских террористов в Сирии и возобновить диалог с президентом страны Башаром Асадом.

СМИ сообщали даже о состоявшемся телефонном разговоре президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана с российским коллегой Владимиром Путиным, в ходе которого российский президент весьма жестко отреагировал на вмешательство Анкары во внутренние дела Сирии.

Неизвестно, был ли такой разговор в действительности, но остается фактом совершенно разнонаправленная позиция Москвы и Анкары по сирийскому вопросу. Турция нацелена на свержение Башара Асада и поддержку террористического интернационала в Сирии, Россия – на сохранение своего поста Башаром Асадом как законно избранного президента и искоренение экстремистских ячеек на Ближнем Востоке.

Сирия и Крым находятся в стратегической взаимосвязи. Крым позволяет контролировать Черное море, которое смыкается со Средиземным морем, омывающим берега Сирии, через которые лежит путь в Атлантику, омывающую берега Западной Европы и Соединенных Штатов.

Крым и Сирия вне контроля атлантистов – неизбежные и серьезные геополитические проблемы. Поэтому для ЕС и США было важно, чтобы Башар Асад ушел, Крым остался в составе слабой и податливой Украины, а Турция, как член НАТО, осталась непререкаемым контролером Черноморского бассейна.

Именно в таком контексте следует рассматривать обещание Анкары заняться защитой крымско-татарского населения полуострова. Крымско-татарская карта – давнее орудие турецкой дипломатии на украинском направлении. С момента появления на карте мира украинского государства Турция трудилась над тем, чтобы культурно и идеологически переориентировать крымских татар на себя.

Тактическим союзником здесь выступали украинские власти. Разделяя собственных граждан на «правильных» и «неправильных», украинские националисты вступали в союзнические отношения с крымско-татарским меджлисом: вместе планировали антироссийские акции, вместе участвовали в них, вместе трудились над радикализацией крымско-татарского национального движения.

Меджлис, узурпировав право выступать от имени всех крымских татар, сталкивал лбами татарское и русское население полуострова, раскачивал ситуацию, подогревая конфликты и делая все, чтобы они переросли в хроническую фазу. Татарско-славянский мир на полуострове не нужен был ни Киеву, ни Анкаре, поэтому за все 23 года украинской независимости крымско-татарский вопрос так и не был решен.

Впервые признаки разрешения крымско-татарской проблемы замаячили после воссоединения Крыма с Россией. Крымско-татарский язык функционирует на полуострове параллельно с русским и украинским, частично уменьшился накал в отношениях радикально настроенных татар со славянами, просматриваются признаки деэскалации конфликта.

Параллельно в Сирии правительственные войска нанесли ряд поражений прозападным исламским радикалам. Для Запада появилась реальная угроза, что геополитический коридор от Крыма до побережья Сирии перейдет под контроль противников американской гегемонии – Москвы и Дамаска. Анкаре не оставалось ничего иного, как действовать быстро: в ее руках появилась старая крымско-татарская карта.

Сейчас Турция выражает готовность провести на своей территории курултай крымско-татарского народа. Подбор делегатов будет соответствующим: крымско-татарским лидерам, нацеленным на плодотворное сотрудничество с другими народами Крыма в составе России, приглашение не светит.

Анкаре важно создать параллельный курултай, который бы дублировал функции органов представительства российских крымских татар. Отличие первого от второго – он должен быть националистическим, русофобским и работать над расколом крымско-татарского народа на два враждующих лагеря.

Теперь существует два крымско-татарских проекта. Один из них – российский, где главным посылом является нацеленность на мир и взаимное уважение крымских татар и славян. Другой – украинско-турецкий, цель которого не дать поселиться миру и стабильности на полуострове, разжечь межнациональную рознь и дрязги внутри самих крымских татар.

Поэтому объявленный в России персоной нон грата провокатор Мустафа Джемилев объявил о планах создания в Херсонской области крымско-татарской автономии с центром в г. Геническе. Там же, по сообщениям украинских СМИ, формировался карательный батальон «Крым» для войны против Новороссии.

Крымско-татарская автономия с центром в Геническе по замыслу Джемилева и его украинско-турецких союзников должна превратиться в антипод крымско-татарской общественности Крыма. При этом, если предположить, что Джемилеву удастся развить этот проект в тех масштабах, о которых он мечтает, можно предсказать с изрядной долей вероятности, что Турция примется за переориентацию татар-«автономистов» на себя так же, как она пыталась переориентировать татар в Крыму.

Очевидно, что конечной целью крымско-татарской политики Турции было выведение Крыма из-под политического, идеологического, культурного и юридического суверенитета Украины под суверенитет Турции.

Если крымско-татарская автономия превратится в развитую административную единицу, в «вещь в себе», с параллельными органами власти, которые будут дублировать функции Киева, что при слабости нынешнего украинского госаппарата вполне возможно, Турция не преминет переключить «автономистов» на себя, сохранив их связь с Украиной на административно-символическом уровне. Теоретически это грозит Украине потерей части Херсонской области.

Ясно, что в Киеве пока такую возможность не рассматривают. На данный момент проукраинское крымско-татарское движение слабо и несамостоятельно. Без поддержки Киева оно не выживет, и Киев оказывает такую поддержку, надеясь получить ответную поддержку от внешних игроков, заинтересованных во взращивании антироссийского крымско-татарского течения.

На наших глазах Турция и Украина, провозглашая демократические лозунги, совместно пытаются реализовать стратегию «разделяй и властвуй». Крымские татары, по сути, превращены в заложников этой ситуации.

Ни Турцию, ни Украину крымско-татарская культура и ее приумножение не интересует. Например, в Турции многомиллионному курдскому населению разрешили только в прошлом году открыть школы с курдским языком обучения. Анкара не устает подчеркивать, что в Турции проживает несколько сот тысяч крымских татар, но вряд ли крымские татары в Турции получат возможность изучать в школах свой язык. Чем 200 тыс. крымских татар в Турции лучше для Анкары, чем более 10 млн. курдов?

Между тем в крымских школах в этом году увеличилось число классов с крымско-татарским языком обучения. Так нуждается ли крымско-татарский народ в турецкой защите?

Если Анкара готова инвестировать в социальные и образовательные проекты – татары отблагодарят. Если же все инвестиции будут сводиться к политическим схемам и спекуляциям на патриотических чувствах крымско-татарского народа, тогда вряд ли такая, с позволения сказать, защита принесет мир и процветание Крыму и его жителям.