Удар в спину! Сеть негодует от назначения министром информации в Казахстане русофоба

Патриотическая общественность пришла в шок, узнав о том, что этот пост занял человек, которому из-за русофобских высказываний запрещен въезд в Россию

Волну негодования российских патриотов (и не только их) вызвало назначение министром информации Казахстана Аскара Умарова, который, мало того, что слывет в России националистом и русофобом, но ему еще и запрещен въезд в нашу страну. Дело в том, что Аскарову приписывают критические высказывания о русских, СССР и Дне Победы.

«В бывшей метрополии всё еще пытаются вести себя на правах хозяина. Нам элементарно не дают провести деколонизацию сознания», — говорил Аскаров об отношениях с Россией еще совсем недавно – в августе 2021 года.

Журналист Дмитрий Колезев поясняет, что делал Аскаров свои заявления не лично, а (якобы) через фейсбук-аккаунт TurkMedia, так что официально Умарову сложно что-либо предъявить. (К тому же Токаев, конечно, пригласил Умарова на пост министра не из фейсбука — тот возглавлял государственное агентство «Казинформ», то есть был чем-то вроде казахстанского Дмитрия Киселева).

Говорил ли Умаров такое на самом деле? Это уже не так важно. Возмущенная российская общественность, включая государственных пропагандистов, уже задается вопросами в духе «зачем мы вообще помогали Токаеву?».

С особой яростью высказался по этому поводу прокремлевский политолог Сергей Марков: «В России его считают радикальным русофобом. Ему приписывают, что он выступает в социальных сетях под ником TurkMedia и что он ненавидит русских и Россию. Считается, что Аскар Умаров говорил, это:

• Мы обогнали русню опять! Прощая немытая рассия!
• Русские - это «навязанная диаспора» и колонизаторы.
• Он ненавидит День Победы и издевается над ним, «когда все будут напиваться водкой и праздновать непонятный день победы… Кого победили? Что победили?»
• Считает, что казахи не должны говорить на русском языке. Называет их «чернорусы» и «манкурты». «Казахам чернорусам задуматься: оставаться с рашкой или с цивилизованным миром».
• Считается что Аскар Умаров активно помогал организаторам «языковых патрулей», в частности Куату Ахметову. Это языковые патрули ходили по общественным местам и оскорбляли тех, кто говорил на русском языке.
• Аскар Умаров ненавидит Владимира Путина и писал, что «при Путине взяли верх реваншисты, манипулирующие проблемами русских в Казахстане».
• Всячески прославляет национализм.
• Является убеждённым врагом русского языка.

Все эти слова были написаны Умаровым под ником в соцсетях, а не под своим именем официально. Но считается, что это именно его слова. Умаров или должен быть уволен или должен чётко и ясно доказать, что это не его слова. Назначение министром врага России не может рассматриваться даже как внутреннее дело Казахстана. Это вопрос отношений между странами.

Думаю, что если бы в России знали, что Токаев назначит Аскара Умарова на ключевую идеологическую должность, то общественное мнение России было бы категорически против поддержки Токаева во время кризиса войсками армии России. Все шокированы и ждут объяснений. Это назначение в России рассматривается как открытая пощёчина России и лично Владимиру Путину…»

Сетевой аналитик Андрей Нальгин пишет по этому поводу:

«Понятно, что для всей России, с тревогой ждущей новых санкций и лишений, подобные «пощёчины» — лишь буря в стакане воды. Но жест президента Токаева буквально вслед уходящим войскам ОДКБ действительно символичный. Конечно, его можно объяснить тем, что новый-старый глава Казахстана, теперь уже почти единовластный, вынужден демонстрировать собственным националистам независимость от РФ, на штыках которой удержалась его власть. Иначе-де есть риск нового бунта, ещё более беспощадного. Однако ведь именно сейчас «националисты» слабы, как никогда, потеряв 20 тыс. наиболее боеспособных своих мюридов… Или — нет?»

Негодует и журналист Игорь Шулика:

«Назначение Аскара Умарова новым министром информации Казахстана весьма примечательно. Он борец с русскоязычным населением Казахстана, националист казахский пещерный с комплексом жителя окраины империи.

Потом не надо удивляться антирусской пропаганде и языковым патрулям, Умаров теперь за все это отвечает.

А реакция российских официальных лиц была раньше, когда ввели солдат поддержать молодого бая в борьбе со старым и назвали это борьбой с майданными технологиями.

Но, по сути, Россия выступила в роли ханской стражи. Это не поддержка союзника, это поддержка хана, который будет тебе улыбаться, но одновременно с этим душить русский язык и считать русских врагами. Стража же не будет защищать русских в Казахстане, только сбрендевшего хана.

Кстати, а много ли русских в правительстве? Соответствует ли его процент проценту русскоязычного населения?»

А вот человек, имеющий к этой проблеме самое непосредственное отношение - российский журналист, руководитель Федерального агентства по делам Содружества Независимых Государств, соотечественников, проживающих за рубежом, и по международному гуманитарному сотрудничеству Евгений Примаков занял, если так можно выразиться, «взвешенную» позицию:

«Прочитал про нового министра информации Казахстана Аскара Умарова. Внимательно прочитал многочисленные цитаты нового министра информации Аскара Умарова.

Исхожу из того, что Россотрудничество, что бы там ни говорили в интернетах, не занимается политической борьбой, тем более в суверенных государствах. Но Росострудничество работает с российскими соотечественниками и часть нашей работы происходит в контакте в том числе и с министерствами, занимающимися информационной работой.

В связи с этим я изо всех сил стараюсь поверить, что все эти цитаты - не из нового министра информации Умарова или Аскар Умаров на самом деле вовсе не стал министром информации Казахстана. Предвижу, к глубокой печали, громкое осуждение того, что я не радуюсь такому назначению, что я не держу своё мнение при себе или что я смею как-то там вмешиваться во внутренние дела Казахстана. Ничуть не считаю, что я в них вмешиваюсь, поскольку назначен министр Умаров в новое правительство не Россотрудничеством, не российским МИДом, а президентом Казахстана, в полностью его зоне ответственности; также и снимать министра Умарова будет не Россотрудничество, не российский МИД, а только президент Казахстана.

Если речь идёт о настоящем суверенитете, ну так и будем его уважать, даже учитывая такие цитаты из господина министра информации Умарова.

Полагаю, что господину президенту Казахстана Касым-Жомарту Токаеву проходится сейчас очень нелегко в его труде по восстановлению нормальной жизни страны, в чём ему оказали неоценимую помощь силы ОДКБ, включая и 3000 российских военнослужащих. Видимо, назначение господина Умарова — пример того, на какие тяжелейшие сознательные компромиссы приходится идти господину президенту. Уважаю усилия господина президента Токаева и верю в то, что подобные наверняка тщательно продуманные и запланированные компромиссы не смогут разрушить вековую братскую дружбу между нашими народами, особенно если господин Умаров публично откажется от своих нацистских и шовинистических взглядов на русских в Казахстане.

Уважая суверенитет братского Казахстана и усилия по установлению мира в республике, смею напомнить уже старое, автоматически работающее и проверенное правило, состоящее в том, что Россотрудничество не поддерживает контакты, не работает и не сотрудничает с русофобской дрянью, что полностью предотвращает любое наше взаимодействие с упоминавшимся министром и возглавляемым им министерством информации в нынешней конфигурации…»

Интересно, что политолог Алексей Чадаев даже по-своему поддержал это назначение, задавшись таким вопросом:

«У меня есть вопрос к моим друзьям и знакомым, а также известным людям, которые сейчас участвуют в публичной кампании по поводу назначения министром информации Казахстана Аскара Умарова.

Как бы вы отнеслись к тому, чтобы в Российской Федерации «министром информации» или на какую-то похожую должность назначили человека, который относится к роли и месту русского народа в России так же или примерно так же, как Аскар Умаров относится к роли и месту казахского народа в Казахстане?

Вопрос просто на понимание. Вопрос о том, можно ли сидеть на двух стульях — продвигать националистическую повестку в своей стране и в то же время воевать за сохранение концепции «многонационального народа» у соседей…»