Инфантильные амбиции или циничный расчет: что стоит за катарским скандалом?

В СМИ появилось странное объяснение нового конфликта, разорвавшего исламский мир

Некоторые эксперты заговорили о том, что нападки Саудовской Аравии и группы ее союзников на Катар – это, мол, фарс и проявление ближневосточного инфантилизма, и поэтому обращать внимание на разбирательства в Персидском заливе не стоит. Насколько подобные рассуждения заслуживают доверия?

Еще совсем недавно в СМИ и соцсетях можно было частенько встретить расхожий штамп о единстве суннитского мира и его тотальном противостоянии с миром шиитским. Обозначенную схему в виду ее стройности и простоты очень полюбили «диванные» эксперты, далекие от сложных реалий международной политики.

Она, как правило, дополнялась конспирологическим посылом о том, что «все сунниты – за Америку, а шииты – за Россию». Однако в реальности такая «аналитика» не выдерживает никакой критики. И катарский конфликт это в очередной раз доказал.

Как мы знаем, 5 июня 2017 года целая команда суннитских арабских стран во главе с Саудовской Аравией разорвала дипломатические отношения с суннитским и на 40% арабским Катаром, обвинив его ни много ни мало – в поддержке терроризма и вмешательстве во внутренние дела соседних государств.

Позже Катару был передан «ультиматум», в котором от официальной Дохи в грубой форме потребовали: закрыть телеканал Аль-Джазира и другие катарские медиа, выдворить из Катара турецкую армию, изгнать со своей территории террористов и оппозиционеров, скрывающихся от властей других суннитских стран, прекратить поддерживать разнообразные исламистские организации, разорвать связи с Ираном и начать проводить «единую политику» с остальными монархиями Персидского залива.

Также Саудовская Аравия с союзниками потребовали у Катара материальную компенсацию за нанесенный его действиями ущерб (фактически – выплату репарации) и открытие границ для проведения внешнего аудита исполнения требований ультиматума.

Грубо говоря, речь шла о ликвидации катарского суверенитета и приведении Катара в положение государства, проигравшего войну.

Назвать Катар «политически безгрешным» – язык, конечно, не поворачивается. И в ливийской авантюре он участвовал, и «Братьев-мусульман» вместе с Турцией поддерживал, сделав просто огромный вклад в египетскую революцию, и сирийскую «оппозицию» на определенном этапе спонсировал. Многое указывает и на связи официальной Дохи с ИГИЛ (запрещена на территории России).

Вопрос только в том, что если кому и судить Катар, то уж точно не Саудовской Аравии, которая отметилась в большинстве тех же конфликтов, что и Доха, и кроме того, инициировала чудовищную авантюру в Йемене, которая уже привела к катастрофическим последствиям.

Ответ Катара на претензии саудитов не заставил себя долго ждать. Доха активизировала и без того неплохие отношения с Турцией, попросив Анкару нарастить свой гарнизон на катарской территории и публично продемонстрировала намерение дружить с Ираном.

Эмир Катара Тамим бен Хамад Аль Тани провел телефонный разговор с президентом Ирана Хасаном Роухани, в ходе которого заверил его в намерении развивать двухсторонние отношения. Роухани в свою очередь назвал Катар «братской страной», а его изоляцию со стороны арабских соседей - «неприемлемой».

Таким образом, на Ближнем Востоке складывается необычный альянс частично арабского суннитского Катара с неарабской суннитской Турцией и неарабским шиитским Ираном. Через Тегеран в него может быть вовлечен Ирак, а также – союзные Ирану силы в Ливане.

И, что самое главное, Катар теперь, возможно, утратит острый интерес к свержению Башара Асада. При установлении мира в регионе благодаря посредничеству Тегерана Катар может даже попытаться решить вопрос транзита углеводородов на средиземноморское побережье Сирии в обход Суэцкого канала и территории Саудовской Аравии.

Понятно, что подобный союз будет прямо противоречить интересам Вашингтона, сделавшего в ближневосточной партии ставку на Эр-Рияд. Однако нам по этому поводу обольщаться не стоит.

Турция не для того вырывается из-под западного влияния, чтобы упасть в объятия Москвы. Шанс того, что она станет постоянным союзником России – минимален. Мы – геополитические соперники, и от этого факта нам никуда не деться.

Иран – непростой партнер, относительно хорошие отношения с которым у нас установились недавно. У него также есть свои претензии на лидерство в регионе, а на Россию в Иране многие по сей день сильно обижены из-за ситуации, когда мы поддержали западные санкции против Тегерана и не стали поставлять ему наши системы ПВО.

Катар же долгое время относился к нам весьма прохладно, а подконтрольные Дохе СМИ усердно создавали России «образ врага» во всем ближневосточном регионе.

Ну и, конечно, то, что объединяет Анкару, Тегеран и Доху – гипотетический трубопровод из Персидского залива к сирийско-турецкой границе – России совершенно не выгодно. Главным выгодополучателем «трубы», наряду с участниками альянса, может стать Европа, у которой в этом случае появится возможность дополнительной диверсификации поставок углеводородов на свой рынок.

Автор этих строк не удивился бы, если бы в один прекрасный день узнал, что за сотрудничеством между Катаром, Ираном и Турцией стоит кто-то из европейских государств.

Так что над тем, как развивать отношения с новым «союзом» на стратегическом уровне России еще предстоит серьезно подумать. Тактически же Москве, вне всякого сомнения, нужно пользоваться сложившейся ситуацией для урегулирования ситуации в Сирии, полного подавления террористических группировок и защиты интересов наших союзников.

При всей дипломатической неудобоваримости действий существующей вашингтонской администрации (а к новому витку конфликта на Ближнем Востоке она явно – прямо или косвенно, - но приложила руку), из того, что она делает, нужно учиться извлекать пользу.

Если в происходящем вокруг Катара и есть доля чьих-то «инфантильных амбиций», то она – минимальна. Власть имущие делят мир и перекраивают маршруты транспортировки нефти и газа. А заведомо неисполнимые ультиматумы пишутся в данном случае именно для того, чтобы их не исполняли, а обсуждали.

Вот только Эр-Рияд перегнул палку, толкнув Катар в объятия своим оппонентам, и теперь, думаю, представители монаршего семейства Саудовской Аравии кусают себе по этому поводу локти. Но – такова жизнь...