Казино рвутся назад в Москву

Вопрос казино опять возник из, казалось бы, небытия. Прошел год, как их запретили, и их вывески осыпались, словно осенние листья, а они, оказывается, никуда и не исчезали. Просто перешли на нелегальное положение.

Наивно было бы ожидать, что все московские игорные заведения тут же ломанутся в четыре разрешенные игорные зоны у черта на куличках, без инфраструктуры, и там осядут. Логичнее было бы всякими правдами и неправдами задержаться на старых местах. Ровно это и произошло.

Лишь в одной Москве вместо 500 закрытых легальных игорных заведений сегодня действуют более 800 нелегальных, сообщает «Независимая газета». В результате вместо налоговых доходов государство вынуждено тратить по 1 млрд руб. в год на контроль за соблюдением запрета. Такие данные обнародовали представители ассоциаций игорного бизнеса. «Люди играли, играют и будут играть – от этого никуда не деться», – говорит председатель совета Российской ассоциации развития игорного бизнеса Валерий Иванов.

Так-то оно так, да не совсем. Хотелось бы напомнить представителю игорной ассоциации, что играли люди не всегда. Массово играть они стали с тех самых пор, как игорный бизнес в начале 90-х мощным потоком хлынул в Россию. Это был хороший бизнес для предпринимателей – деньги, что называется, из ничего, из воздуха. Одно из исконных занятий организованной преступности в странах, где он официально запрещен. Но у нас его разрешили практически сразу же с начала новых времен. А когда, спустя почти 20 лет, власти убедились, что это – все-таки зло, его запретили и попытались загнать в дальние резервации вроде Азов-сити. Пока не вышло.

По словам Валерия Иванова, проекты игорных зон были выбраны неудачно. Возможно. Но при этом власти исходили еще и из желания развить территории, привлечь туда инвестиции и прочее. Однако наш игорный бизнес оказался не таков. Он не желает что-либо развивать, кроме самого себя.

«Перенос зон к местам с более развитой инфраструктурой – один из наиболее разумных, – считает Иванов. – А одним из самых простых и эффективных способов было бы разрешение их размещения в пятизвездочных отелях. В этом случае игровые места будет легче контролировать правоохранительным органам и несравнимо проще администрировать налоговикам».

Скорее всего, так оно и произойдет. Во всяком случае, краснодарский губернатор Александр Ткачев уже направил президенту Медведеву письмо с предложением перенести игорную зону Азов-сити в Анапу. Потому что Азов-сити находится в голой степи: там работает только одно казино «Оракул», принадлежащее казанской (не московской!) компании, и нет никакой инфраструктуры. А добраться в Азов-сити можно лишь на машине. Правда, обсуждаются планы доставки игроков в казино вертолетом, но таким образом за один раз смогут улететь только 6 человек. К слову сказать, за полгода казино «Оракул» посетили лишь 8500 человек (примерно по 50 в день). Можно ли сравнивать эту посещаемость с той, которая могла бы быть в более людном месте? И стоило ли городить из-за этого целый «сити»?

А в Москве все обстоит иначе. Игорная индустрия работает, но теперь уже подпольно. Казино, мимо которого мне приходится каждый день ездить на работу, стоит, как и стояло. Только вывеску с него сняли, а так больше ничего не изменилось. В окнах светятся огни, а на парковке стоят автомобили. Само же помещение не сдали ни под ресторан, ни под магазин. А ведь это – разорение, платить за него аренду и не работать. Значит, что-то там внутри работает, какая-то жизнь идет. Какая? Уж не читальный ли зал там теперь открыли? Так опять же вывески нет. Или клиенты приходят по старой памяти, и никакая вывеска им не нужна?..

«По официальным данным, только в прошлом году правоохранительными органами было закрыто более 4000 залов игровых автоматов и 70 казино, – сообщает источник «НГ». – В Москве прекращена деятельность 525 игорных заведений. Но сегодня продолжают работать, маскируясь под лотерейные клубы, около 726 игорных заведений. Бизнесмены подводят итоги: власти лишь запретили легальный игорный бизнес. Однако появилась другая, более серьезная проблема – нелегальный бизнес. Контроль за нелегальным бизнесом осуществлять стало сложнее, а игроманы оказались менее защищенными».

В этом пассаже резануло слух «игроманы». Слово какое-то больное, как наркоманы все равно. Впрочем, некоторые из них таковыми и являются. Сначала игорная индустрия превратила людей в «игроманов», а теперь печется об их защищенности. Не бескорыстно, разумеется, а чтобы стричь с них денежки. Такая прагматичная «забота».

Игровую ассоциацию поддерживает и РСПП. «Как пояснил советник Российского союза промышленников и предпринимателей Дмитрий Слободкин, закон, который был принят, никто, по сути, не прорабатывал, и тем более не было его экономического обоснования, – продолжает источник. – Т. е. политическая целесообразность победила экономический прагматизм. За 6 лет своего существования доходы игорных заведений увеличились на 437%, налог на игорный бизнес вырос на 6200%, количество занятых – на 480%, игровых автоматов – на 736%. Более 80% (т. е. около 300 тыс.) игровых автоматов было произведено в России. Была создана мощная индустрия, которая началась практически с нуля».

Впечатляющие цифры. Особенно если учитывать, что деньги эти вытянуты из части населения, играя на его, этого населения, слабостях. А в целом население у нас совсем не такое богатое, чтобы проигрывать «лишние» деньги.

Теперь, когда у власти наметилось некоторое разочарование от эффективности игровых зон, чуткие игровики вместе с РСПП это уловили и принялись лоббировать свое возвращение в города на привычные места, жонглируя цифрами.

Нечто подобное было и тогда, когда их закрывали, только тогда упор делали на рабочие места в игорном бизнесе. Пресса пестрила явно заказными заметками, в которых авторы сокрушались по поводу того, сколько же рабочих мест теперь придется ликвидировать – аж целых 300 тыс., если не ошибаюсь. Куда же эти люди теперь пойдут? Да пусть идут работать и делать что-нибудь полезное, вместо того, чтобы холуйствовать в казино! Кому нужны такие рабочие места и такие с них налоги?

Это – примерно то же самое, как если бы занятых в наркотрафике, включая дилеров, посчитать как рабочие места и утверждать, что вот какая это хорошая индустрия – столько денег дает и занятость обеспечивает…