«Наши конкуренты не хотят, чтобы мы даже употребляли слово «протекционизм»

Полностью добиться этого им не удалось

Прошло шестнадцать лет с момента выхода книги Андрея Паршева «Почему Россия не Америка».

Поразительно, но предсказанное в книге много лет назад подтверждается и реалиями сегодняшняя дня. 

В интервью KM.RU автор книги напоминает читателям основные тезисы и рассказывает, что бы он изменил, если бы издавал ее сегодня.

Государство все-таки продолжало защищаться от иностранной конкуренции

- C момента выхода книги, приведенные в ней идеи подтвердились. Ничего не изменилось. 

Главная мысль в книге - при продолжении той экономической политики, которая нам предлагалась в начале девяностых, и которая была реализована, наша страна быстро перейдет в ранг сырьевой державы. Так и произошло.

Правда, одна угроза на некоторое время отодвинулось. Дело в том, что в 98-99 годах были очень низкие цены на нефть. Затем начался период довольно высоких цен на нефть, который длился до двенадцатого года и опасность, о которой я в книге предупреждал, стала казаться не такой существенной. 

Объясняется это просто: сырьевой экспорт увеличил доход бюджета. Уровень жизни у нас поднялся, тем не менее, сейчас цены упали, причем, вполне возможно, что надолго. Соответственно и уровень жизни сейчас в стране невысокий. Наш бюджет сталкивается с проблемами. Это единственное, что реально поменялось после выхода книги, все остальное осталось на том же самом уровне. 

Еще можно добавить, что экономическая политика нашего правительства в принципе была непоследовательна: либералы и наши иностранные партнеры требовали от нас полной свободы торговли, то есть свободы экспорта, сырья и свободы импорта промышленных товаров в нашу страну. 

Но полностью эта схема либеральная не была реализована, наше государство все-таки продолжало защищаться от иностранной конкуренции.

Экспорт сырья должен быть ограничен, а экспорт готовой продукции, наоборот, надо поощрять

Если бы возникла мысль переиздать книгу сегодня, то скорее дополнения касались бы экономической терминологии, более точными сделал бы формулировки. 

Дело в том, что моя книга оказалась обоснованием политики протекционизма. Экономическая политика нашей страны обязательно должна быть протекционистской, но когда я писал книгу, я не мог это еще прямо сформулировать. Само слово «протекционизм» в то время, было практически неизвестно у нас в стране, и о нем не говорили. Сейчас говорят, но все равно не так как надо. 

Дело в том, что политика протекционизма - это политика защиты от мировой конкуренции, от наиболее сильных экономических держав, с которыми нам приходится работать, и, естественно, они крайне не хотят, чтобы это слово вообще мелькало. 

Есть, правда, еще один момент, который я бы, наверное, при переиздании книги вставил. У нас был проведен эксперимент - в 2007-2010 годах были сделаны шаги, которые я в своей книге описал, был осложнен вывоз сырья для целлюлозно-бумажной промышленности, были введены ограничения на лес кругляк, и это привело к удивительным результатам. 

В целлюлозно-бумажную отрасль на территории нашей страны пошли иностранные инвестиции, это произошло буквально в течение года после введения вот такой ограничительной меры. 

Я просто напомню, у меня в книге было написано, что суть нашей политики должна состоять в том, чтобы экспорт сырья был ограничен, а экспорт готовой продукции, наоборот, должен всячески поощряться. И вот мы как раз такие шаги сделали, и это привело к тому, что у нас, на нашей территории появились предприятия с иностранным капиталом по переработке нашего древесного сырья. 

Через несколько лет по просьбе наших иностранных партнеров эти ограничения на экспорт лес кругляк были опять сняты, и опять у нас развитие целлюлозно-бумажной промышленности остановилось. Этот эпизод очень ярко показывает, какой должна быть наша политика. Я думаю, что он вполне достоин того, чтобы его максимально освещать.

Иностранцы просто умеют считать и хотят получать прибыль

Если говорить о содержании книги, там довольно часто упоминаются такие наиболее яркие моменты, в частности, что Западная Европа обладает гораздо более благоприятным климатом, чем Россия. 

Для нашего населения, несмотря на географическую грамотность, было совершенно поразительным узнать, что в Лондоне в открытом грунте могут расти пальмы. Они там нормально зимуют, потому что январская температура плюс десять градусов. Этого многие не знали.

Я писал о том, что капитализм, при принятии решений о вложениях во что-то, ориентируется на минимизацию издержек и максимизацию прибыли. И я показывал, что при всех прочих равных условиях на территории нашей страны издержки производства будут выше, существенно выше, чем в регионах более благоприятных для промышленного производства. В данный момент это Южная и Восточная Азия. 

Вот это самый существенный момент в книге. В условиях мировой торговли цена продажи выравнивается. Получается, что если мы что-то будем производить на нашей территории, то мы потратим на производство больше, а выручка у нас будет та же самая, соответственно прибыль будет меньше. 

Эта ситуация непривлекательна для иностранных инвесторов, поэтому на реальное производство в России иностранные инвесторы не пойдут, если не принимать каких-то дополнительных мер. Все наше развитие за шестнадцать лет после этого подтвердило такую, на мой взгляд, вполне очевидную мысль. 

Иностранцы с удовольствием участвуют в каких-то биржевых манипуляциях, с большой охотой покупают наши голубые фишки, сырьевые предприятия (если бы была возможность они бы вообще захватили наше сырьевое производство), но в производящую экономику вкладываться не хотят. 

Это не только и не столько показывает их злонамеренность, как то, что они просто умеют считать и хотят получать прибыль, что неудивительно.

интервью подготовила Елена Лонга