Польская злость без злотых

Антироссийская политика дорого обходится Варшаве, но польская элита не намерена ее каким-либо образом менять

Польские фермеры продолжают протестовать против политики центрального правительства. Вот уже несколько недель аграрии перекрывают тракторами и другой сельхозтехникой дороги в разных регионах страны и митингуют в столице.

19 февраля несколько тысяч фермеров прошли маршем по улицам Варшавы и разбили палаточный городок возле Дома правительства, хотя у них не было на это разрешения. В пятницу протестные выступления, которые координируются одним из подразделений известной «Солидарности», продолжились.

Протестуют фермеры против убытков, которые они несут в результате антироссийских санкций Евросоюза и ответного продовольственного эмбарго РФ, введенного 7 августа 2014 года. Оставшись без крупнейшего рынка сбыта, поляки в конце лета с воодушевлением проводили акции, на которых призывали соотечественников есть яблоки самим. Но затем запал прошел, и начались подсчеты убытков.

Сейчас аграрии требуют от польского правительства и Брюсселя компенсаций, но получают несерьезные суммы. В то же время Польша согласилась выделить 100 миллионов евро в качестве финансовой помощи Украине.

Точная сумма потерь, которые несет польская экономика, неизвестна. Но в феврале министр иностранных дел Испании Хосе Мануэль Гарсия-Маргальо заявил, что в результате антироссийских санкций Евросоюз потерял 21 млрд. евро. Значительная часть убытков наверняка пришлась на сельскохозяйственный сектор Польши.

Впрочем, польские аграрии протестуют не только против ограничений в торговле. Они также настаивают на отмене решения правительства, которое позволит иностранцам законно скупать сельхозугодья с 2016 года. Еще одно требование – легализация прямых продаж фермерских продуктов. Сейчас, по законодательству Евросоюза, действуют строгие нормы сельхозпроизводства, соответствовать которым могут только крупные корпорации. Они все больше вытесняют традиционных польских фермеров с рынка. Наконец, фермеры хотят добиться запрета выращивания и продажи генномодифицированных продуктов на территории Польши.

Некоторые участники акций протеста требуют не просто компенсаций от правительства, но и его отставки или даже выхода Польши из Евросоюза. «Польское правительство не заботится о здоровье и благополучии нации и уничтожает корни польского сельского хозяйства, прислушиваясь к европейским корпорациям, а не к собственному народу», - заявила Ядвига Лопата, содиректор Международной коалиции по защите польской деревни.

- Польша – один из ведущих в мире экспортеров яблок и замороженных овощей, - объясняет директор фонда «Российско-польский центр диалога и согласия» Юрий Бондаренко. - Россия же была крупнейшим импортером польских яблок, покупая значительную часть всего урожая. Теперь фермеры несут огромные убытки. Неизвестно, что делать не только с нынешним урожаем, но и вообще с яблочными садами, которые разбивали в расчете на экспорт в Россию. Собственный рынок у них закрыт полностью, Евросоюз не заинтересован в экспорте яблок. Остаются экзотические направления – арабские страны, Сингапур, но они, безусловно, не заменят 140-миллионную Россию.

Потери несут не только фермеры. Например, они тесно были связаны с контейнерными перевозками. Перевозчики на все сто процентов использовали статус пограничной страны и были крупнейшими транзитерами в Россию товаров из Западной Европы. Многие частные компании и предприниматели покупали машины и технику в кредит. Сейчас торговля упала в разы, в том числе торговля сельскохозяйственной продукцией, и они не знают, как выплачивать кредиты.

Ситуация у них аховая. Фермеры видят, что правительство находит деньги на поддержку Киева, а собственных производителей бросает на произвол судьбы. Поэтому у них нет другого выхода, кроме как выходить на улицы.

В Польше 10 мая состоятся выборы президента. Если кто-то из кандидатов возьмет на вооружение лозунги поддержки фермеров и жесткую критику правительства, их рейтинги могут существенно вырасти. За последние 20 лет в Польше в значительной степени произошла деиндустриализация и она превратилась в аграрно-индустриальную страну. Экспорт польских продуктов питания очень существенный. Поэтому мнение фермеров может повлиять на результаты как президентских, так и парламентских выборов. Это большая головная боль правительства.

- Почему польское правительство находит деньги для помощи Украине, но не своим фермерам?

- С некоторых пор русофобия стала мейнстримом всей внешней политики Польши - и де-факто, и де-юре. Украинское направление – ключевое в этой русофобской политике. Польские власти выступают основными поджигателями антироссийских настроений внутри ЕС, вопреки позиции старой Европы. Если Франция, Германия и Италия худо-бедно, хотя бы на словах, пытаются поддерживать диалог с Россией, Варшава категорически против. Пожалуй, более радикальную позицию занимает только Литва, которая объявила нашу страну террористическим государством. Но Польша ушла недалеко.

Мало того, еще несколько лет назад действовало объединение «Вышеградская четверка», в которое входили Польша, Чехия, Словакия и Венгрия. Сейчас польские власти сквозь зубы вынуждены признать, что она фактически перестала существовать. Для Польши это была очень важная группа, в которой она намеревалась играть ведущую роль. Но сейчас Чехия, Словакия и особенно Венгрия с антироссийских позиций не выступают. Это существенное поражение польской внешней политики.

- А население Польши разделяет настроения своего правительства?

- На самом деле, в народе проукраинские настроения воспринимаются, как пробандеровские. Народ очень хорошо помнит Волынскую резню, и категорически выступает против участия Польши в конфликте.

Официальная политика начинает все больше входить в противоречие с настроениями граждан. Трудно сказать, какие формы это приобретет в дальнейшем. Но на бытовом уровне властям не удается вызвать русофобские настроения. Могу сказать, что их нет. Туристы могут спокойно ехать в Польшу.

- Фермеры протестуют не только против санкций, но и против разных аспектов сельскохозяйственной политики ЕС. Некоторые считают, что она ведет к глубокому кризису в этой отрасли. Насколько оправданы эти опасения?

- Брюссельские бюрократы довели стандарты сельскохозяйственной продукции до полного абсурда. Там регламентируется все вплоть до размера и формы огурцов. Если они изогнуты сильнее, чем нужно, то уже считаются не кондиционными. Евросоюз заинтересован, прежде всего, в защите сельского хозяйства крупных стран старой Европы. Поэтому поляки и получили от Евросоюза смешную сумму компенсаций потерь от введения санкций.

Фермеры прекрасно понимают, что они не просто заложники. Они обречены на вымирание. Их толкает на улицы не желание поправить ситуацию и улучшить жизнь, а абсолютная безысходность. Они не видят будущего. Крупные торговые сети больше не ориентируются на их продукцию, а следуют брюссельским указаниям, которыми полякам отводится все меньше места.

Польское сельское хозяйство даже в социалистические времена было частным. Там не было крупных кооперативов или подобия совхозов. В основном это небольшие хозяйства от одного до нескольких гектаров. Поляки боятся, что если иностранцев допустят к скупке земель, местные фермеры будут не в состоянии финансово удержаться на плаву. Тем более что многие хозяйства принадлежат уже пожилым людям, которые не в состоянии их обрабатывать, и может начаться массовая скупка земель. Уже сейчас в стране огромный уровень безработицы, которая среди молодежи доходит до трети. Великобритания, Ирландия, Германия и Франция переполнены эмигрантами из Польши.

- Если такое происходит с Польшей, что же будет с Украиной, которая так стремится в Евросоюз?

- Украине при любых раскладах членство в ЕС не грозит в ближайшие десятилетия. Если бы даже их приняли, то, конечно, никому в Европе не нужны их сельские продукты по заведомо демпинговым ценам. Старой Европе конкуренты вообще не нужны. Другое дело, что западные инвесторы с удовольствием скупили бы (и возможно скупят) украинские черноземы.

Даже рабочая сила из Украины ЕС уже не нужна. Польский рынок труда, как ближайшей к Украине страны, переполнен. Горничные во всех отелях - это сплошь Украина. Рабочие места, которые совершенно не интересны полякам, оккупированы украинцами, как легальными, так и нелегальными мигрантами. Зарплаты в 400 долларов считаются огромными. Предусмотрительные поляки уже не дают украинцам визы, вводят различные ограничения, потому что не хотят, чтобы окончательно рухнул их рынок труда.

Публицист и политолог Константин Крылов убежден, что у польской элиты и простых граждан противоположное отношение к санкциям.

- Большая часть политической элиты Польши русофобская. Это люди, которые в силу разных причин испытывают гигантский комплекс по отношению к России. Чем выше человек стоит на социальной лестнице, тем у него этот комплекс сильнее. В то же время массовой бытовой русофобии там нет. Более того, в 90-х годах поляки привыкли к русским. Они помнят, как русские возили на рынки утюги и электрообогреватели и пытались менять их на польскую косметику.

Польские фермеры, которые привыкли продавать товары в Россию и больше всего страдают от санкций, будучи людьми простыми, считают, что нужно с этими санкциями кончать. Они несут реальные убытки. А во всем мире, за исключением России, крестьяне – это очень упрямый и трудно успокаиваемый социальный слой. Это люди, которые любят и умеют устраивать бузу, например, могут прийти и закидать парламент навозом. Русофобия польских фермеров не особо волнует, русскими их не напугаешь. А вот свою продукцию они хотят сбывать.

- Повлияют ли их настроения на политику Варшавы?

- Думаю, что нет. Для Польши в течение последних 20 лет любые антироссийские действия являются ценностью сами по себе. Польской элите это доставляет идеологическое удовольствие. Протесты могли бы к чему-то привести, если бы элита заботилась о том, сколько Польша теряет от санкций. Но по их логике, можно потерять абсолютно все, главное, чтобы действовать против России. Думаю, они не послушают никого, кто призывает к нормализации отношений. Может быть, если станет совсем уж плохо, и то маловероятно.

- А есть ли там более умеренные силы?

- Пророссийского там ничего не может быть в принципе. Возможно, найдутся силы, которые готовы Россию терпеть. Таких людей в политике не много, но они есть. Однако сейчас их голос не очень слышен.

Есть еще одно соображение. Польша болезненно хочет играть важную роль в европейских делах. За это в свое время американцы их и купили. Сейчас, как они считают, главный европейский тренд в том, что все против России и наказывают ее за Украину. Поэтому Польша не может не быть в первых рядах.

Учитывая характер польских претензий к России, которые довольно иррациональны, сделать с этим ничего нельзя. Разговор в рациональных терминах невозможен, потому что через три слова они начинают говорить про польское восстание или про то, что мы хотим расчленить Польшу. Убедить поляков в том, что русские не хотят этого и вообще о них не думают, не получается.

Старший научный сотрудник Отдела современной истории стран Центральной и Юго-Восточной Европы Института славяноведения РАН Вадим Волобуев также не верит в то, что протесты фермеров повлияют на генеральную линию Варшавы.

- Эти потери важны для определенного контингента населения, в данном случае фермеров, который в масштабе всей страны не имеет принципиального значения. В Польше периодически митингуют представители разных профессий, то медсестры, то еще кто-то.

Например, после крушения самолета Качинського тоже были серьезные протесты, разбивали палаточные городки, и в целом обстановка была более напряженная. Но это не привело к глобальным изменениям на политической сцене. Даже если гипотетически предположить, что эти протесты приведут к смене правительства, то политика нового кабинета министров по отношению к России будет точно такой же. В интересах Польши лежит поиск противовеса России. И это никак не отражается на внутренней политике.

- А почему они готовы идти на это, не считаясь с убытками?

- В украинских событиях они чувствуют угрозу для себя. В их идеологеме Россия совершила агрессию против Украины. Сегодня Украина – завтра Польша, развивают они эту мысль.

Думаю, процентов 85 населения будут поддерживать любые антироссийские меры любого правительства Польши, как право- так и левоцентристского. И любое правительство эти меры будет проводить. Они боятся, что мы хотим подмять их под себя целиком. Нам это кажется странным, но у них не вызывает никакого сомнения и не требует доказательств.