Кремль хочет найти управу на «зажравшиеся» банки

Центробанку и правительству поручено найти способ снизить ставки по кредитам

Почему не растет экономика? Банки мешают, кредиты у них сильно дорогие. Вот давали бы они деньги подешевле – все враз бы изменилось: за дешевые кредиты предприятия накупили бы себе новых технологий и сырья, обновили основные фонды и начали производить такое, что во всем мире было бы нарасхват. И настала бы эра благоденствия. Примерно так рассуждают власти и грозят банкам пальцем.

В частности, президент решил, что дальше так продолжаться не может, и поручил Центральному банку и правительству найти способ снизить ставки по кредитам, а если этого не произойдет, маржа банков будет принудительно ограничена «сверху», сообщает «Интерфакс».

Линия на снижение стоимости кредитов совпадает со скорым приходом в Центральный банк нового руководителя – Эльвиры Набиуллиной, а также перекликается с недавними предложениями Сергея Глазьева по снижению ставки рефинансирования и наращиванию денежной массы.

Ранее Владимир Путин несколько раз ругал банкиров, утверждая, что они неадекватно оценивают риски в российской экономике и закладывают слишком большую маржу в ставки по кредитам для бизнеса. Мол, рисков таких больше нет, а вы все равно трясетесь и перестраховываетесь от ожидаемых потерь, растягивая маржу сверх меры.

В соответствии с его поручением, отданным на совещании в понедельник, финансовый регулятор вместе с кабинетом министров должны до 19 июня представить несколько верных способов снижения кредитных ставок.

Вообще правительство в последнее время очень озабочено замедлением роста экономики и выискивает разные способы, как его восстановить. Снижение ставок – один из них, самый простой и относительно безболезненный (на первый взгляд), так что в ближайшее время за банки возьмутся вплотную. Но принесет ли это желаемый результат? Эксперты сомневаются.

Промышленникам, естественно, хочется длинных и дешевых денег, чтобы было как в Европе или Америке. Они транслируют свои пожелания Кремлю, расписывая, как тогда было бы хорошо, и тот проникся ими еще во второй половине 2012 года, поверив, что дело только в этом.

Одним из первых на дорогие кредиты стал жаловаться алюминиевый олигарх Олег Дерипаска и неожиданно обрел себе союзника в лице нового экономического советника президента Сергея Глазьева, который заявил: «Нам необходимы длинные дешевые деньги. Первый поток можно обеспечить через механизмы рефинансирования в коммерческие банки с регулированием ставки рефинансирования, которая, по нашим оценкам, не должна превышать 4%. Второй канал – долгосрочные кредиты на 10-15 лет через институты развития под 2% годовых в развитие проектов инфраструктуры, адекватных новому технологическому укладу».

Идеи Глазьева, одно время рассматривавшегося как кандидат на пост главы ЦБ, повергли многих экспертов в уныние, ибо стало ясно: вместе с Глазьевым придет ускоренная инфляция. Очевидно, им удалось убедить президента присмотреться к другим кандидатам на пост главного банкира.

Но все равно в декабрьском послании Федеральному Собранию Путин потребовал от Минфина и ЦБ найти длинные и дешевые деньги для кредитования экономики. Минфин (специалисты же!) отреагировал на это тонким юмором, предположив, что ЦБ придется изучить опыт смягчения монетарной политики, используемый ФРС США и Европейским ЦБ.

Здесь для ясности следует добавить, что оба института держат ставки, близкие к нулю, что для нас пока в принципе невозможно.

Вместо этого основную ставку в снижении стоимости кредитов в Банке России и Минфине делали на удержание инфляции, хотя и она приносит неприятности – по итогам мая вновь ускорилась до 7,4%.

Теперь вся надежда на вторую половину года, вернее, на объем урожая. Как говаривали раньше: «Будет хлеб – будет и песня». А повлиять на плодородие ЦБ никак не может.

Тем временем Сергей Глазьев руководит подготовкой экономического доклада Академии наук, в котором проводится простая, как правда, мысль: «Без особых угроз для внешней стабильности российского рубля ЦБ может до конца 2015 года расширить денежную базу примерно на 4,5 триллиона рублей, что означает ежегодный прирост на 17-18% в течение указанного периода. В последующее пятилетие темпы прироста могут составить 14-16%. Доминирующей формой эмиссии резервных денег должно стать рефинансирование коммерческого банковского кредита. Нужны кредитные аукционы, проводимые по отраслям с разным уровнем рентабельности».

Основные положения доклада были представлены Путину 22 апреля этого года на совещании в Сочи экспертами Института народнохозяйственного прогнозирования (ИНП) РАН. Неизвестно, согласился ли президент на «не угрожающую» эмиссию в 50% с лишним за три года. Но какое-то послабление он все равно даст, можно не сомневаться.

Эксперты считают, что для снижения стоимости кредитов доступ к государственным деньгам должны получить средние банки, а не только «Сбербанк», ВЭБ и ВТБ.

«Сейчас львиную долю рефинансирования со стороны ЦБ получают крупнейшие госбанки – «Внешэкономбанк», «Сбербанк», ВТБ, которые по сути являются институтами развития. Но они выполняют свою функцию ретранслятора денег в экономику, к сожалению, только в отношении крупного бизнеса и ретейла. А туда, куда нам нужно, деньги не идут. Более широкий доступ к ресурсам ЦБ должны иметь средние банки», – говорит замдиректора Института народнохозяйственного прогнозирования РАН Александр Широв.

«Меры, которые упоминаются в поручении, могут помочь несколько снизить стоимость кредитов, но не принципиально. Конкуренция сейчас идет в основном между частными и государственными банками. Я не знаю, как ее будут развивать, – говорит Дмитрий Мирошниченко из Центр развития ВШЭ. – Основной вклад в высокие ставки сейчас играет общеэкономическая ситуация, риски российской экономики и направление движения капиталов (у нас наблюдается отток). Риски возникают у каждого заемщика свои, но в силу общей макроэкономической и социально-экономической ситуации в стране они высоки у всех».

«Поиск правительством путей снижения процентных ставок – лишенное смысла мероприятие. Чтобы снизить ставки по кредитам, прежде придется снизить ставки по депозитам. Это означает, что и без того узкая ресурсная база у банков станет меньше», – говорит директор Центра структурных исследований Института Гайдара Алексей Ведев.

Снижение депозитных ставок – мысль интересная. Во времена СССР они были на уровне 2% годовых, и никто не возмущался. Сейчас – 10-12%, и вкладчикам кажется, что можно было бы и побольше. Но такие ставки никак не способствуют дешевизне кредитов. Не могут же банки выдавать их себе в убыток.

С другой стороны, при понижении депозитных ставок граждане могут найти другие способы вложения сбережений. Например, покупать что-нибудь про запас, и тогда денег в банках не станет совсем, если не считать остатки на расчетных счетах юридических лиц. Следовательно, правительство не сможет достичь поставленной цели.

Есть и другая угроза. «Опасаюсь, что одновременно со снижением ставок по кредитам снизится риск-менеджмент, кредиты будут раздаваться направо и налево, и кроме как к кризису плохих долгов это мероприятие ни к чему не приведет, – предвидит Ведев. – Нехватка кредитов – это не основное препятствие для экономического роста. Гораздо важнее разобраться с бизнес-климатом, коррупцией, конкуренцией».

Принудительное же понижение процентных ставок сильно отдает прошлыми временами директив и ценных указаний. А между тем существуют экономические законы, которые, как их ни крути, изменить не удастся. Может быть, стоило бы самим измениться в таком случае?