Когда Америка станет сырьевой сверхдержавой?
В небе Коста-Рики еще висела керосиновая гарь от американского «борта номер один», а журналисты и аналитики уже вцепились в ноутбуки и айпады, отстукивая сенсацию: США скоро получат новую геополитическую дубинку – сланцевую! Под занавес своего латиноамериканского турне Барак Обама наделал немало шума, пообещав к 2020 году превратить Америку в нетто-экспортера природного газа. «Я пока не отдал распоряжение насчет того, будем ли мы экспортировать сжиженный природный газ, но могу вас заверить: когда я отдам его, в моей повестке дня появится такой вопрос, как снижение затрат на газ во всем полушарии и в Центральной Америке в частности», – возвестил Обама.
Его заявление было расценено однозначно: Вашингтон форсирует строительство терминалов для газового экспорта, который отныне станет важнейшим элементом не только энергетической политики США, но и их политики национальной безопасности (читай: средством геополитического воздействия). Как ни парадоксально, экономические интересы Америки на сей раз вступили в открытое противоречие с геополитическими, и чья здесь возьмет, далеко не ясно. Выйти в серьезные нетто-экспортеры газа Штатам будет не так просто: этот «национальный проект» растянется на годы, если не на десятки лет.
Посулы Обамы в духе «я пришел дать вам газу» были адресованы столько же Латинской Америке, которая давно перестала быть «задним двором» США, сколько и внутренней аудитории. С тех пор, как лет пять назад в Штатах стал набирать силу сланцевый бум, страна обсуждает, что делать с внезапно свалившимся на голову богатством – тратить самим или продавать? Условно говоря, схлестнулись «партия потребления» и «партия экспорта».
«Потребители» – это могучее лобби энергоемких отраслей, где особенно заметны Alcoa и Dow Chemical, и оно требует «придушить» экспорт сланцевого сырья, ограничив строительство соответствующей инфраструктуры. Промышленники считают, что местным газом должны наслаждаться в первую очередь американские компании, которым давно не хватало такого важного конкурентного преимущества, как дешевое сырье.
У «экспортеров», то есть энергетических компаний и Белого Дома, свои резоны. Производителям газа нужны прибыли и внешние рынки, а Вашингтону – налоговые поступления и внешнеполитическое влияние. И еще: Обама не может позволить себе протекционистские игрища вроде произвольного ограничения на газовый экспорт. Мало того что это противоречит важному международному договору – Генеральному соглашению по тарифам и торговле (ГСТТ), так еще хлопот и позора не оберешься.
США, всегда радевшие за свободу торговли, давно жалуются в ВТО на Китай за ограничение экспорта редкоземельных металлов. А теперь, выходит, их самих могут записать в злостные манипуляторы? Тут, правда, имеется оговорка: ГСТТ разрешает произвольно ограничивать экспорт невозобновляемых ресурсов, к коим относится сланцевый газ. Ну так и китайские редкоземы тоже не размножаются.
Проблемы на этом не заканчиваются: чтобы развернуть полноценный экспорт, надо массово строить терминалы для сжиженного газа. Администрация США сейчас рассматривает 41 заявку на сооружение таких объектов, подсчитала Financial Times. «Рассматривает» – это, впрочем, громко сказано: Обама с января не может назначить министра энергетики, так что дело отложено в долгий ящик. 22 терминала будут обслуживать страны, заключившие со Штатами соглашения о свободной торговле, и 19 – все остальные, включая таких перспективнейших партнеров, как Япония, Китай, Индия и страны Евросоюза.
Откуда такое разделение? По американскому закону о природном газе 1938 года, для продажи этого сырья за рубеж требуются лицензии. Государствам, которые заключили с США соглашения о свободной торговле, они выдаются автоматически. Таких наберется около двух десятков, но крупный покупатель сжиженного газа среди них только один – Южная Корея. Есть еще Израиль, но там, как мы уже писали, тоже стремятся в нетто-экспортеры углеводородов.
Вот под газовые аппетиты КНР, Индии, Японии и Евросоюза и приходится возводить отдельные комплексы. Сейчас в Америке всего один такой объект – в Сэбин-Пасс (штат Луизиана), да и тот не достроен: разрешение на него было выдано два года назад, а отгрузка газа начнется самое раннее к 2016 году. На стройку второго терминала (Фрипорт, штат Техас) Вашингтон даст отмашку, как только Обама утвердит нового главу Минэнерго. Темп пока не слишком впечатляет.
А именно темп нужен американской «партии экспорта» как воздух: газовый рынок на месте не стоит. «Видимо, администрация США начнет выдавать разрешения на строительство терминалов, но слишком медленно», – цитирует Financial Times эксперта по энергетике CSIS Сару Ладисло. По ее мнению, победа «экспортеров» над «потребителями» пока не достигнута, притом, что время уходит. Новая система экспорта сланцевого газа должна заработать к 2017 году. Иначе окно возможностей закроется: поставки сырья из других стран вырастут, а спрос на сырье ослабеет, после чего политического импульса форсировать газовый экспорт у Вашингтона не будет, считает Ладисло.
Давайте подытожим. Чтобы превратить вывоз газа в стабильный источник прибыли и инструмент геополитического влияния, администрации Обамы нужны: время (которого у нее нет), победа над промышленными гигантами (которая дастся с трудом и может стать пирровой) и, конечно, благоприятная рыночная конъюнктура (которая редко бывает стабильной). Судя по развитию событий, превращение США в газового нетто-экспортера произойдет заметно позже запланированного 2020 года, а экономические и политические выгоды этой метаморфозы рискуют не совпасть с ожиданиями Вашингтона.
Комментарии читателей